Delist.ru

Иран в политике нацистской Германии на Среднем Востоке накануне и в годы Второй мировой войны (1933-1943 гг.) (30.08.2007)

Автор: Оришев Александр Борисович

Сведения об участии Германии в модернизации иранских вооруженных сил, справки, доклады и донесения советских разведчиков о политико-экономической ситуации в Иране, материалы о деятельности германской разведки на Среднем Востоке накануне и в первый период Второй мировой войны содержатся в фондах Российского государственного военного архива (РГВА).

Много ценной информации получено из фондов Архива Министерства внешнеэкономических связей (АМВЭС) и Российского государственного архива экономики (РГАЭ). Обнаруженные в них материалы дают сведения о деятельности немецких фирм и участии немецких специалистов в индустриализации Ирана, проникновении германского капитала в экономику этой страны, раскрывают причины успешного развития германо-иранской торговли.

Важным источником являются материалы Центрального архива Министерства обороны (ЦАМО). Они создают яркую картину событий августа 1941 г., когда с целью ликвидации германской агентуры и организации через территорию Ирана поставок военной помощи СССР от союзников по антигитлеровской коалиции в Иран были введены советские и английские войска. Отчеты о боевых действиях частей 44-й, 47-й армий Закавказского фронта, 53-й Отдельной среднеазиатской армии, разведсводки и шифротелеграммы, хранящиеся в фондах этого архива, показывают, насколько сильны были позиции немцев в Иране, повествуют о деятельности в стране профашистской «пятой колонны», демонстрируют, как германские военные советники, обосновавшиеся в иранской армии, пытались организовать сопротивление наступавшим войскам союзников.

Планы гитлеровцев закрепиться в Иране, захватить важнейшие коммуникации, получить доступ к стратегическому сырью, занять руководящие должности в государственных учреждениях раскрываются в материалах Российского государственного архива социально-политической истории (РГАСПИ). В фондах этого архива удалось обнаружить аналитические справки и отчеты сотрудников Коминтерна, посвященные анализу участия Германии в строительстве Трансиранской железной дороги, авиалинии Берлин-Кабул и других грандиозных проектах.

Наряду с названными были проработаны рассекреченные материалы фонда 89 Российского государственного архива новейшей истории (РГАНИ), содержащие сведения о мерах, принятых советским руководством против эмигрантских организаций, ведших подрывную работу против советских среднеазиатских республик с территории средневосточных государств.

Материалы о подрывной деятельности германской разведки на советско-иранской границе удалось обнаружить в документальном фонде и позитивном фотофонде Центрального музея федеральной пограничной службы (ЦМФПС). В документальных фондах Центрального музея вооруженных сил (ЦМВС) содержится ценный фактический материал о событиях августа 1941 г.

Вторую группу источников составили опубликованные документы. Пристальное внимание было уделено многотомному изданию документов внешней политики Германии, в которое в хронологическом порядке были включены телеграммы, докладные и служебные записки, составленные различными дипломатами Третьего рейха: от министра иностранных дел И. Риббентропа до германского посланника в Тегеране Э. Эттеля. В диссертации использованы 8-13 тома серии D и 2-3 тома серии С, содержащие ценный материал об экспансионистской политике нацистов на Среднем Востоке, лицемерном характере гитлеровской дипломатии. Эти документы позволили диссертанту выявить некоторые методы и способы, с помощью которых Германия стремилась проникнуть в Иран.

Сведения о военно-стратегических планах нацистской Германии относительно всего средневосточного региона удалось почерпнуть из дневника начальника генерального штаба сухопутных сил вермахта (ОКХ) генерала Ф. Гальдера, а также в сборниках немецких документов, изданных в СССР и за рубежом.

Картину германского проникновения в Иран существенным образом дополнили публикации документов внешней политики СССР, в которых содержатся сведения о том, какие меры предпринимала советская дипломатия с целью пресечения немецкой активности в Иране.

Использовались также документы, изданные в Иране, освещающие место и роль этого государства среди участников антигитлеровской коалиции.

Третью группу источников составили мемуары и воспоминания. Богатым фактическим материалом отличается советская мемуарная литература. Воспоминания военачальников А.А. Гречко, Л.И. Зорина, М.И. Казакова, разведчиков Н. Павлова и П.А. Судоплатова, ученых-востоковедов М.И. Бурцева и Д.С. Комиссарова, журналиста-международника В.М. Бережкова помогли воссоздать атмосферу «тайной войны», которую вели советские разведчики с гитлеровскими спецслужбами.

Несомненный интерес представляют воспоминания германских дипломатов и разведчиков. Они раскрывают методы и приемы германской дипломатии и спецслужб на Среднем Востоке, знакомят с целым рядом деталей, касающихся внутриполитического положения в странах этого региона. Они дают возможность рассмотреть те стороны германской политики, которые не нашли отражения в документах официального характера.

Много ценных сведений о первых шагах гитлеровской дипломатии в Иране оставил германский посланник в Тегеране В. Блюхер. Важным источником стали мемуары Б. Шульце-Хольтуса, служившего в годы Второй мировой войны военным советником у Насыр-хана – вождя крупного кашкайского племени, организатора восстаний против англичан на юге Ирана. Представляют интерес воспоминания сотрудников абвера Г. Бухгайта и П. Леверкюна, пытавшихя прикрыть экспансионистские устремления германского империализма идеями об «освободительной» миссии Германии на Среднем Востоке и романтизировавших деятельность германской агентуры в Иране. Привлекались мемуары руководителя гитлеровского спецназа О. Скорцени, в которых раскрываются некоторые причины провала задуманной Гитлером операции по организации теракта на Тегеранской конференции.

Мемуары иранских политических деятелей позволили представить атмосферу, царившую в Иране во времена диктатуры Реза-шаха, фон, на котором развивалась экспансия иностранных государств. В этом плане отметим работы А. Бозорг-е Омида, А. Джаханбани, Х. Мекки, М.Г. Хедайята, М. Фарроха.

Обращают на себя внимание воспоминания генерала Х. Арфы, одного из участников августовских событий 1941 г. и Мухаммеда Реза, предпринявшего попытку представить внешнеполитическую ориентацию своего отца Реза-шаха Пехлеви как политику, соответствовавшую национальным интересам Ирана.

Из англо-американской мемуарной литературы были использованы воспоминания премьер-министра Великобритании У. Черчилля, английских дипломатов Р. Булларда, К. Скрайна, государственного секретаря США К. Хэлла, в которых в той или иной форме оправдывается политика представляемых ими государств. Так, например, в воспоминаниях У. Черчилля, содержащих обширный материал о политике и стратегии Великобритании на Среднем Востоке, говорится о попытках англичан противодействовать немцам в Иране, направленных, в конечном счете, на сохранение английского господства над этой страной.

Некоторые сведения были получены из воспоминаний бывшего польского пресс-атташе в Иране Г. Ленчовского.

Представляет интерес четвертая группа источников - пресса, поскольку она в тот период, как правило, выражала официальную точку зрения своих правительств. Диссертантом использовались материалы журнала «Внешняя торговля», в котором в 1930-е гг. публиковались статьи о внешнеэкономических связях Ирана с нацистской Германией. На страницах германского журнала «Нойе Ориент» и бюллетеня «Виртшафтсдинст» также нашли отражение различные аспекты немецкой политики на Среднем Востоке. Отдельные сведения были получены из советских газет кануна и периода Второй мировой войны, а также из иранских газет. Переводы отдельных материалов из «Эттелаат», «Иран», «Кушеш», «Сетаре», «Эгдам» и других иранских изданий удалось обнаружить в российских архивах.

Таким образом, имеющиеся в распоряжении диссертанта разнообразные документальные источники позволяют во всей полноте проследить основные тенденции иранской политики Третьего рейха.

Историография вопроса. Изучение роли и места Ирана в политике нацистской Германии на Среднем Востоке было бы неполным без анализа достижений отечественной и зарубежной исторической науки.

В отечественной историографии в изучении этой политики выделяются три периода, которые в целом совпадают с этапами социально-политической истории СССР и Российской Федерации.

В первый период (сер. 1930-х – сер. 1950-х гг.) отсутствие доступа к архивным материалам не позволяло советским историкам дать глубокий анализ роли и места Ирана в политике нацистской Германии на Среднем Востоке. В работах историков этого периода не содержалось полных научно-обоснованных ответов на самые острые вопросы, характеризующие отношения Третьего рейха с Ираном, многие темы были представлены идеологизировано. И, тем не менее, в трудах Г. Гельбраса, А.С. Ерусалимского, Г.Н. Ильинского, П. В. Милова, В. Н. Минаева, С. П. Рудных ярко изображались методы германской политико-идеологической экспансии, и разоблачалась шпионско-диверсионная деятельность гитлеровцев.

Проблемы экономической экспансии германского империализма в Иран поднимались в трудах В.С. Баскина, А. Вострова, И. Генина, Б. Данцига, В. Масленникова, А.М. Некрича, Г. Петрова. Все эти авторы независимо друг от друга признавали факт успешного проникновения немцев в Иран, но успехи германской экспансии целиком объясняли прогерманской позицией его правящих кругов.

Во второй период (сер. 1950-х – сер. 1980-х гг.) ослабляется идеологический пресс на отечественную историческую науку со стороны государства, в СССР и за рубежом публикуются новые документы, что расширяет источниковую базу проводимых исследований. В результате появляются монографии и серьезные статьи, в которых освещаются некоторые вопросы проникновения германского фашизма в Иран, подрывной деятельности немецкой агентуры, направленной против СССР и Великобритании, роли Ирана во Второй мировой войне. Особую популярность приобрела тема подготовки немцами в августе 1941 г. государственного переворота в Иране. Речь идет о работах Б. Абдуразакова, Б.П. Балаяна, М.И. Володарского, Л.М. Гордонова, А.И. Демина, М.С. Иванова, Б.Х. Парвизпура, М.В. Попова, Ф.Я. Румянцева, В.В. Трубецкого.

Новыми сведениями, почерпнутыми из Архива института военной истории, насыщена работа Х.М. Ибрагимбейли, рассказывающая о колониальной политике стран «оси» на Среднем Востоке. Автор, анализируя германо-итальянские противоречия в этом регионе, справедливо подчеркнул, что в ряде случаев Германия и Италия выступали не как союзники, а скорее как конкуренты, каждый из которых рассчитывал занять господствующие позиции.

Отдельные аспекты экономической экспансии германского империализма в Иран рассматривались в трудах В.С. Глуходеда и И.И. Палюкайтиса. Опираясь на собранный ими фактический материал, они пытались показать значение германо-иранских хозяйственных связей в проникновении германского империализма на Средний Восток.

Среди литературы этого периода особое место занимают книги С.Л. Агаева, подвергшего политику гитлеровской Германии в Иране специальному монографическому исследованию. Не имея доступа к засекреченным документам из советских архивов, он в основу источниковой базы своих трудов положил опубликованные документы внешней политики СССР, США, Англии, Германии, Ирана, сборники законов и постановлений иранского парламента, ежегодные официальные таможенные отчеты Ирана, мемуары иранских, западных, советских политических и общественных деятелей, а также прессу.

С. Л. Агаев критически осмыслив тщательно отобранные им факты, не только проанализировал историю германо-иранских отношений, но и осветил внутриполитические и экономические тенденции иранской дипломатии. Характерен анализ автором доктрины «третьей силы». По мнению С.Л. Агаева, ориентация на «третью силу» не привела Иран к экономической независимости от Англии. Более того, она способствовала сближению этого государства с нацистской Германией. Главную причину сближения Ирана с Третьим рейхом С.Л. Агаев видел в «страхе Реза-шаха перед коммунизмом». Тесный характер германо-иранским отношениям придавали, как утверждал ученый, личные симпатии Реза-шаха Гитлеру.

Отдавая должное советским историкам, нельзя не отметить того факта, что работы первого и второго периодов преследовали цель оправдать введение советский войск в Иран в августе 1941 г. Поэтому значительная их часть страдала необъективностью, связанной с жесткими идеологическими установками того времени, вынуждавшими историков объяснять прогерманскую направленность иранской внешней политики исключительно страхом Реза-шаха перед «коммунистической угрозой».

Третий период в изучении политики нацистской Германии в Иране начался с середины 1980-х гг., что было связано с наступившей в СССР «перестройкой» и последовавшей вслед за этим кампанией «гласности».

Заметным явлением стал выход книг З.А. Арабаджяна. Работы этого ученого привлекли внимание не столько фактическим материалом, сколько своими выводами и политической направленностью. З.А. Арабаджян первым в отечественной историографии поставил под сомнение версию советских историков о том, что немцы готовили в Иране государственный переворот.

Еще большим событием стал выход двух документальных повестей военного историка Ю.Л. Кузнеца, посвященных деятельности советской контрразведки по предотвращению покушения на Ф.Д. Рузвельта, И. Сталина, У. Черчилля во время Тегеранской конференции в ноябре-декабре 1943 г. Богатейший архивный материал из фондов АСВРР позволили ему показать всякого рода шпионские интриги и диверсии, посредством которых гитлеровцы пытались использовать Иран в своих агрессивных планах.

Проблемы германской политики в Иране затронул в одной из своих монографий А.В. Райков, сделавший многозначительный вывод, что по замыслам Гитлера Иран должен был стать плацдармом для прорыва вермахта в Индию и страны Ближнего Востока.

Нельзя не отметить труды известных российских специалистов О.И. Жигалиной и М.С. Лазарева, обратившихся к малоизученной проблеме сотрудничества германской разведки с иранскими курдами. Эти ученые убедительно доказали, что гитлеровцам не удалось привлечь проживавших в Иране курдов на свою сторону.

В последние годы наметилась тенденция пересмотреть оценки событий августа 1941 г. Так, профессор Саратовского госуниверситета Ю.Г. Голуб выдвинул версию, что «советские войска могли оказаться в Иране и в продолжение предвоенной политики расширения советских границ, "восстановления" утраченных имперских рубежей». Привлечь внимание общественности к операции также попытался А.А. Штырбул, предложивший периодизацию пребывания Красной Армии в Иране.

Отдельного упоминания заслуживает фундаментальное исследование по истории Ирана ХХ в. С.М. Алиева. Автор предпринял попытку «отказаться от ставшей традиционной для советской историографии сильно преувеличенной интерпретации "прогерманской" политики Реза-шаха». Более того, С.М. Алиев выдвинул версию о том, что появление в Иране отчетливого прогерманского течения было связано с усилением роста персидского национализма и оппозиционных в отношении диктатуры Реза-шаха настроений.

Освещение различных аспектов политики нацистской Германии в Иране было невозможно без привлечения широкого спектра работ российских ученых, посвященных отдельным проблемам истории Второй мировой войны и международных отношений. Поэтому в ходе работы над диссертацией отдельные сведения были получены из книг и статей А.В. Басова, Н.Ф. Бугая, Д.В. Валиевой, Ю.Л. Вищука, Ф.Д. Волкова, И. Гилязова, Г.И. Гутенмахера, Н.М. Долгополова, Г. Зотова, В. Колесникова, Л.П. Костромина, С. Лавренова, С.М. Небренчина, С. Панина, И. Попова, Е.А. Орлова, Л.В. Поздеевой, А.М. Самсонова, Ф.М. Сергеева, Г.П. Сечкина, Л.Ф. Соцкова, Ю.Н. Тихонова, В. Г. Трухановского, И.Н. Ундасынова, С. Чуева, С.Ф. Эдлинского и других авторов.

Использовались также труды по отдельным проблемам истории стран Среднего Востока А.А. Алиева, С.М. Алиева, Ю.В. Босина, Д.В. Валиевой, В.Л. Гениса, Е.А. Дорошенко, И. Ергешева, В.Г. Коргуна, Д.А. Макеева, Н.М. Мамедовой, М.А. Персица, И.М. Рейснера.

Изучение политики нацистской Германии в Иране было бы невозможно без анализа зарубежной историографии.

Для германских историков Х. Бассевитца, Д. Гейера, И. Кирхнера, Ф. Кохвассера, А. Хилльгрубера, Б.П. Шредера, Ф. Штеппата, Я. Якобсена и других характерны апология экспансии гитлеровской Германии, отрицание ее захватнических целей и создания немецких агентурных центров в Иране. Активным сторонником развития германо-иранских отношений проявил себя Г. Мельциг, в работе которого проводились параллели между гитлеровским и резашаховским режимами и превозносилась роль Реза-шаха как великого реформатора.

загрузка...