Delist.ru

Онтология современной культуры: философско-методологический аспект (19.08.2007)

Автор: Тихонов Владимир Александрович

Разнообразные аспекты содержания понятий «уроки истории», «исторический опыт» затрагивались также в специальных научных исследованиях, например, в трудах известных западных методологов В. и А. Дюрантов, Дж. Рюзена и др. Однако, несмотря на полученные ими продуктивные теоретико-познавательные результаты, весьма распространенным на Западе по-прежнему остается скептическое направление, подчеркивающее реальные трудности, а порой даже и невозможность использования опыта прошлого в интересах настоящего.

Так, например, известный политолог 3. Бжезинский в своей нашумевшей работе «Вне контроля: всеобщий беспорядок накануне XXI столетия» отмечает наличие действительно серьезных препятствий на пути обобщения уроков истории: «История не завершилась, – пишет он, – а стала сжатой. Если ранее можно было довольно четко обозначить исторические эпохи и определить таким образом смысл исторического развития, то сейчас в этом процессе отсутствует последовательность, а существующие закономерности вступают в противоречие друг с другом, сужают наше восприятие исторической перспективы и искажают наше понимание истории».

В современном западном мире подобный скепсис пользуется значительной популярностью – особенно в среде гуманитариев, близких к постмодернистской исследовательской парадигме. Возможно, этим объясняется тот факт, что в современной западной философской и общественно-политической литературе практически полностью отсутствуют специальные труды, посвященные осмыслению теории и методологии исторического опыта. И это наравне с тем, что реально издается огромное количество работ по социальной философии, социологии и политологии, авторы которых активно используют в своих рассуждениях уроки конкретных эпизодов жизни прошлого.

Как видим, и в России, и за рубежом состояние изучения избранной проблемы вряд ли может быть названо удовлетворительным. Между тем сложилась такая ситуация, когда без системного и углубленного анализа специального категориального аппарата, включающего такие понятия, как «уроки истории», «опыт истории» и пр., становится весьма затруднительным изучение реального эмпирического материала и конкретного исторического опыта.

Особо подчеркнем, что автор отнюдь не оспаривает ценности исследований, ранее созданных на эту тему (в том числе на базе марксистской методологии), тем не менее он видит настоятельную необходимость проработки данного материала на современной методологической основе. Особенно актуальным это представляется в свете политической ситуации, сложившейся в современном российском обществе, для которого отрыв от исторического прошлого и нигилизм в отношении к его урокам «смерти подобен».

Объектом исследования выступают теория и практика гносеологической и социально-практической мобилизации уроков прошлого, имеющая своей конечной целью их внедрение в сферу современного общественно-политического бытия.

Предметом исследования является исторический опыт как феномен гносеологической и социокультурной рефлексии.

Цель и задачи исследования. Цель диссертационного исследования заключается в осмыслении социокультурных оснований, гносеологической природы и сущности исторического опыта, а также важнейших форм и способов его освоения и мобилизации. В диссертации впервые в отечественной методологической литературе всестороннее анализируются структура и функции исторического опыта, рассматривается вопрос о формах и способах его включения в практику современного общественно-политического бытия.

Реализация поставленной цели предполагает постановку и решение следующих основных задач:

Прояснить логические основания экспликации категории «исторический опыт» в контексте многообразия ее трактовок в отечественной и зарубежной научной литературе; определить гносеологический статус и методологический смысл данной категории в ее соотношении с другими, смежными с ней понятиями.

Исследовать объективные основания формирования исторического опыта, в том числе роль и типологию повторяемости в общественном развитии; представить повторяемость в качестве объективного основания накопления исторического опыта; выделить основные уровни и масштабы повторяемости.

Посредством анализа проблемы актуализации исторического опыта вскрыть специфику диалектического взаимодействия современности и прошлого; обосновать принцип детерминированности исторического процесса и объективности уроков истории; выявить социальное предназначение исторической науки и исторического опыта.

Выделить и систематизировать комплекс форм и способов обобщения, фиксации и трансляции уроков истории; проанализировать феномен исторического сознания как важнейший компонент сознания общественного; выявить роль и значение социальных традиций, понятий, типологий и законов в ходе освоения уроков прошлого.

Изучить достижения западной историографии с целью использования наработанных ею аналитических методик в сфере аккумулирования исторического опыта; в свете логики производимых в работе теоретико-методологических изысканий дать оценку опыту постмодернистской деконструкции истории.

Эксплицировать логические основания выделения функций исторического опыта; разработать функциональную классификацию уроков истории с учетом всестороннего раскрытия познавательной и социально-практической «отдачи» исторического опыта.

Проанализировать возможности и перспективы гносеологического и социологического подходов к историческому опыту; выявить специфические особенности их критериального разграничения, выделить соответствующие им функции и подфункции, осуществляющие целенаправленную и конкретную реализацию уроков истории.

Проинтерпретировать социально-политические решения как продукты критической аналитики уроков истории, выявить механизмы ценностной саморегуляции социально-исторического развития. Руководствуясь этим, представить исторический опыт как базу для выработки адекватных социальных решений и выбора социальных технологий.

Весь приведенный выше комплекс задач, ввиду их исключительной сложности и многоаспектности, рассматривается в диссертации в тесной связи с политической проблематикой современности - с учетом противоречивых реалий начала XXI века. Последние, с точки зрения автора, являются крайне сложными и требуют максимальной гносеологической и практической мобилизации уроков истории, а также всемерной опоры на научно обоснованные и объективные социальные закономерности.

Методологические основания исследования. Важнейшими методологическими принципами диссертационного исследования являются принципы восхождения от абстрактного к конкретному, единства исторического и логического. Данные принципы реализуются в плане перехода от абстрактных представлений об историческом опыте к раскрытию конкретных объективных оснований его формирования и важнейших направлений функционирования в сфере современного общественно-политического бытия.

В процессе написания диссертации автор опирался на работы Г.А. Антипова, Я.Ф. Аскина, В.Г. Афанасьева, М.А. Барга, В.Н. Борисова, А.В. Гулыги, А.Я. Гуревича, Н.В. Зайцевой, Г.И. Зверевой, В.В. Иванова, В.П. Иванова, В.В. Ильина, Н.Г. Козина, И.С. Кона, В.А. Конева, А.М. Коршунова, Б.Г. Могильницкого, Т.И. Ойзермана, А.С. Панарина, А.И. Ракитова, Л.П. Репиной, А.И. Уварова, С.Л. Утченко, А. Хоцея А., Е.М. Штаерман, А. Шубина и др., посвященные анализу философско-методологической проблематики социального познания и, в частности, исторической науки и исторического опыта.

Научная новизна проведенного исследования определяется идеей многообразия категориальных характеристик и «срезов» исторического опыта, имеющих различное функциональное предназначение, и заключается в следующем:

На основании анализа отечественной и зарубежной методологической литературы произведены экспликация и концептуальное прояснение категории «исторический опыт», в том числе в ее соотношении с другими, смежными с ней понятиями, такими как «социальная практика», «социальный опыт» и др. Установлено, что в сравнении с названными феноменами, родственными по содержанию рассматриваемой категории, исторический опыт отличается следующими специфическими чертами: а) итоговостью, б) аккумулированностью и усвоенностью социальными субъектами, в) прерывностью, г) дискретностью, д) учетом повторяемости элементов практики и социального бытия.

Выявлены объективные основания накопления человечеством и отдельными социальными субъектами опыта, дающего им возможность осуществлять целенаправленную историческую деятельность: а) определенная устойчивость в функционировании и развитии общества, б) наличие стабильных факторов и тенденций социально-исторического процесса, в) повторяемость, выражающаяся в эпизодическом или регулярном воспроизведении основных социальных структур и связей, задающих специфику тех или иных общественных процессов или явлений.

Специфика диалектического взаимодействия современности и прошлого раскрыта посредством детального анализа проблематики актуализации уроков истории. На конкретных примерах показано, что история никогда не дает готовых ответов на запросы и вызовы современности. Она предоставляет опыт выбора: тот выбор, который был некогда сделан на основании каких-либо общих ценностей прошлыми поколениями, служит уроком для выбора, целенаправленно осуществляющегося поколениями последующими. Исторический опыт тем самым становится мощнейшим фактором исторического действия, выступает в качестве основания правильности сделанного выбора.

Выделены и проанализированы формы фиксации и обобщения уроков истории, порождаемые потребностью в трансляции исторического опыта. Поскольку все они обладают определенными достоинствами и недостатками, их оценка произведена а) по линии реализации необходимости максимального охвата и сохранения всего богатства уроков истории, а также их сущностного осмысления; б) по линии оптимального «сжатия» уроков истории для достаточно быстрого, «экономного», более или менее однозначного их усвоения; в) по линии обеспечения их эмоционального восприятия, прочувствованности, осознанности массовым сознанием.

В свете логики производимых в работе теоретико-методологических изысканий дана оценка опыту постмодернистской деконструкции истории. На основе изучения инновационных историографических построений постмодерна сделан вывод, что постмодернизм в своих крайних формах девальвирует сам феномен «исторического опыта», что грозит утратой исторической памяти и чувства преемственности с прошлым.

В целях конкретного раскрытия значения опыта истории предложено логически-критериальное обоснование выполняемых им функций. Исходя из этого, разработана функциональная классификации исторического опыта, базирующаяся на использовании гносеологического и социологического подходов.

Функции исторического опыта дифференцированы и подразделены на гносеологические и социально-практические. В гносеологическом плане выделены и проанализированы критериально-объяснительная, эвристическая и мировоззренческо-идеологическая функции; в социально-практическом – социально-управленческая и воспитательно-нравственная функции, а также адаптивная функция, функция формирования и развития социального контроля, функция содействия оптимизации социальных систем.

Установлено, что выработка конкретных социально-политических решений предполагает дифференциацию общественно-политических реалий, выявление типологически схожих ситуаций, применение адекватных выделенным типам методов аналитики и прогностики событий. В соответствии с этим исторический опыт позиционируется в качестве материала для выработки как самих решений, так и различных (в соответствии с определенными типами опыта) социальных технологий их реализации. Исторический опыт ценен тем, что аккумулирует представления об оптимальном пути устроения социальной жизни.

Положения, выносимые на защиту:

Опыт истории представляет собой исторически накапливающийся, отражающийся в общественном сознании и деятельности общественных субъектов комплекс реальных, относительно неопровержимых свойств и закономерностей социального бытия и общественного развития. Он фиксируется в виде знаний, выводов, а также навыков и примеров по регулированию социально-политической практики, выявлению устойчивости и повторяемости различных аспектов и ситуаций истории. Эти последние, при учете объективных условий, потенциально способны обеспечить эффективность, оптимальную направленность и интенсивность социального действия. Исторический опыт становится тем самым показателем уровня, масштабом познания и практического использования объективных законов функционирования и развития социума.

Объективным основанием накопления исторического опыта выступает повторяемость в истории. Она представляет собой объективный процесс, который вычленяет наиболее рациональные и эффективные стороны жизнедеятельности общества, сохраняя их в более широких диапазонах времени, что, естественно, способствует накоплению опыта. Сообразно с потребностями накопления опыта в политике выделяются следующие уровни и масштабы повторяемости: а) повторяемость в социально-экономических фундаментах политической сферы общества; б) повторяемость в политической организации общества, в общей схеме партийного деления и пр.; в) повторяемость общей схемы и отдельных элементов политического действия, политической культуры различных обществ; г) повторяемость на уровне социальной психологии общественных групп и сознания политических лидеров.

Возможность извлечения из прошлого уроков, полезных для настоящего и будущего, основывается на признании детерминированности исторического процесса. Разумеется, речь идет не об «абсолютном», а об «умеренном» детерминизме, который является вполне правомерным, поскольку основывается на представлении о закономерном характере общественного развития. Проблема исторического опыта становится тем самым проблемой осмысления ведущих тенденций общественного развития. Объективность прошлого задает и объективную природу уроков истории, подтверждая наличие в них объективно значимого опыта. Одна из важнейших задач исторической науки в этой связи заключается в том, чтобы сделать данный опыт достоянием настоящего. Эта задача реализуется как в накоплении фактического знания о прошлом, так и в совершенствовании самой его интерпретации. Этот веками обобщаемый исторической наукой опыт составляет ту объективную основу, благодаря которой становится возможным извлечение уроков из исторических событий.

Потребности в трансляции, передаче исторического опыта последующим поколениям с учетом необходимости максимального сохранения всего богатства уроков истории и их успешного использования порождают многообразные исторически совершенствующиеся формы фиксации и уровни обобщения данных уроков. Это исторические знания и представления, на которые опираются и из которых исходят формы общественного сознания и общественные науки (в первую очередь, философия и история), традиции, понятия, типологии, законы. Только в своей совокупности указанные формы и уровни обобщения исторического опыта предоставляют необходимый обществу в целом и каждой из входящих в его состав социальных групп арсенал уроков прошлого. И только их включением в целостный анализ опыта истории может быть раскрыта мера реальных возможностей социальных субъектов в полном и эффективном его использовании.

Ведущим течением современной западной историографии является постмодернизм. Для постмодернистского направления характерно отрицание объективности исторического знания, преувеличение фактора субъективной воли историка, суверенно «творящего» исторический текст, и, как следствие, истолкование исторического опыта в субъективистском ключе. Исторический опыт предстает здесь в форме субъективного опыта самого историка, навязывающего его реальной действительности. Последняя установка находится в резком противоречии с самоопределением постмодернизма, так как, по существу, исключает пропагандируемые им полицентризм, полифонию и диалогизм: все они заменяются монологической трактовкой прошлого и современности (зачастую с резко выраженными презентистскими и идеологизированными обертонами). Тем самым история истолковывается с ярко выраженными волюнтаристско-иррационалистическими коннотациями.

Классификация функций исторического опыта должна выстраиваться с учетом следующих обстоятельств: а) историческое знание выступает в функциональном плане именно как исторический опыт и выполняет тем самым функцию социальной памяти; б) объем функций, мера их реализации зависят от уровня развития общества, масштабов его сознательного вмешательства в объективный исторический процесс; в) роль исторического опыта тесно связана с условиями и спецификой жизнедеятельности определенной социальной группы; г) исторический опыт отличается разнообразием структурных элементов, что в принципе не позволяет предложить такую классификацию его функций, в рамках которой они бы совершенно не «перекрещивались»; д) необходимо выделение не только равномощных по своей значимости функций, но и своего рода подфункций, более конкретно реализующих функции основные; е) перечень функций, как и выбор логического основания для его составления, зависит, в первую очередь, от сферы общественного бытия, избираемой в качестве объекта исследования.

Функциональный анализ исторического опыта осуществлен на базе диалектического единства двух возможных подходов к нему: гносеологического и социологического. Гносеологический подход используется с целью выяснения того, как и по каким направлениям опыт помогает раскрывать закономерности и тенденции исторического процесса. Социологический подход позволяет дать функциональную характеристику социального опыта по линии реализации социально-практических потребностей различных социальных субъектов. В гносеологическом плане выделяются критериально-объяснительная, эвристическая и мировоззренческо-идеологическая функции. К социально-практическим функциям опыта истории относятся социально-управленческая и воспитательно-нравственная функции, а также адаптивная функция, функции формирования и развития системы социального контроля, содействия оптимизации социальных систем.

Выработка конкретных социально-политических решений должна с необходимостью базироваться на анализе исторического опыта. Последний не провиденциален и не волюнтарен. Он проявляется через различные типы социальной причинности, учитывает многофакторность истории и фундирует тем самым выработку социальных решений. Знание циклов, ритмики, пропорций оптимального развития социальных систем позволяет создавать технологии купирования нежелательных турбулентных режимов социальной интеракции, облегчает целенаправленное поддержание оптимальных ритмов движения социальной материи. Для выработки социальных решений это знание дополняется анализом исторического опыта с позиций определения ценностных регулятивов социально-исторической деятельности. Таким образом, исторический опыт аккумулирует представления об оптимальном пути устроения социальной жизни, служит базой для выработки адекватных социальных решений, выбора социальных технологий.

Теоретическая и научно-практическая значимость исследования. Диссертационное исследование может быть полезно для научных работников, преподавателей, аспирантов и студентов высших учебных заведений. Его основные выводы могут использоваться в преподавательской практике при чтении лекций по истории разных стран и событий ввиду неизбежной в этом случае оценки значения их исторического опыта. Материалы диссертации могут также применяться в историографических работах при определении основных линий когнитивной и социально-культурной предназначенности и объективной отдачи исторической науки; в работах по истории философско-исторических и социально-политических учений при оценке их реального вклада в процесс учета объективных уроков истории. Содержание диссертационного исследования может быть оформлено в качестве самостоятельного спецкурса или отдельного раздела в рамках традиционного вузовского курса по социальной философии.

Представленная работа и полученные в ней выводы могут быть использованы в качестве методологической основы и материала для дальнейшей научно-исследовательской деятельности в области изучения опыта истории и смежных с этой тем социальной философии и теории познания. Кроме того, полученные в исследовании теоретические выводы могут найти свое конкретное применение в сфере социокультурной и политической практики. Особо ценными они могут стать в контексте формирования контртенденции нигилистическим воззрениям постмодернизма, навязывающего историческому познанию собственную иррационалистическую логику. Без должного противодействия эта последняя способна девальвировать сам феномен исторического опыта и, как следствие, привести к утрате исторической памяти и чувства преемственности с прошлым.

загрузка...