Delist.ru

Алкогольная зависимость у женщин с различными формами социального функционирования (31.01.2008)

Автор: Кирпиченко Андрей Александрович

Степень 5

Интеллектуальный дефект Контроль –– ––

Пациентки 1,67 0,125

?2 (df = 4) = 47,73144.

Оценка интеллектуально-мнестические функции по прогрессивным матрицам Равенна (таблицы 7) показала, что в контрольной группе преобладали лица с интеллектуальным уровнем 2 (61,67%) и 3 (33,33%) степени, в единичных случаях наблюдался интеллект 1-ой степени (5,0%) при отсутствии лиц с 4 и 5 степенью интеллектуального развития. В основной группе преобладали лица с 3 (45,00%) и 4 (40%) степень интеллектуального развития, в единичных случаях отмечены лица с 5 степенью интеллектуального уровня (1,67%).

Сопоставление уровня интеллектуального развития пациентов с изученными клиническими и социальными параметрами их функционирования показало, что снижение интеллекта коррелировало с наличием в клинике алкоголизма алкогольных психозов (r=0,6213).

Относительно высокий интеллект коррелировал с относительно молодым возрастом (до 35-40 лет; r=0,5286), благополучным социальным статусом (работающие, сохранившие семью; r=0,6283) и средне специальным (r=0,5421) и высшим (r=0,7283) образованием, нормативной социальной направленностью (r=0,5286). В частности, 4 степень интеллекта (ниже среднего) у социально адаптированных женщин выявлена в 17,39% случаев, у лиц диссоциальных - в 52,52% случаев; у антисоциальных лиц - в 50% случаев.

Изучение характера социального функционирования с использованием модифицированной диагностической схемы «Социальная адаптация» Лебедько-Баранника (1999) показало, что в I подгруппе большинство женщин имели постоянное место работы (17,6%), сохранили профессиональную квалификацию (90,67%), имели среднее и средне специальное образование (58,4%), сохранили семью (96%), отличались нормативными формами досуга. Лишь небольшая их часть жили на случайные заработки (9,6 %), увольнялись с работы за административные нарушения (0,8%), находились на иждивении (12,0%), имели дисфункциональные (конфликтные взаимоотношения, семейное пьянство) семьи (4,0%), были разведены (4,17 %).

У всех женщин 2 подгруппы наблюдались различные конфликтные взаимоотношения с социумом, у большинства отмечалась семейная и трудовая неустроенность: жили на случайные заработки (10,47%), находились на иждивении (16,67%), постоянное место работы имели лишь 14,58%, за нарушение трудовой дисциплины увольнялись с работы 4,17%, 76,04 % часто меняли место работы, у 44,92% отмечено сохранение профессиональной квалификации. 58,33% из них имели среднее и средне специальное образование. 5,21% из них были разведены, у 5,29% семья была под угрозой распада, 6,25% никогда не состояли в браке. 2,08% были лишены родительских прав, 1,04% не имели определенного места жительства. Свободное время 10,42% проводили в компании лиц, имеющих проблемы с алкоголем. У 11,45% выявлялась склонность к воровству, однако они никогда не привлекались в связи с этим к уголовной ответственности.

В подгруппе женщин с антисоциальным поведением (3 подгруппа) на случайные заработки жили 55,35% обследованных, на иждивении находились 20,13%, сохранили место работы только 10,69%, увольнялись с работы за административные правонарушения 13,84%. 99 человек (62,5%) имели среднее и средне специальное образование. В разводе находились 10,06% женщин, отсутствовала семья у 4%. Семейное пьянство наблюдалось у 13,33% женщин, 2,52% были лишены родительских прав, 0,63% не имели определенного места жительства. 18,87% имели постоянную компанию лиц, злоупотребляющих алкоголем, сохранили профессиональную квалификацию лишь 24,0% из них. Многие женщины данной группы в прошлом привлекались к ответственности за совершение различных деяний, предусмотренных административным (45,1%) и уголовным (16,98%) кодексами, 15,09% из них - повторно привлекались к административной и уголовной ответственности.

Таким образом, в соответствии с гипотетическим ожиданием обследованные трех выделенных подгрупп отличались по особенностям социального функционирования, что находит свое отражение и при суммарном определении всех четырех групп признаков патологической системы. В частности, в разделе «Работа» у социально адаптированных лиц (I подгруппа) патологические признаки обнаруживаются в 44% случаев, у диссоциальных лиц (2 подгруппа) – в 49,33% и антисоциальных (3 подгруппа) – 60,67% случаев. Суммарные патологические признаки в разделе «Семья» соответственно составляли 20%, 29,33% и 34%. Сумма патологических признаков со стороны раздела «Досуг» составляла у социально адаптированных лиц 0%, диссоциальных лиц – 6,67% и антисоциальных – 20% случаев. Аналогичная тенденция наблюдалась и со стороны раздела «Саморазвитие».

Таблица 8

Показатели качества жизни в процентах сохранности функции у женщин с алкогольной зависимостью и здоровых лиц.

Категории

качества жизни Женщины с алкогольной

Зависимостью Контроль

Физическая мобильность 52,76?????* 79,36?0,13

Эмоциональное состояние 49,44?????* 85,46?0,10

Сексуальная функция 68,00?????* 90,23?0,18

Социальные функции 53,38?????* 81,59?0,14

Познавательная функция 72,83?????* 88,76?0,11

Экономическое положение 28,57?????* 86,67?0,21

Интегральный показатель 56,84?0,17* 84,05?????

?2 (df = 7) = 552,1762; *p < 0,05 по сравнению с контрольной группой

Исследование качества жизни у женщин с алкогольной зависимостью, показало снижение значений со стороны экономического положения, эмоционального состояния, физической мобильности и социальных функций по сравнению с контрольной группой (таблица 8). Интегральный показатель, отражающий сохранность функций всех категорий качества жизни, составил 57,36?0,17% у больных и 84,05?????% в контрольной группе (p<0,001). Данная закономерность сохранялась и в зависимости от уровня социального функционирования испытуемых (интегральный показатель 62,1±0,42% – у социально адаптированных пациенток, 53,97±0,33% у диссоциальных и 57,51±1,24% у антисоциальных женщин). Наиболее низкие показатели отмечались со стороны экономического положения, социальной функции, эмоционального состояния и других функций.

Поскольку предыдущими исследованиями было показано, что состояние нейроэндокринной системы опосредованно через различные функциональные системы может влиять на поведение (Судаков К.В., 1979; Ладунова Е. В. 2004; Emanuele, M.A.; Halloran, M.M.; Uddin, S.; Tentler, J.J.; Emanuele, N.V.; Lawrence, A.M. Kelley, M.R., 1993; Mello, N.K.; Mendelson, J.H., Teoh, S.K., 1993; Gavaler, J.S., Van Thiel, D.H., 1992; Ogilvie K., Rivier C., 1997, Judith S. Gavaler, 1991), было проведено изучение гормонального профиля у женщин с алкогольной зависимостью в сравнении с лицами контрольной группы. Установлено, что концентрация пролактина (23,60?? 1,78 нг/мл), кортизола (601,20?? 24,67 нмоль/л) и ФСГ (27,53?? 2,85 мМЕ/мл) у женщин с алкогольной зависимостью была достоверно выше, чем в контрольной группе (соответственно 11,19?? 1,17 нг/мл; р<0,0001; 491,50?? 18,59 нмоль/л; р<0,05; 4,86?? 2,27 мМЕ/мл; р<0,05). Исключение составляли ТТГ и ЛГ, концентрация которых в плазме крови у лиц контрольной группы была выше, однако по ТТГ (3,81?? 0,26 мМЕ/л и 2,35?? 0,18 мМЕ ) это изменение было статистически достоверно (p<0,05), а по ЛГ (14,96±1,30 и 14,03±1,35) без достоверной разницы по подгруппам.

В период фолликулярной фазы (таблица 9) выявлена тенденция к повышению концентрации исследованных гормонов относительно контрольных данных и по мере ухудшения социального функционирования тематических больных: ТТГ - 2,26±0,10; 2,05±0,038; 1,62±0,038 по группам соответственно; пролактин - 22,13±0,34; 22,49±0,19; 20,84±0,38; кортизола – 689,13±14,69; 596,68±11,92; 581,23±96,77; ЛТГ – 17,13±0,91; 10,57±0,61; 10,64±0,46; ФСГ – 30,65±1,55; 13,51±4,59; 17,31±1,16. В лютеиновую фазу менструального цикла, наоборот, отмечено уменьшение концентрации по большинству исследованных гормонов, однако эти изменения оказались неоднозначными без каких-либо определенных тенденций и закономерностей.

Таблица 9

Концентрация гормонов гипофиза и надпочечников у женщин с алкогольной зависимостью с различными вариантами социального функционирования при фолликулярной и лютеиновой фазах менструального цикла.

Фолликулярная фаза

Тиреотропный гормон (мМЕ/л) Пролактин

(нг/мл) Кортизол

(нмоль/л) Лютеинизирующий гормон

(мМЕ/л) Фолликулостимулирующий гормон (мМЕ/л)

I подгруппа *1,62±0.03 20,84±0,38 581,23±96,77 10,64±0,46 17,31±1,60

2 подгруппа *2,05±0,038 *22,49±0,19 596,68±11,92 10,57±0,61 13,51±4.59

3 подгруппа 2,26±0,10 *22,13±0,38 689,13±14,69 17,13±0,91 30,65±1,55

Лютеиновая фаза

I подгруппа *2,08±0,01 26,62±1,10 569,54±12,13 10,74±0,62 15,69±1,37

2 подгруппа 2,67±0,09 *24,44±0,21 685,04±19,03 *3,59±0,33 18,13±1,65

Страницы: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10