Delist.ru

Русская идея как социокультурный феномен: концептуальный, историософский и аксиологический анализ (15.08.2007)

Автор: Кочеров Сергей Николаевич

- предложить аксиологическое определение русской идеи как ценностного выражения основных социокультурных интенций, которые характеризуют смысл развития общества и культуры в России.

Объект исследования - русская идея как идеальная сущность, которая формируется и осознается в процессе противоречивого взаимодействия социальной деятельности и культурного творчества. Для выявления данной сущности необходимо установить как то, чем она является в «чистом виде», так и то, каково ее отношение к эмпирической действительности.

Предмет исследования – русская идея как социокультурный феномен, который раскрывается посредством анализа концептуального, историософского и аксиологического аспектов русской идеи. Это предполагает ее демаркацию как понятия, изучение способов ее проявления в истории, а также осмысление утверждаемых ею ценностей.

Теоретическая и методологическая база исследования. Теоретическую основу исследования составляет цивилизационный подход к истории России в том его понимании, в котором он не вступает в неразрешимое противоречие с формационным подходом к мировой истории. Диссертант исходит из того, что действие социальных законов, общих или сходных для всех обществ, которые находятся на одном уровне исторического развития, всегда опосредовано культурными факторами, придающими неповторимую особенность каждой цивилизации. Методологическую основу исследования образуют такие методы, как единство исторического и логического, восхождение от абстрактного к конкретному, компаративный анализ и синтез, историческая экстраполяция, индукция и дедукция, идеализация, обобщение, аналогия. В диссертации делается сознательный выбор в пользу диалектической методологии исследования, которая, на наш взгляд, позволяет адекватно передать развитие русской идеи как идеальной сущности и продукта духовного творчества.

Источниковая база исследования представлена трудами классиков отечественной и мировой философии, работами современных российских и зарубежных мыслителей, произведениями историков, социологов, политологов, культурологов, писателей и публицистов.

Новизна диссертационного исследования состоит в следующем.

Применен комплексный подход, основанный на установлении взаимной обусловленности социальных и культурных характеристик русской идеи.

Определен категориальный статус русской идеи посредством ее соотнесения с близкими формами познания России и выявления присущих ей атрибутов.

Исследованы идеологические учения, связанные с основными периодами становления российского общества и рассмотренные как восходящие стадии постижения русской идеи.

Сформулирован смысл истории России как историософское определение русской идеи на основе обобщения вышеуказанных идеологических учений и выявления социокультурных констант, присущих российской истории.

Выделены и проанализированы основные ценности, присущие русской идее, а также установлена корреляция между ними.

Дано аксиологическое определение русской идеи как ценностного выражения интенций и перспектив российского общества.

Доказано, что ценности, специфичные для русской идеи, не только выражают конечные идеальные цели Русского мира, но и характеризуют ключевые социокультурные проблемы России, которые обусловлены ее противоречивой историей.

Выяснено, почему именно русская идея исторически стала «национальной идеей» России.

Положения, выносимые на защиту.

1. Русская идея включает целый комплекс представлений об особенностях российской истории, русского менталитета и русской культуры. В этом смысле она представляет собой не одну, а несколько «идей», в которых выражается ее провиденциальная, телеологическая, эсхатологическая, и апокалипсическая направленность. Как понятие она впервые появляется и получает определение в статьях Ф.М. Достоевского и В.С. Соловьева, подвергших ее религиозно-философскому и социально-историческому осмыслению. Их концепции русской идеи стали тем «водоразделом мысли», который отделяет этап классической постановки данной проблемы в русской философии от этапа формирования понятия «русская идея». В современных социально-философских исследованиях, посвященных анализу проблемы русской идеи, продолжается процесс освоения классического наследия отечественной философии. Это приводит к воспроизведению подходов и выводов, характерных для «классиков» русской идеи, что вызывает критику зарубежных исследователей, не приемлющих такое «вечное возвращение». Основной трудностью в осмыслении русской идеи является проблематичность ее понимания как философской (социально-философской, философско-исторической, философско-культурной) идеи. Это делает необходимым уточнение содержания ключевого понятия, что предполагает проведение концептуального анализа русской идеи.

2. Русская идея как философская проблема может быть подвергнута изучению в разных контекстах. Когда исследователь стремится определить идею нации, в точности воспроизводя, что «она сама думает о себе во времени» (посредством своих «властителей дум»), он находится на уровне историко-философского понимания проблемы. Если мыслитель пытается постичь идею нации, молитвенно вопрошая, что «Бог думает о ней в вечности», то он переходит к ее религиозно-философскому постижению. В диссертации предлагается иной подход, представляющий русскую идею как проекцию «вечности во времени», т.е. как общую идею, выражающую целостность истории российского общества и единство российской культуры. При таком подходе русская идея предстает в качестве социокультурного феномена, который должен быть познан с учетом «тождества противоположностей» – общества как «тела» культуры и культуры как «души» общества.

3. Основой для данного подхода стало выделение понятия «Русский мир», как особой исторически сложившейся в России социокультурной общности, представители которой связаны между собой общими языком, традициями, образом жизни и судьбой. В понимании диссертанта, Русский мир представляет общность людей, соединенных между собой не только экономическими, политическими или правовыми интересами, но также культурными приоритетами и поисками ответа на вопрос о цели и смысле своего пути, что порождает историческую ответственность каждого поколения живущих перед памятью предков и мнением потомков. Это объединение выходит за пределы понятия «русская» или «российская» нация, которая, на наш взгляд, еще пребывает на завершающей стадии своего образования. Находя выражение скорее в общности истории и культуры, нежели в национально-государственном единстве, русская идея, получившая осмысление в историософских спорах о судьбе России, является национальной только по форме, будучи по своему содержанию идеей социокультурной. Поэтому эта идея, изначально выражавшая мировоззрение русского народа, не может вызвать отторжения у других народов России, каждый из которых вносит уникальный вклад в российскую историю и культуру.

4. В результате концептуального анализа русская идея определяется в диссертации как эйдос Русского мира, который характеризует его сущность и смысл существования. Обращение к этому понятию античной философии, осмысленному более в интерпретации Аристотеля, чем Платона, не является случайным. Именно оно, по нашему мнению, позволяет понять идею не только как синтетическое знание или ценностно-нормативный образец, но и как идеальную сущность, которая проявляется в обусловленных ею объектах и событиях. Таким образом, русская идея, как полагает диссертант, раскрывается, прежде всего, в качестве глубинной духовной сущности российской истории и культуры, и лишь затем, на стадии рефлексии русского религиозного и философского сознания, – в качестве формы понятийного знания, ценностного отношения и нормы жизни. Это позволяет интерпретировать ее как идеальную сущность Русского мира, как знание о сущности и смысле его существования и как его основные ценностные и нормативные интенции.

5. На уровне историософского анализа русская идея определяется в диссертации как идеальная сущность, находящая свое выражение в смысле истории Русского мира. Основанием для ее постижения служит осознание единства и целостности его истории, а методом исследования – компаративный анализ идей, оказавших наибольшее влияние на бытие и сознание российского общества и выразивших смысл своего «исторического времени». Изучение различных эпох истории России позволяет сделать вывод об органическом (в целом) характере исторического процесса и выявить социокультурные константы Русского мира, что сохраняют определенное постоянство в течение всей его истории. К этому же выводу приводит рассмотрение и сравнение тех общественных идеологем, которые полностью проявили себя в течение многовекового развития России. Для решения данной задачи диссертант проанализировал такие идеологические построения, как образы нового Иерусалима и святой Руси, концепцию третьего Рима, идею панславизма и учение о коммунизме – в том виде, в каком они получили распространение и осмысление в России. В результате исследования данных идеологем выявляется, что они обладают определенным набором общих характеристик.

6. Диссертант считает, что, несмотря на существенные различия между этими «общественными идеями», все они, во-первых, претендуют на выражение абсолютного мировоззрения, во-вторых, могут быть осознаны и реализованы только общим знанием и общим делом, в-третьих, объединены убеждением в особом предназначении России в мире. На основании проделанного анализа смысл истории Русского мира определяется как стремление к всеобщему постижению абсолютного мировоззрения и построению на его основе идеального общества. Предложенная дефиниция, на наш взгляд, отражает историософский подход к пониманию русской идеи как идеальной сущности и смысла Русского мира, синтетического знания о сущности и смысле и его основополагающих ценностей и норм. При этом отмечается, что в таком осмыслении истории необходимо присутствует долженствование, поскольку идеальные сущности, придающие смысл истории, сами по себе принадлежат сфере не действительного, а должного. Следовательно, после того как русская идея была определена как смысл истории, необходимо понять ее как систему ценностей.

7. В результате аксиологического анализа русской идеи в диссертации выделяются основные ценности Русского мира, которые, по мнению диссертанта, более всего характеризуют русскую идею как идеальную сущность и находят наиболее яркое воплощение в культуре России (возможно, именно в них выражается смысл культуры Русского мира). В процессе исследования ценностных приоритетов, проявившихся в российской истории и культуре, в качестве определяющих устанавливаются такие ценности, как правда, соборность и спасение. Данные ценности образуют между собой триединство, в рамках которого они предполагают, взаимно дополняют и обосновывают друг друга. При этом показывается, что каждая из данных ценностей представляет идеальный синтез двух других ценностных интенций (истины и справедливости, единства и свободы, мессианизма и миссионизма), которые в эмпирическом бытии Русского мира находятся в достаточно остром противоречии друг с другом.

8. На основе произведенного анализа, делается вывод о том, что указанные ценности являются как идеальными целями, так и реальными проблемами российского общества, действительные истоки которых следует искать в основных противоречиях истории России, а должное разрешение – в русской культуре (религиозной и светской, нравственной и художественной, философской и научной). Таким образом, основные ценности русской идеи представляют идеальные формы преодоления ведущих социокультурных противоречий российского общества, которые в реальной российской истории получали, как правило, одностороннее решение. Благодаря пониманию конфликтной основы ценностного содержания русской идеи становится ясно, что она есть не только манифестация основных ценностей, но и декларация основных противоречий Русского мира.

9. Исходя из этого, формулируется аксиологема Русского мира, которая характеризуется сочетанием правды, соборности и спасения, находящихся в этом мире в относительно постоянном и взаимно обусловленном отношении. Эта аксиологема определяется в диссертации как стремление к соборному постижению и осуществлению всемирной правды, обретение которой принесет спасение России и человечеству. Данная дефиниция представляет не конкретное выражение русской идеи на какой-либо стадии развития российского общества и российской культуры, но форму, образец, матрицу, которая лежит в основе всех известных модификаций русской идеи (новый Иерусалим, святая Русь, третий Рим, русский панславизм, советский коммунизм). На основе знания этой формы, разумеется, нельзя предсказать, в каком новом образе, идее или учении предстанет русская идея в будущем, однако можно с достаточно большой уверенностью утверждать, какая идеологема не в состоянии претендовать на эту роль.

10. Русская идея есть система ценностей, которые призваны обеспечить выживание и развитие Русского мира, а также утвердить значение его бытия для всего человечества. Эти ценности предлагаются, с одной стороны, россиянам – как должная основа для их объединения, с другой стороны, всем народам – как лучший способ их сосуществования в мире. Следует признать, что русская идея, ввиду универсализма и максимализма своих интенций, по-видимому, вряд ли когда-либо может быть в полном объеме воплощена в социокультурном континууме исторического бытия. Однако, вопреки отечественным и зарубежным критикам, заявляющим о мифологическом или утопическом характере русской идеи, диссертант утверждает, что указанная причина не является логическим основанием для отрицания ее существования или актуальности. Напротив, автор данной работы делает вывод о том, что русская идея представляет собой ценный вклад в духовную сокровищницу всего человечества, поскольку она содержит в себе знания о том, как в идеале должны разрешаться противоречия этого мира. Но для того чтобы полученные знания и накопленный опыт (как положительный, так и отрицательный) не пропали даром, русская идея должна не замыкаться в себе, а открыться миру, дабы занять достойное место в конкуренции национальных и цивилизационных идей, которая во многом определит мировоззренческий выбор человечества в третьем тысячелетии.

Теоретическая и практическая значимость работы. Данное исследование может внести определенный вклад в развитие российского национального самосознания и придать новый импульс исследованию русской идеи как социокультурного феномена.

Результаты работы помогут уточнению соотношения национального и общечеловеческого, социального и культурного, гносеологического и аксиологического начал, соединенных в русской идее. Они также позволяют примирить чувство патриотической гордости за великую роль и высокую цель России в мире с пониманием трагичности ее прошлого и сознанием открытости ее будущего.

Выводы исследования позволяют отметить нерешенные проблемы, которые затрудняют и замедляют развитие российского общества и его институтов. К их числу следует отнести, например, незавершенность его культурной самоидентификации и цивилизационного самоопределения. Полученные результаты дают дополнительные возможности для сравнения достоинств и соблазнов как европейского, так и самобытного пути развития, которые следует учесть при ответе на фундаментальный вопрос: «Кто мы?». С учетом сделанных выводов представители социальных и гуманитарных наук смогут лучше понять механизм соответствия социальных процессов и культурных отношений в российском обществе и в его истории.

Материалы данного исследования могут быть использованы при чтении курса социальной философии, философии истории, философии культуры, а также истории русской философии.

Апробация работы. Основные положения диссертации получили освещение на международных и российских конференциях: «Проблемы формирования исторического сознания» (Н. Новгород, 2004); «Славянский мир: Русская идея как социокультурный феномен» (Пермь, 2004); «IV Ильинские философско-богословские чтения» (Екатеринбург, 2005); «Литовская мечта и Русская идея» (Вильнюс – Клайпеда, 2005); «Современные проблемы российской ментальности» (Санкт-Петербург, 2005); «Православие и гуманитарное знание. XV Рождественские православно-философские чтения» (Н. Новгород, 2006), «Русская Православная Церковь в мировой и отечественной истории» (Н. Новгород, 2006).

Структура работы. Диссертация состоит из Введения, Главы I, состоящей из четырех параграфов, Главы II, состоящей из двух параграфов, Главы III, состоящей из трех параграфов, Главы IV, состоящей из пяти параграфов, Заключения и Списка источников и литературы.

II. Основное содержание работы

Во Введении обосновывается актуальность темы, указывается степень ее научной разработанности; определяются цели и задачи, объект и предмет исследования; характеризуются теоретическая и методологическая база исследования, а также делается общий обзор источников; оценивается новизна, теоретическая и практическая значимость исследования; дается описание апробации и структуры работы.

Первая глава «История проблемы русской идеи» представляет описание и анализ генезиса проблемы русской идеи в отечественной и зарубежной философской мысли. Диссертант исходит из того, что в своем генезисе русская идея прошла три этапа, которые выделяются им не по идеологическому, а по хронологическому признаку. Отдельного внимания, по мнению автора, заслуживает рассмотрение, как правило, критических воззрений на русскую идею, характерных для зарубежных исследователей.

Первый параграф «Формирование понятия "русская идея"» посвящен рассмотрению историософских, религиозных и культурных исканий, которые привели к формулированию национальной идеи в России. Их обозрение начинается с анализа дискуссий на тему русского национального самосознания, которые приобретают философский характер с конца 20-х – начала 30-х гг. XIX века. На этом первом теоретическом этапе российского национального самосознания отечественные мыслители еще не выработали понятия «русская идея». В своих трудах, порожденных думами об истории и культуре России, они использовали термины, близкие национальной идее, но все же уступающие ей по степени общности. Так, они писали о «призвании народа, идее отечества» (Чаадаев, Ястребцов), «особом предназначении» (Пушкин, Киреевский), «идее государства» (Хомяков), «народном воззрении, народном духе» (братья Аксаковы), «особом пути» (Белинский, Герцен, Чернышевский), «исторической идее» (Данилевский). Хотя Н.Я Данилевский в 1871 г. мимоходом упоминал «русскую идею», а И.С. Аксаков в 1874 г. попутно говорил о «национальных идеях» Тютчева, мыслители вкладывали в эти понятия лишь пропагандистско-патриотический смысл.

Второй параграф «Классическая постановка проблемы русской идеи в отечественной философии последней трети XIX – первой половины XX века» раскрывает содержание взглядов на русскую идею мыслителей, которые ввели данное понятие (Ф.М. Достоевский, 1860 г.), дали первые образцы философского понимания (В.С. Соловьев, 1888 г.) и раскрыли аспекты этой проблемы. Отечественные философы внесли выдающийся вклад в познание русской идеи, предложив основные варианты ее решения, многие из которых сохраняют актуальность до наших дней. В их трудах русская идея получила определение посредством таких понятий, как «смысл истории», «общее дело», «призвание», «русскость», «национальное задание», и таких атрибутов, как правда, справедливость, соборность, свобода, спасение. Но, признавая их неоспоримые заслуги в постановке и решении проблемы, на наш взгляд, следует признать, что мыслители этого периода оказались более правы в своих вопросах, чем в ответах. Их идеологические построения, основанные на вере в бога, русский народ и будущее России, были сметены ураганом Русской революции. Кризис учения о русской идее, обусловленный революцией и потребовавший ее переосмысления, выявил недостатки в понимании данной проблемы в русской классической идеалистической философии. Главный из них, по мнению диссертанта, состоял в том, что осознание русской идеи, возникшей из религиозной интерпретации истории России, не было доведено до уровня ее понимания как собственно философской проблемы. Была необходима «секуляризация» русской идеи, освобождение историософии от теософии, которая превалировала всегда, когда русские религиозные мыслители стремились обосновать эту идею как христианскую, чаще всего – как православную, прежде всего – как идею русского православия. Это порождало противоречие между социокультурным универсализмом и религиозно-конфессиональным партикуляризмом русской идеи, которое не разрешалось ни во «всемирном братстве» Достоевского, ни во «вселенской теократии» Соловьева, ни в «царстве Святого Духа» Бердяева. Что касается развития этой проблемы русскими философами, которые оказались в вынужденной эмиграции, то их воззрения не могли не отразить пережитого ими духовного перелома. В учении Соловьева русская идея обладала целостностью и «всеединством», несмотря на то противоречие, которое было указано выше. В интерпретации мыслителей «русского зарубежья» она предстает как идея христианско-церковная (Булгаков, Флоровский), цивилизационная (евразийцы), государственная (Ильин, Солоневич), культурная (Федотов) или социально-мистическая (поздний Бердяев). В этой утрате целостности можно видеть как разобщение «единой и неделимой» русской идеи, так и выделение частных форм ее выражения, которые станут основой для нового синтеза в будущем.

Третий параграф «Понимание русской идеи в современной российской философии» представляет обозрение подходов к исследованию русской идеи, которые преобладают в отечественной философии с начала 90-х гг. прошлого века. По отношению к проблеме русской идеи современные российские мыслители разделились на ее сторонников и критиков. Защитники данной идеи демонстрируют в основном те же подходы и выводы, которые были предложены в период расцвета русской философии в последней трети XIX – первой половине XX века. Критиков русской идеи объединяет отрицание высшего призвания России: в ее особом пути они видят не более чем отклонение от магистральной линии истории, – в остальном их взгляды могут быть различными. По-видимому, процесс освоения современными российскими мыслителями классического наследия отечественной философии пока еще не закончен, что задерживает появление новых концепций русской идеи. На взгляд автора, этому препятствует и преобладание односторонних идеологических интерпретаций досоветского, советского и постсоветского общества, а также рефлексии на тему отношения России к Западу и Востоку, не всегда основывающейся на объективном анализе их истории и культуры. Это не может не влиять на уровень современного осмысления пути России в XX и XXI веке, который порой не соответствует критериям ни философского, ни научного мышления.

Четвертый параграф «Русская идея в представлении зарубежных исследователей» отражает взгляды иностранных мыслителей на Россию, русский характер, русскую идею. Независимо от глубины познания истории и культуры нашей страны и от проекции на нее своих идеологических представлений, зарубежные философы, историки и культурологи, как правило, выносят суждения о ней с позиций рационального критицизма. Несмотря на то, что в основе такого подхода лежит иная парадигма, взгляд на русскую идею «со стороны» порой позволяет понять некоторые нюансы, которые могут быть незаметны отечественному исследователю. Вместе с тем зарубежные авторы, пишущие о России, воспринимают ее сквозь призму ценностей родных культур, которые выступают критериями оценки российской действительности. Поэтому оригинальность и парадоксальность их суждений нередко имеют в качестве обратной стороны поспешность и односторонность. Это замечание можно предъявить как А. де Кюстину, заявившему: «У русских есть лишь названия всего, но ничего нет в действительности. Россия – страна фасадов», так и Т. Мак-Дэниэлу, для которого «с самого начала "русская идея" была в большей мере идеологией, чем "культурой"». Тем более ценны оригинальные выводы тех авторов (например, В. Шубарта), что преодолевают этнокультурный субъективизм и, не впадая в идеализацию России, провидят в ней ту идею, которую не ищут или не находят многие российские исследователи.

Во второй главе «Русская идея как понятие» отмечается, что данный концепт возникает в процессе осмысления ценностного отношения субъекта к объекту, где субъектом является мыслящая личность, а объектом – сама Россия во всем богатстве ее жизненных явлений и образов. И, определяя русскую идею сообразно своим религиозным, моральным или политическим взглядам, исследователь зачастую не столько постигает ее сущность, сколько выражает свое отношение к ней, т.е. характеризует не русскую идею, а самого себя. Поэтому содержательному определению данного феномена, безусловно, должно предшествовать его формальное ограничение.

Первый параграф «Русская идея и другие формы познания России: компаративный анализ» посвящен сравнению русской идеи с близкими ей формами познания России, с целью установления сходства и различия между ними. При рассмотрении русской идеи нужно, прежде всего, определить отношение данного феномена к действительности. Для того чтобы выяснить различие между русской идеей и фиктивным понятием, следует указать на реальность, которой она соответствует. Такой реальностью, по мнению диссертанта, является подлинное, а не мнимое своеобразие России, которое делает ее столь непохожей на другие страны и народы. В спорах о русской идее порой высказывается мнение, что ее должно воспринимать как аллегорию или символ, т.е. как художественный образ. Но при внешнем сходстве и общих признаках идея и образ суть разные формы и способы отражения действительности. Даже самый выразительный образ не может передать всех значений и смыслов, то есть всей глубины идеи. В отличие от художественного видения России, философское отношение к ней предполагает не переживание образа, но осмысление понятия. Однако, если русская идея определяется, исходя из произвольно-субъективного выбора присущих ей признаков, она превращается в метафизическую конструкцию. Поскольку не существует научной методики, позволяющей анализировать духовные сущности, как математические величины или физические тела, исследователь может оказаться в плену собственных односторонних, несвязанных и неизменных дефиниций. Поэтому в изучении русской идеи так важно выработать объективный, всесторонний подход, позволяющий установить связи между ее общими и частными признаками, а также понять логику ее развития.

загрузка...