Delist.ru

РУССКИЙ ГОРОД СИБИРИ КОНЦА XVI - XVIII ВВ. (30.08.2007)

Автор: Чёрная Мария Петровна

В дворовом комплексе нашло воплощение многообразие сторон человеческой жизнедеятельности, поэтому усадьба воспроизводит образ жизни и занятия горожанина, крестьянина, и её изучение позволяет выявить бытовые, социальные, культурные, этнические черты поселения.

Важная роль в характеристике этих черт принадлежит воеводской усадьбе, которая на протяжении веков являлась неотъемлемой частью русской городской культуры в целом. Вместе с тем в соответствии со своим административно-политическим статусом она занимала особое место в архитектурно-планировочной структуре города и в его социальной жизни, являясь одним из узлов градообразующего центра.

Ряд признаков указывает на социальную значимость воеводского двора: расположение в кремле, значительная площадь, количество и разнообразный состав построек, повышенная высотность основных хором, качество строительного материала, внешней и внутренней отделки, наличие дорогих и престижных предметов обихода. Названные признаки не были исключительными атрибутами воеводских дворов, но присущи хоромам представителей социальной элиты, богатых людей. Это показывает вписанность воеводской усадьбы в общегородской и общекультурный контекст и подчёркивает её важность для выявления и изучения характерных черт города. Большое значение имеет отражение этих признаков в археологическом материале.

4.2. Состав и динамика жилой застройки томской воеводской усадьбы: археолого-историческая реконструкция. Изучение томской воеводской усадьбы имеет большое научное значение, учитывая два обстоятельства.

1. В Сибири археологическому обследованию подверглись единичные усадебные комплексы, а воеводские дворы только в Мангазее и Верхотурье, при этом деревянный дом верхотурского воеводы не сохранился.

2. Усадьба воевод Томска – одного из ведущих городских центров Сибири – соединила в себе наиболее характерные черты средневековых усадеб русских городов, что выводит её исследование за пределы узких областных рамок, поднимает на региональный и общероссийский уровень.

На основе комплексного анализа источников выполнена реконструкция застройки томской воеводской усадьбы, включавшей в себя объекты жилого, хозяйственного, животноводческого, коммуникативного назначения.

Основными источниками для реконструкции в силу их предельной конкретности служат археологические, которые связывают остатки построек в единую временную шкалу, что позволяет установить относительную хронологию функционирования усадьбы. Письменные и картографические источники относятся либо к начальному, либо к конечному периодам существования усадьбы, скудны на подробности, но по ряду моментов они незаменимы и играют главную роль: обозначение абсолютных дат нескольких эпизодов строительства, названия конкретных сооружений двора, прорисовка общей планировки усадьбы и элементов верхнего яруса хором. Каждый из привлекаемых источников необходим, но недостаточен и даже их синтез не даёт исчерпывающей информации. Важным подспорьем служат близкие по типу и облику объекты русских средневековых городов, сохранившиеся лучше в целом или в какой-то части. Высокая степень сходства в конструкциях, приёмах русского деревянного зодчества делает обоснованным привлечение аналогий.

В диссертации проведён методический анализ признаков, предположительно указывающих на повышенную этажность археологически исследованных построек. Автор пришёл к заключению, что большинство признаков (усложнённые фундаменты, большие размеры строений, наличие дополнительных несущих стен), кроме крылец и лестниц, не были обязательными атрибутами высоких зданий изначально; и все эти элементы в плане археологической «уловимости» не могут служить безусловными критериями вертикального членения построек. Установить этажность дома по ископаемым остаткам возможно в редких, если не исключительных случаях, к которым относится и томский пример: особенности устройства крыльца в виде вертикальной набирки вместе со столбами-опорами для галереи и балкона позволяют доказательно говорить о высотности и ярусности главной хоромины на дворе томских воевод.

В ходе раскопок полностью или частично выявлено более 10 объектов, входивших в усадебный комплекс. Установлен факт частичной перестройки и перепланировки усадьбы томских воевод за время её существования. Проведён терминологический анализ усадебных построек и их частей (горница, комната, сени, подклет, казёнка и др.), что важно для определения их назначения и устройства.

Ядром дворового комплекса являлся дом-связь, в котором жил воевода с домочадцами. Выявлены планировка и конструктивные особенности этого главного на усадьбе объекта. в композиционном плане дом представлял тройную двухэтажную связь (общей площадью не менее 170 кв. м), в конструктивном – сруб с шестью несущими стенами с сенями посередине. Под окладной венец и некоторые углы дома были подведены опорно-нивелировочные фундаментные столбы, вкопанные без определённой схемы, что указывает на выравнивающую роль столбов как ведущую функцию фундамента. Подклетный этаж не заглублялся, а был наземным. В подклете находилось три помещения, судя по наличию печей, жилых, восточное, кроме того, служило сапожной мастерской. Пол настилался между первым-вторым венцами и опирался на лаги. Каждое помещение в подклетном ярусе имело самостоятельный вход. Печи располагались по-разному по отношению ко входу. Томский пример подтверждает вывод археологов, изучавших русское жилище X–XVIII вв. об отсутствии строго фиксированного местоположения печи. Планировка с установкой печи на определённом месте сложилась позднее и этнографически зафиксирована для построек конца XVIII – XIX в. От расположения печей и входов зависело размещение волоковых и косящатых окон со слюдяными и, возможно, стеклянными оконницами. Окна прорубались на обоих ярусах. Воеводские покои находились во втором ярусе дома-шестистенка, куда входили через высокое парадное крыльцо у приёмных сеней. Печи в верхних покоях располагались, вероятно, над подклетными, были облицованы красными терракотовыми изразцами и поливными муравлеными изразцами, предназначались для обогрева и украшения покоев. На основе найденных при раскопках образцов сделаны варианты изразцовой облицовки.

Выявлены конструктивные особенности деревянных сооружений двора: установка большинства построек без фундамента, на грунт или с подсыпкой песка для выравнивания участка или на слой щепы; рубка «в обло» с выборкой чаши в нижнем бревне; устройство пола на лагах; использование бересты для изоляции нижнего венца и пола от сырости, а войлока для утепления окон и дверей; различные типы печей на рамочном, столбовом и срубном опечках. Печи, топившиеся «по-белому», выкладывали из большемерного кирпича и облицовывали изразцами.

Дом и двор воеводы в Томске обладал узнаваемым обликом, определённым типологическим сходством основных конструктивных и композиционных элементов, узлов и приёмов, обусловленным внутренним единством русской строительной традиции и культуры, перенесённой на сибирскую почву и здесь укоренившейся.

4.3. Хозяйственно-бытовой комплекс томской воеводской усадьбы: историческое содержание в археологическом контексте. Усадьба томских воевод включала в себя, кроме жилых, подсобно-хозяйственные, коммуникативные объекты и постройки комбинированного характера, использовавшиеся как жильё и мастерская одновременно. Хозяйственно-бытовой комплекс усадьбы представлен погребом, колодцем, мостовыми, ямой, предположительно связанной с выплавкой железа. Выявлены конструктивные особенности построек, имевших типологическую близость с подобными объектами в русских городах Европейской России и Сибири. Постройки и собранный при их раскопках вещевой комплекс позволяют реконструировать хозяйственно-бытовые стороны жизнедеятельности обитателей усадьбы.

Анализ томской археологической коллекции металлических изделий выявил знание мастерами основных технологических и физических свойств железа и стали, их дифференцированное использование по отдельным категориям предметов. Кузнецы владели разными приёмами – от упрощённых до сложных технологий и работали в типично русской кузнечной традиции. Присутствие в одной коллекции изделий хорошего качества и низкокачественных поковок свидетельствует о разном уровне квалификации кузнецов. Эта особенность присуща и археологической коллекции железных находок, собранной автором при раскопках Кузнецка.

Применение высококачественной стали, кричного железа, загрязнённого примесями, подтвердил и конкретизировал процесс поиска подходящего сырья, зафиксированного письменными источниками. Наличие кузнечных изделий «доброго мастерства» является не только следствием ввоза товаров с Руси, но констатирует реальные успехи местной металлообработки, что приводит к спаду ввоза изделий из метрополии во второй половине XVII в.

Томская археологическая коллекция металлоизделий обладаёт ёмким историческим содержанием, не просто статично фиксируя набор предметов обихода и орудий труда, но позволяет проследить развитие кузнечного дела в разных его проявлениях и в динамике.

Об обработке цветных металлов в усадьбе томских воевод свидетельствуют находки фрагментов толсто и тонкостенных тиглей, выплески металла и виде бесформенных кусков меди и бронзы, обломок литейной формы.

На усадьбе держали домашний скот (крупный и мелкий рогатый скот, свиньи, лошади). Наличие в культурном слое костных остатков, представляющих пищевые и производственные отходы, является общей особенностью культурного слоя русских средневековых городов, а их концентрация на усадьбе объясняется характером этого комплекса и использованием костей для мощения двора в целях благоустройства. К занятиям животноводством относится и разведение в Томске кур.

Об охотничьем промысле свидетельствуют кости диких зверей и птиц, с преобладанием водоплавающих, и костяные наконечники стрел.

Рыболовство также нашло отражение в археологических материалах и представлено поплавками, грузилами, костяными иглами для плетения сетей, костями и чешуёй рыб. При малом видовом составе рыб вкусовые предпочтения прослеживаются достаточно выразительно: с большим отрывом первые места занимают нельма, щука, осётр.

Костные остатки и промысловый инвентарь подтверждают распространение среди томичей в XVII–XVIII вв. традиционных для русских занятий животноводством, рыболовством, охотой.

Содержание в культурном слое большого количества фрагментов не только готовых кожаных изделий (главным образом, обуви), но множества обрезков кожи, вместе с находками усьморезных ножей, шильев свидетельствуют о занятиях сапожным ремеслом. Несколько меньше обнаружено костяных изделий, но наличие наряду с ними обрезков и заготовок доказывает, что на усадьбе занимались и косторезным делом. Изготовление предметов обихода непосредственно в усадьбе и характерно для дворов крупных феодалов, к которым, несомненно, относится и двор томского воеводы.

Будучи резиденцией высшего должностного лица в городе, воеводская усадьба вместе с тем являлась средой, в которой протекает повседневная жизнь его обитателей, не только самого воеводы с семьёй, но и многочисленной челяди. Облик воеводской усадьбы многогранен, её изучение позволяет не ограничиваться одной лишь управленческой стороной, но воспроизвести домашние и хозяйственные занятия, образ жизни, досуг горожанина от социальных верхов до низов, о чём рассказывает выразительная коллекция игральных предметов. Усадьба была основным модулем архитектурно планировочной среды средневекового города. В силу своего административно-политического статуса воеводская усадьба занимала в этой структуре особое место, но не выпадала из неё, поскольку множеством нитей была связана с общегородской жизнью.

В Заключении подводятся итоги проведенного исследования.

В диссертации дана историографическая оценка исторического и археологического городоведения Сибири, необходимая для определения степени изученности темы, выявления особенностей развития городов региона и их роли в освоении края.

Присоединение Сибири превратило Россию в евразийскую державу, «шестую часть Земли» и придало ей статус неоспоримого, в силу объективности положения, геополитического лидера. Ведущую роль в колонизационном процессе, расширении и укреплении российской цивилизации играл город. Именно русскому городу Сибирь обязана своим преображением, выходом на новый виток исторического развития. Города способствовали освоению территории и как локомотивы втягивали её в круговорот общественной жизни страны. Микроистория города неразрывно связана с макропроцессом колонизации, огосударствления Сибири. Это тем более верно, что Сибирь не знала другого типа города кроме государева. Сибирские города, которые появляются лишь в конце XVI – начале XVII в., в отличие от своих европейских собратьев, эволюционировавших постепенно, были вынуждены буквально «пробежать» основные стадии развития, что диктовалось необходимостью превращения края в неотъемлемую часть России и опиралось на богатый колонизационный опыт.

Раскопки принципиально расширили возможности изучения сибирского города. Археология представила тысячи вещественных доказательств того, что сибирские города не были отсталыми. Горожане активно занимались сельским хозяйством, ремёслами, промыслами, составлявших основу их экономического существования и развития. Структура хозяйственных занятий зависела от территориально-хронологической переменной. Но и в самых первых городах и в суровых условиях заполярных городов их деятельность не ограничивалась военно-ясачной функцией. Раскопки сёл и деревень дополняют картину культурно-хозяйственного освоения округ, подчинённых городам.

Всё активнее исследуются археологами некрополи – объекты, очень слабо освещённые в других источниках. Раскопки погребальных комплексов не только дают богатый материал для изучения культово-обрядовой деятельности с выходом на моделирование духовной культуры. Сам факт появления стационарных кладбищ свидетельствует о прочном обосновании русских переселенцев на новых землях.

В археологическом отражении доминирующим, определяющим качеством колонизационного процесса является его созидательный характер.

Вместе с тем, археология наглядно показала, сколь многообразным и подчас жертвенным был процесс обживания сибирского края. Остатки погибшей таймырской экспедиции, трагической зимовки команды В. Беринга, братская могила защитников Албазинской крепости – это открытые археологами для потомков памятники, олицетворяющие мужество и целеустремлённость наших предков, осваивавших Сибирь.

Изучение истории на микроуровне выявляет детали, сохраняющиеся почти исключительно в овеществлённом ископаемом виде: архитектурные и конструктивные элементы застройки, предметный мир, воспроизводящий образ жизни первопоселенцев, лица реальных людей, реконструированные по антропологическим останкам и проч. На макроуровне археология генерализирует основное, наиболее существенное. На этом уровне процесс колонизации предстаёт российским с точки зрения государственности и русским по культуре. Среди переселенцев были представители разных народов, что зафиксировано в письменных источниках. Но в многочисленных археологических памятниках их вклад растворён в общерусском культурном контексте, составлявшим основу колонизации как процесса расширения этнической территории, распространения национальной кульутры и российской государственности.

Археология не просто представила ещё один вид источников, что само по себе важно. Но предложила новые методические приёмы, обусловленные спецификой археологических материалов, чем обогатила возможности реконструкции историко-культурных особенностей русского средневекового города Сибири. В диссертации автором поставлены задачи и рассмотрены пути их решения для исследования некоторых качественных характеристик сибирского города. Проанализирована проблема местоположения города как форпоста освоения края. Проработанная автором методика поиска локализации исторических объектов на основе совокупных гуманитарных и естественнонаучных данных была апробирована на томском материале. Междисциплинарный подход позволили выйти на аргументированное решение конкретно-исторической задачи и обосновать принципиально новую позицию о вероятном месте основания Томска.

В диссертации разработаны и применены методические подходы к решению проблем идентификации и реконструкции конкретного археологического памятника по разновременным и разнотипным источникам (на основе материалов Томского кремля 1648 г.). Методика соотнесения археологических данных с более поздними описаниями и рисунками помогла автору положительно решить проблему идентификации археологизированного исторического объекта – Томского кремля середины XVII–XVIII в. и восстановить его оборонительную систему, сочетавшую традиционные и новейшие элементы фортификации.

Реконструирована застройка томского воеводского двора середины XVII – середины XVIII в., вобравшего в себя черты усадебных комплексов средневековых русских городов. Общий вид усадьбы, многообразие повседневных административных, охранно-оборонительных, хозяйственных, бытовых занятий её обитателей, представлены в ископаемом материале, выявляет роль воеводской усадьбы в формировании социокультурного облика русского средневекового города. Как часть городской структуры в целом воеводская усадьба наиболее ярко и полно воплотила разнообразные черты человеческой жизнедеятельности, что даёт возможность выйти на характеристику бытовых, социальных, культурных, политических, этнических черт города.

Апробированные автором методические приёмы установления этажности ископаемых построек, реконструкции их облика и идентификации с разновременными и разнотипными источниками могут найти широкое применение при изучении и восстановлении руинированных остатков средневековых русских поселенческих комплексов.

Города Сибири воплощали в себе наиболее характерные, типичные черты русского средневекового города и вместе с тем обладали своеобразием, обусловленным конкретно-исторической ситуацией. За этой индивидуальностью проглядывает общенациональный и общегосударственный характер сибирских городов.

Основным результатом диссертационного исследования является реконструкция историко-культурного облика средневекового русского города Сибири с присущими ему особенностями как в конкретном территориально-хронологическом планe, так и в общерусском историческом масштабе.

Основные положения диссертации изложены в следующих авторских публикациях, общим объемом 35,9:

Статьи, опубликованные в периодических изданиях, рекомендованных ВАК Российской Федерации:

загрузка...