Delist.ru

Философия образования и медиакультура информационного общества (15.07.2007)

Автор: Возчиков Вячеслав Анатольевич

- медиакультура есть также культура-метасообщение о мировоззрении человечества на определенном этапе его существования;

- медиакультура – специфический способ освоения действительности с помощью средств массовой информации через собственный знаковый код, позиционируемый как адекватное отражение реальности;

- медиакультура – знак как действие, причем вектор этого действия, его содержательное наполнение многоаспектны: от манипулятивного воздействия на личность в чьих-либо интересах – до приобщения человека к лучшим достижениям науки, культуры, творчества.

4. В современных социокультурных условиях (начальная стадия информационного общества) метакультурный смысл медиакультуры проявляется в расширении ее функционального спектра от обыденности утилитарных потребностей до определения содержания цивилизационного развития..

5. Медиакультура как целостный, системный феномен обеспечивает единое медиакультурное пространство для всех членов общества, прочность и надежность информационных связей между людьми, обществом и личностью, государством и его гражданами, регионами и центром и т.д.

6. Особенностью становления информационного общества является появление «человека медиакультуры» как следствие интенсификации информационных процессов, формирования нового типа организации общества, его функционирования и управления.

7. Медиакультура, востребованная социумом и необходимая для созидания информационного общества, есть медиакультура, реализующая принцип «преемственность традиций – существование в культуре».

8. Способность образования чутко улавливать цивилизационные изменения и своевременно реагировать на них есть показатель его жизненности, соответствия общественным ожиданиям и потребностям. Образование, взаимодействующее с медиасферой, расширяет свои возможности, используя для реализации собственных целей мировоззренческую составляющую медиакультуры.

9. Экзистенциально-личностные смыслы медиаобразования – способствовать человеку в творческих исканиях собственной сути, обнаружению и развитию потенциальных способностей и стремлений; медиаобразование предстает фактором развития личности в контексте прошлого и настоящего опыта, становления мировоззренческой ориентации и формирования аналитического отношения к той или иной идейно-нравственной позиции, обеспечивает осознанную и обоснованную выработку убеждений.

10. Становление информационного общества есть процесс становления человека эпохи знаний, информации и высоких технологий – личности диалогической, человека культуры, многогранный внутренний мир которого, базирующийся на высокой духовности и нравственности, интеллекте и творчестве, открыт красоте и созиданию.

Теоретическое значение работы. Осмысление образовательных, социально-философских, философско-антропологических, культурфилософских, медиакультурных аспектов исследуемой проблематики; выявление значения феномена медиакультуры в условиях становления информационного общества; раскрытие онтологических смыслов медиаобразования, его уникальной функции связующего звена между сферой образования и миром медиа; выявление особенностей философии образования информационного общества, медиакультурного вектора расширения этой области научного знания; осуществление анализа конкретных проявлений современной медиакультуры в материалах средств массовой информации, свидетельствующих о кризисных явлениях в деятельности российских mass-media; обоснование в структуре гуманитарного образовательного проекта «Человек культуры» медиакультурной модели становления диалогической личности. Содержащийся в диссертации анализ философии образования и медиакультуры информационного общества способствует преодолению методологических трудностей, связанных с организацией образовательного пространства новой цивилизационной реальности, при этом обращение к медиаобразованию позволяет расширить перспективы обучения как в научно-теоретическом, так и общественно-мировоззренческом смыслах.

Практическое значение работы. Материалы диссертации могут найти применение в преподавательской деятельности, прежде всего в рамках курсов социальной философии, философской антропологии, философии образования, социальной педагогики, культурологии, теории и практики российской журналистики, при разработке спецкурсов по проблемам медиакультуры и медиаобразования, учебно-методических материалов и учебных пособий по названной проблематике. Данные диссертационного исследования могут быть использованы в целях воспитания культурно-нравственного и патриотического самосознания молодежи через образовательный процесс.

Апробация работы. Основные идеи диссертации получили апробацию на заседаниях кафедры педагогики Бийского государственного педагогического института (с 1996 по 1999 гг.), кафедры теории и методики профессионального педагогического образования Бийского педагогического государственного университета имени В.М. Шукшина (с 2000 по 2004 гг.), кафедры философии факультета философии человека Российского государственного педагогического университета имени А.И. Герцена (с 2004 по 2007 гг.), а также на научных конгрессах, конференциях, симпозиумах: «Современные образовательные стратегии и духовное развитие личности» (Всероссийская конференция, Томс 1996 г.); «Технология психолого-педагогической подготовки учителя к воспитательной деятельности» (Всероссийская конференция, Барнаул1996 г.); «Человек в культуре России» (IV Всероссийская научно-практическая конференция, Ульяновск, 1996 г.); «Теоретические и прикладные аспекты становления психологической службы» (Всероссийская конференция, Бийск, 1997 г.); «Культура. Образование. Духовность» (Всероссийская конференция, Бийск, 1999 г.); «Управление образовательным процессом в педагогическом вузе» (Красноярский 2000 г.); «Проблемы воспитания на рубеже веков» (региональная конференция, Улан-Удэ, 2000 г.); «Становление личности на современном этапе» (Всероссийская конференция, Бийск, 2000 г.); «Человек культуры» (I, III Всероссийские симпозиумы, Бийск, 2000, 2002 гг.); «Непрерывное педагогическое образование: состояние, тенденции, перспективы развития» (Международная научно-практическая конференция, Липецк, 2000 г.); «Психологическое исследование: методология, теория, методы» (II региональная Школа молодых ученых, Барнаул, 2000 г.); «Развитие личности как стратегия гуманизации образования» (региональная конференция, Ставрополь, 2002 г.); «Психолого-педагогические проблемы модернизации общего среднего, вузовского и послевузовского образования» (Всероссийская конференция, Бирск, 2002 г.); «Развитие личности в образовательном пространстве» (межвузовская конференция, Бийск, 2004 г.); «Ребенок в современном мире» (XI, XII, XIII Международные конференции Санкт-Петербург 2004, 2005, 2006 гг.); «Развитие личности в образовательном пространстве: современные проблемы воспитания» (III Всероссийская конференция, Бийск, 2005 г.); «Власть и воздействие на массовое сознание» (I Всероссийская научно-практическая конференция, Пенза, 2005 г.); «Эффективность образования в условиях его модернизации» (Международная конференция, Новосибирск, 2005 г.); «Образование – фактор духовного и социального развития общества» (Всероссийские Борисовские чтения, Новосибирск, 2005 г.); «Философия и будущее цивилизации» (IV Российский философский конгресс, Москва, 2005); «Технолого-экономическое образование в XXI веке» (IV Международная научно-практическая конференция, Бийск, 2005 г.); «Философия отечественного образования: история и современность» (II Всероссийская научно-практическая конференция, Пенза, 2006 г.); «Развитие личности в образовательном пространстве» (IV Всероссийская научно-практическая конференция, Бийск, 2006 г.); «Современные ценности и эффективность моделей образовательных систем» (Международная научно-практическая конференция, Новосибирск, 2006 г.).

Результаты исследования отражены в 28 публикациях автора (общим объемом 51 п.л.). Все положения диссертации использовались в преподавательской работе. На основании материалов диссертационного исследования разработаны и читаются на факультетах Бийского педагогического государственного университета им. В.М. Шукшина курсы «Введение в медиаобразование», «Педагогика журналистики», «Медиакультура и философия образования».

Диссертантом (в соавторстве) разработан гуманитарный образовательный проект становления диалогической личности «Человек культуры», программа которого использовалась в учебно-воспитательном процессе Бийского педагогического государственного университета им. В.М. Шукшина и ряда средних образовательных учреждений г. Бийска.

Диссертация обсуждалась на заседании кафедры философии факультета философии человека Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена и была рекомендована к защите.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, четырех глав, заключения и списка литературы. Объем работы с библиографией 413 с.

Основное содержание диссертации

Во введении рассматриваются актуальность темы, степень ее разработанности, определяется методологическая установка диссертанта, указываются цели и задачи исследования, научная новизна диссертации, очерчиваются положения, выносимые на защиту, теоретическое и практическое значение работы, ее апробация.

Поскольку об информационном обществе к настоящему времени существует обширная научная литература, в главе первой – «Философия образования и становление информационного общества» - проблема социокультурных преобразований, определяющих специфику современного этапа цивилизационного развития, рассматривается преимущественно в относительно узком аспекте противоречий между содержанием феномена информационного общества как теоретической парадигмы и реальной практикой социального строительства. Рефлексия по данному поводу задает алгоритм исследованию в целом: особенности формирующейся картины мира, среди которых одна из важнейших – усиливающееся значение медиакультуры в интерпретации действительности и выстраивании векторов личностного развития (возрастание роли «знаниевого» фактора в жизнедеятельности социума подразумевает расширение информационного «обслуживания» всего многообразия общественных процессов, осуществляемого главным образом средствами массовой информации – «каналами связи» общества и медиакультуры), вносят новые смыслы в ценностно-мировоззренческую систему образования, философия которого уже не может не учитывать медиакультурную детерминанту в поисках адекватных ответов на информационные вызовы.

Противоречия между возможным и действительным в формировании образа реальности в контексте современных социокультурных трансформаций в известной мере предопределены рассогласованием между означающим и означаемым, наличествующим в собственно термине «информационое общество»: данное общество имеет весомые основания называться «обществом знаний» или, как предлагалось на Втором международном конгрессе ЮНЕСКО по вопросам технического и профессионального образования (Сеул, 1999), – «эрой знаний, информации и коммуникации».

Действительно, с одной стороны, информация связывает разные уровни и планы общественного существования и деятельности, обеспечивая становление нового типа организации; преобразующее воздействие информационно-коммуникационных технологий действительно испытывают в настоящее время все сферы человеческой жизнедеятельности – и государственные структуры, и институты гражданского общества; инфотехнологии становятся важным стимулом развития экономики, значимым фактором функционирования мировых рынков информации и знаний, капитала и труда, развития науки и образования; изменения в информационной сфере, вызванные стремительным развитием и распространением новых технологий, осуществляются в глобальном масштабе; в настоящее время складывается индустрия производства разнообразного информационного содержания – это лишь некоторая часть доводов в пользу адекватности понятия «информационное общество» современному цивилизационному состоянию. С другой стороны, информация признается хотя и важным, но не определяющим стратегическим ресурсом общества, статусом такого ресурса наделяется знание. Следовательно, современное общество – не столько «информационное», сколько «знаниевое», что подтверждают и его обобщающие характеристики, выявляемые современными научными исследованиями: ориентация на знание, понимаемое как главный возобновляемый ресурс социально-экономического развития; глобальная информационная инфраструктура, в которой обмен информацией не имеет ни временных, ни пространственных, ни политических границ; возрастание роли знаний, инфокоммуникаций, информационных продуктов и услуг в валовом внутреннем продукте; становление «молекулярной» (Д. Тапскотт) структуры (распад административно-командной иерархии, переход к мобильным – «бригадным» - формам), межсетевое взаимодействие, конвергенция ключевых отраслей экономики и другие новые явления в сферах технологии, занятости, организации и управления, образования и культуры.

На различии смыслов «информации» и «знания» основываются утверждения некоторых исследователей, что в настоящее время информационное общество как «знаниевое» не состоялось, что для современной действительности такие характеристики, как «увеличение роли знаний в жизни общества», «производство интеллекта и новых знаний» и т.п., являются преждевременными, так как объективно наблюдаемой реальностью «является только повсеместное использование компьютеров, информационных технологий и Интернета» (Т.Ю. Журавлева) и за понятием «информация» кроется именно коммуникация, а не знание (Д.В. Иванов), поскольку приоритетные позиции занимают тиражирование (не создание!) интеллектуального продукта, передача сведений о нем через средства массовой информации и Интернет.

Nие, и как среда, и даже как важнейший вид сырья, причем последнее, в отличие от материальных продуктов, при потреблении не исчезает и не уменьшается; информация даже рассматривается как «знание, динамично сосуществующее со Вселенной и развивающееся вместе с ней и за счет нее. Знание в высшем, отвлеченном, абстрактном смысле – знание всего обо всем, знание созидающее и разрушающее» (О.Р. Самарцев). В таком «всеобщем» смысле следует воспринимать и название «информационное общество», и тогда значение термина проявится с наибольшей полнотой.

Информационное общество интерпретируется диссертантом как цивилизационное состояние становления, перехода от индустриального этапа развития к новой социокультурной, политико-экономической реальности, основными маркерами которой являются теоретическое знание, информация и высокоразвитая сфера услуг. На основании реалий мирового развития доказывается, что некоторые смелые футурологические прогнозы, обосновывающие снижение значения материального производства, в целом не находят подтверждения в действительности, равно как и преждевременно говорить (по крайней мере, в глобальном масштабе) о реальном выходе на приоритетные позиции в структуре системы ценностей знаний, интеллектуальной деятельности, «потеснивших» интересы материального достатка и собственности, хотя данная трансформация – одна из основных в теоретическом дискурсе информационного общества. В контексте реализации «информационного проекта» в смысле повсеместного решения материальных проблем, обеспечения высокого качества и непрерывности образования, торжества знаний и высоких технологий во всех отраслях деятельности рассматриваются примеры, когда общественные ожидания, представлявшиеся делом отдаленного будущего, стремительно становятся повседневной практикой (успехи мобильной связи, цифровых медиа, систем управления), и наоборот, некогда заявившее о себе как уже свершившимся не находит подтверждения в жизни, а потому – в лучшем случае – отодвигается на неопределенный срок (решение проблем взаимоотношений ведущих государств со странами «третьего мира», мирного сосуществования, глобалистики и пр.). Таким образом, современная социакультурная ситуация интерпретируется как начальная стадия информационного общества, переживающего неизбежные издержки становления.

В условиях формирующейся информационной реальности и усиления экспансии медиакультуры расширяет сферу своей рефлексии философия образования, обосновывая перспективы интеграции образования и медиакультуры, разрабатывая медиаобразовательные маршруты осмысления медиареальности и – соответственно – самостроительства личности. Образное выражение «образование – это формирование порядка из хаоса» (А.А. Грякалов) предполагает наличие ряда факторов, обеспечивающих систематизацию и эффективное усвоение знаний, распределяющих потоки информации в конкретные тематические русла, высвечивающих для развивающейся личности реальные жизненные ориентиры. В условиях формирования информационного общества таким системным началом становится медиакультурно-образовательная среда учебного заведения, в контексте которой реализуется переход от предметно-дифференцирующего к интеграционным принципам образования. Специфика понимания кардинальных вопросов человеческого бытия детерминирует многообразие образовательных подходов, однако различные образы философии образования включают в себя по меньшей мере одну объединяющую составляющую – медиакультурно-информационную, подтверждая тем самым, что проблема создания медийного контекста процесса образования оказывается в числе приоритетных при любой образовательной парадигме.

В контексте становления информационного общества раскрывается содержание образования как палитры различных областей культуры, вобравших духовную деятельность человека. Личность образованная, иными словами – ориентированная на нравственно-духовные ценности, реализующая и развивающая в течение всей жизни заложенное природой и обретенное в процессе социализации, есть личность, пребывающая в культуре, к какому бы смыслу последней мы ни обратились. Образование суть ключевое условие постижения опыта человечества в освоении природного, социального и собственно культурного мира, сконцентрированном в культуре как способе и форме человеческого бытия, исторической мере человеческого образа жизни. При подходе к культуре как совокупности общественных достижений и системе ценностей, обусловливающим обособление материальной, духовной, физической и т.д. культуры, образовательная составляющая каждого «ответвления» единого «дерева» также очевидна. Развитие как образования, так и культуры – процессы творческие, движимые стремлением к новым смыслам. Уникальность феномена образования в том, что обеспечивая вхождение личности в культуру, широчайшее распространение ценностей последней, оно само становится культурой, воспроизводит ее и развивает, а личность образованная предстает не только продуктом, но и творцом культуры.

Выделение в качестве ведущей человекообразующей функции образования рассматривается как восхождение к онтологическим смыслам последнего, понимаемым как целеорганизованное бытие человека в социуме и целеорганизованное бытие человека в культуре (Л.А. Степашко). Образование развертывается как «подъем к всеобщему», как «специфический человеческий способ преобразования природных задатков и возможностей» (Х.-Г. Гадамер). То, что изначально существует лишь как возможность, в ходе образовательного процесса проявляется образом человека, «уточненным» педагогическим творчеством. Антропологическая составляющая образования как важнейший атрибут его самотождественности определяет направленность методологической рефлексии на механизмы мироощущения, миропонимания, миросозидания личности, в целом же формирование онтологически обоснованного проективного взгляда на будущее образования исходит из экзистенциальных смыслов последнего, его идеалополагающих целевых установок, жизнеутверждающих ценностных ориентиров.

Футурологические экстраполяции на базе наличествующего знания в современном исследовательском дискурсе терминологически обозначаются, в частности, и как опережающее развитие образования (Л.А. Гаман, С.Г. Корконосенко), и как реализация функции опережающего рефлективного отражения (Б.О. Майер). Предполагается, что образование в качестве «теории» всегда будет уступать «практике», если актуализирует лишь настоящий (не говоря уже – прошлый) опыт, и наоборот, оно вызовет повышенный спрос, если в качестве ориентира выдвинет только еще назревающие тенденции ближайшего и отдаленного будущего. Таким образом, образование философски осмысливается как система с разделяемыми функциями стабилизации и одновременно опережающего отражения.

Обосновывается положение, что современная направленность философии образования на первостепенное осмысление его онтологических оснований и ценностей, содержательных и целевых аспектов, тенденций развития в контексте нестабильной социокультурной картины мира, выявление содержательных приоритетов при слабопредсказуемых перспективах формирующейся новой реальности и прочие проблемы свидетельствует, что в настоящее время система образования актуализирует не столько трансляционный, сколько – условно назовем его так – контекстуально-прогностический вектор своего функционирования, отражающий известную неопределенность положения образования в настоящем и его устремленность в будущее через философский анализ складывающейся реальности.

В главе второй – «Феноменология медиакультуры (постановка проблемы оснований и способа бытования в социуме)» - медиакультура рассматривается как предмет философского анализа, а также в интенциях смысла, структурных элементов и типологии; исследуется динамика медиакультуры в моделях средств массовой информации и развитии российской медиасистемы.

Обобщенно позиция диссертанта по отношению к феномену медиакультуры основывается на следующих положениях. Медиакультура в доминирующем статусе – фактор именно информационной цивилизации. Подчеркнем: история средств массовой информации не укладывается лишь в несколько последних десятилетий, однако именно на вторую половину XX столетия пришлись небывалое прежде развитие средств обработки и передачи информации, интенсификация информационных процессов, возрастание их скорости. Следствием данного процесса стало формирование нового типа организации общества, его функционирования и управления. Иными стали массовое сознание и массовая культура – феномены, присущие любому государству на всех этапах его развития. Впервые «человек массовый» предстал многочисленной группой, способной реально влиять на социальные процессы. Изменилась и «иерархия статусов»: «массовый человек» уже не идентифицирует себя «встроенным» в общественную систему, а позиционируется как ее необходимое, более того – востребованное современным укладом жизни звено.

Присутствие медиакультуры обнаруживается практически во всех аспектах современной жизнедеятельности человека, определяя бытийную заданность существования последнего. В условиях доминирования медиакультура преобразует мир человеческих отношений, привносит специфические черты в сознание субъекта, что позволяет ставить проблему онтологических оснований медиакультуры, месте человека в этой онтологии.

Русские мыслители еще в XIX столетии выразили тревогу о разрушительности одностороннего научно-технического прогресса, удаляющегося от культурно-нравственных корней народного бытия (Н.Я. Данилевский, Ф.М. Достоевский, И.В. Киреевский, К.Н. Леонтьев, А.С. Хомяков), фактически они предсказали наступление массовой культуры, возможность превращения народа в толпу, население, что стало предметом философского осмысления западных философов XX столетия (О. Шпенглер, Х. Ортега-и-Гассет, Г. Маркузе, М. Хайдеггер и др.). В диссертации человек, зависимый от медиасредств, утрачивающий в процессе взаимодействия с медиа личностно-самостоятельное начало, назван человеком медиакультуры – манипулируемым, конформистски ориентированным. Разумеется, не всякий, смотрящий телевизор или подключившийся к Интернету, становится человеком медиакультуры (на то оно и информационное общество, чтобы пользоваться его благами!), человек медиакультуры – своеобразная форма медианаркомании, «заболеть» которой, к сожалению, можно быстро и незаметно.

Однако медиакультура – явление достаточно сложное. От поспешных выводов должны предостеречь особенности современной социокультурной ситуации, которые и в том, что медиакультура начального этапа информационного общества проходит через свои противоречия становления, как и общество в целом. Сложившееся в социуме в настоящее время преимущественно негативное восприятие медиакультуры во многом справедливо, хотя последняя – вовсе не обязательно непременно «низкое», «ширпотребное», искажающее действительность в угоду чьим-то корыстным интересам. Простой пример: картины Рафаэля или Васнецова – явления культуры, но демонстрация произведений этих художников средствами телевидения на многомиллионную аудиторию – уже медиакультура, приобщающая, однако, к высоким идеалам, свету истины (такой же процесс духовно-нравственного становления личности происходит, когда предметами медиасообщений становятся кинофильмы Шукшина и Тарковского, поэзия Пушкина и Есенина, достижения науки, техники, исполнительского искусства и другие проявления человеческого гения). Содержательный аспект медиакультуры, таким образом, - не только проблема ее феноменологии, но и прежде всего «акт человеческий», следствие реальной медийной политики, осуществляемой как государством, так и менеджментом конкретного средства массовой информации, реализации мировоззренческих установок, в силу ряда причин и обстоятельств ставших официальной идеологией; наконец, контент медиасообщения вбирает в себя уровень развития и человеческие качества его адресанта, то есть – автора.

В настоящее время медиакультура нуждается как в критической оценке, так и в адекватном понимании смысла того или иного медиафакта. Медиасообщение, повторим, суть проявление конкретной идеологии: и то, и другое возможно оценивать, с одной стороны, в терминах запрета и наказания, но с другой – опираясь на духовно-нравственные основания, присущие не отдельным группам, а в целом обществу (чем шире, комплекснее подход, тем вероятнее справедливость вывода). Обобщенно говоря, определяя степень соответствия реальной медиакультуры нашим духовным идеалам и национальному менталитету, мы тем самым поднимаем проблему соотношения складывающейся социокультурной ситуации и общественных ожиданий.

Содержание главы раскрывает следующее определение медиакультуры: медиакультура есть доминирующая культура информационного общества, имеющая способом бытования деятельность традиционных и электронных средств массовой информации, воссоздающих социокультурную картину мира с помощью словесных, звуковых и визуальных образов; культура-универсум, вобравшая в себя функциональное многообразие массовой, народной, элитарной культур и их модификаций, онтологически укорененная в жизнедеятельности человека; культура-метасообщение о мировоззрении человечества на определенном этапе его существования.

Медиакультура по отношению к природе – квазиреальность, которой человек окружил себя, рукотворная действительность, обусловленная техническими возможностями и эстетическим наполнением эпохи. Наличие сообщения (вербального, визуального, аудиовизуального и пр.) – доминирующее условие существования этой реальности. Медиакультура, в пространстве которой реализуется всякое сообщение, представляет собой лабиринт каналов коммуникации. Однако упорядочивает их, придает стройность разумной конструкции то, что и агенс (производитель сообщения), и адресат (получатель сообщения) суть субъекты человеческой общественной деятельности. Таким образом, смысл медиакультуры как среды, в которой осуществляется межсубъектное общение, расширяется до обязательного фактора совместной деятельности.

Доказывается, что медиакультура выступает не только условием совместной деятельности людей, но и входит как явление в сущностный ряд деятельностной системы самопознания и самореализации личности, обнаруживая изначальную взаимосвязь с такими онтологическими категориями, как природа, деятельность, нравственность, культура. Ставится проблема соотношения коммуникации и медиакультуры, которая раскрывается следующим образом: в процессе коммуникативного межличностного взаимодействия через диалог (со-общение), равно как и в пространстве медиакультуры через восприятие, потребление готовых и производство новых текстов (со-общений), наполненных индивидуальными смыслами и значениями, человек выстраивает и раскрывает личностный образ. Философский анализ медиакультуры суть процесс постижения личности в ее ценностно-творческой, культуростроительной деятельности; в контексте медиакультуры раскрываются новые смыслы явлений, проясняются духовные горизонты человека, его нравственные предпочтения в предлагаемых действительностью ситуациях выбора. Сравнительный анализ литературы вопроса позволяет сделать вывод, что категория медиакультуры, введенная в научный оборот в первой половине 90-х гг. минувшего века, является недостаточно изученным феноменом, значение которого раскрыто лишь в малой степени. Между тем, как особо подчеркивается в диссертации, медиакультура является адекватной формой «прочтения» единого «культурного текста» современного мира, «текста», вбирающего опыт как в целом человечества, так и конкретных людей, проявляющийся и передающийся в той или иной деятельности. Выявлена амбивалентность медиакультуры, ее свойство проявлять характеристики и высокой культуры, и народной, и массовой.

Медиакультура предстает проявлением собственно культуры, во всяком случае – частной проекцией последней как наполненное отрефлексированным содержанием понятие; медиакультура образно интерпретируется как доступность культуры для индивида посредством коллективных знаков – продукции средств массовой информации. Выявлен объективный характер воздействия медиакультуры на социальную жизнь личности и общества в целом через социализацию отдельной личности (медиакультура, средствами массовой информации прежде всего, приобщает человека к участию в общественной жизни, способствует его самоутверждению, освоению различных социальных ролей и т.д.); установление системы ценностей и определяющих ее критериев (медиакультура регулирует человеческие стремления и поступки, предлагает основания для оценивания действий других, общественной жизни как таковой, социальной пригодности индивидов или групп); распространение моделей поведения, то есть определенных схем жизненной реализации, связанных со ценностями, которые надлежит принять как руководство к действию.

загрузка...