Delist.ru

Патриарх Никон и его наследие в контексте русской истории, культуры и мысли: опыт демифологизации (15.06.2007)

Автор: Шмидт Вильям Владимирович

См.: Ефимов Н.И. «Русь – новый Израиль»: Теократическая идеология своеземнаго православия в до-Петровской письменности. Казань, 1912; Синицына Н.В. Третий Рим. Истоки и эволюция русской средневековой концепции. М., 1998; Платонов О. Святая Русь (ЭС-СвР. С. 764–766); Шмидт В.В. Воззрения и труды Патриарха Московского и всея Руси Никона (Святая Русь: от третьего Рима к Новому Иерусалиму) // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 7: Философия. 2001. № 4; Забияко А.П. «Москва – Третий Рим», теория (РЭС. С. 662–663).

Флоровский Г. Пути русского богословия. Мн., 2006. С. 66. Выводы Г. Фроловского согласуются с выводами В.В. Налимова, который верно замечает, что «слово превращается в символ, если оно становится носителем какой-либо идеи» и А.Ф. Лосева: «идея выполняет в символе функцию обобщения и создания бесконечной смысловой перспективы» – см.: Налимов В.В., Дрогалина Ж.А. Реальность нереального. М., 1995; Лосев А.Ф. Проблема символа и реалистическое искусство. М., 1995.

Ярким примером тому является старообрядческая традиция представления Патриарха Никона. В художественном творчестве см., например: Боцяновский В.Ф. Патриарх Никон. Трагедия в 5 д. и 6 картинках. Репертуар Петроградского Государственного Драматического театра. Пг., 1923; Доронин А. Тени колоколов: Роман. Саранск, 2005.

Зызыкин М.В. Патриарх Никон: Его государственные и канонические идеи. М., 1995. Ч. 1. С. 8; ч. 3. С. 270.

Под социокультурным архетипом (архетип картины мира) понимается социально-психологическая целостность как феномен социально-исторической импликации (матрицы) бытия, раскрывающий экзистенциально значимые смыслы данной картины мира, маркирующий ее эпистемо-гносеологические модели и провоцирующий общественное (индивидуально-групповое) сознание к конституированию при помощи гетерономных ей знаков, образов, символов как онтологических смыслов, так и детерминированных последними аксиологических моделей с формами поведения и интерпретации порождаемой социально-исторической действительности как актуально наличного бытия.

При всей широте спектра исследований, посвященных социокультурному и социально-политическому мифотворчеству (Д. Вико, И.-Г. Гердер, Ф.В.Й. Шеллинг, Д.Д. Фрэзер, Э. Дюркгейм, Л. Леви-Брюль, Ф. Кронфорд, З. Фрейд, К.Г. Юнг, Ф. Ницше, В.О. Ключевский, Н.И. Кареев, Л.П. Карсавин, Э. Кассирер, М.М. Бахтин, А.Ф. Лосев, Э. Голосовкер, М.А. Лифшиц и др.), в отечественной науке выделяется, пожалуй, труд Н.И. Шестова «Политический миф теперь и прежде» (Саратов, 2003). Последовательные отраслевые исследования социокультурной и социально-политической мифологии дали возможность В.С. Полосину в его масштабном исследовании «Миф. Религия. Государство» (М., 1999) выработать метод комплексно-интегративного междисциплинарного исследования политической истории и именовать его «демифологизацией» (с. 30).

Дело Патриарха Никона / Под. ред. В.Н. Ламанского / Записки отделения русской и славянской археологии Императорского Археологического общества. М.,1861. Т. II; Гиббенет Н.А. Историческое исследование дела Патриарха Никона: В 2 ч. СПб., 1882–1884; Дело о Патриархе Никоне. Издание Археографической комиссии по документам Московской Синодальной (бывшей Патриаршей) библиотеки / Под ред. Г.В. Штендмана. СПб., 1897.

В настоящее время «Дело» хранится в Российском государственном архиве древних актов (РГАДА) и незначительная часть – в Государственном историческом музее (ГИМ). Подробная опись ф. 27 (РГАДА) д. 140 «Дело об оставлении Патриархом Никоном Патриаршего престола, о пребывании его в Воскресенском монастыре, именуемом Новый Иерусалим; и письма его оттуда к Царю Алексею Михайловичу; о созвании в Москве Собора против Никона; о приглашении на оный Восточных Патриархов и суд над Патриархом Никоном»; ф. 27. Д. 140а «Дело: ссылка бывшего Патриарха Никона в Ферапонтов монастырь, содержание его там и письма его оттуда к Царю Алексею Михайловичу» и др. фондов сопоставлена нами с изданными документами и опубликована – см.: Патриарх Никон. Труды. М., 2004. Приложение II: Судное дело Никона, Патриарха Московского.

Полное название: Известие о рождении и воспитании о житии Никона, Патриарха Московского и всея Руси. Авторство этого произведения приписывается иподьякону Патриарха И.К. Шушерину, служившему в конце жизни крестовым дьяком у Царевны Татьяны, т.к. в тексте «Жития» содержится несколько фрагментов, относящихся к младенческому периоду жизни И. Шушерина – его воспоминаниям, а также зашифрованная подпись в конце рукописи: «… Той же муж благочестивый и историю сию написа… вся от начала подробно написа, ово сам видя творимая и от уст слыша самаго Святейшаго, ово же слыша от братии живущих со Святейшим во изгнании бываемая терпения и нужды, даже и до самыя кончины… Иоанн Корнилиев Рипатов. 131. 297. 563».

Шмидт В.В. Религиозно-философские воззрения и система богословия Патриарха Никона: Дисс... канд. филос. наук. М., 2000; он же. Воззрения и труды Патриарха Московского и всея Руси Никона (Святая Русь: от третьего Рима к Новому Иерусалиму) // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 7: Философия. 2001. № 4; он же. Святейший Патриарх Никон и его Новый Иерусалим // Богословские труды. 2002. № 37; он же. Никон, милостию Божией Патриарх: от господствующей идеологии к историческому наследию // Социальные конфликты в России XVII–XVIII веков. Саранск, 2004; Патриарх Никон. Труды / Научн. исследование, сост. и общ. ред. В.В. Шмидта. М., 2004.

См.: Michels G. At War with the Church: Religious Dissent in Seventeenth-Century Russia. Stanford (California), 1999. P. 217–223); Лобачев С.В. Патриарх Никон. СПб., 2003. С. 270, 276; Кручинина А.Н. Патриарх Никон и церковно-певческое искусство его времени // Человек верующий в культуре Древней Руси: Мат-лы междун. конф. [5–6 дек. 2005]. СПб., 2005. С. 104–105.

Шахов М.О. Раскол в Русском Православии; Старообрядчество, староверие (РЭС. С. 848–849, 1013–1014); он же. Старообрядчество (т. III. С. 634); он же. Аввакум; Поморские ответы; Раскол; Старообрядчество // Русская философия: Словарь. М., 1995; Шульгин В.С. Раскол, старообрядчество // Советская историческая энциклопедия. М., 1968. Т. 11; Раскол // Большая энциклопедия: В 62 т. М., 2006. Т. 40. С. 559–560; Старообрядчество, раскольничество, староверие // Там же. Т. 48. С. 7; Иоанн (Снычев), митрополит. Раскол (ЭС-СвР. С. 713–716); Шашков А.Т. Аввакум Петров (ПрЭ. Т. I. С. 83–87; лучшая из известных нам работ, где представлен социально-исторический, философско-религиоведческий и богословский анализ основ старообрядчества в аспектах мировоззрения и деятельности основоположника социально-политического гражданско-церковного раскола). Сравнить, например: Гараджа В.В. Реформация (т. III. С. 451–453); Кравенко И.И. Реформа (там же. С. 450); Несиянова О.В., Семанов А.М. Реформатские церкви; Третьяков А.В. Реформация (РЭС. С. 916–918).

Божко Н.В. Церковная реформа XVII века: Роль и место Патриарха Никона в ее проведении: Дисс. ... к. ист. н. Воронеж, 1997; Никольский Н.М. История Русской Церкви. М., 1985. С. 114–139; Очерки истории СССР: Период феодализма: XVII век. М., 1955. С. 312–320, 354–360; Очерки русской культуры. М., 1979. Ч. 2. C. 288–312; Сазонова Н.И. Раскол Русской Православной Церкви в ХVII веке и исправление богослужебных книг при Патриархе Никоне: На материалах Часослова: Дисс. ... к. ист. н. Томск, 1999; Устюгов Н.В., Чаев Н.С. Русская церковь в XVII в. // Русское государство в XVII в.: Новые явления в социально-экономической, политической и культурной жизни. М., 1961. С. 295–329; и др.

Молзинский В.В. Старообрядческое движение второй половины XVII в. и общественная мысль России: Автореф. дисс. … д.ист.н. СПб., 1997. C. 10; Полознев Д.Ф. Клерикальная оппозиция в начале становления российского абсолютизма: Конец 1640-х – 1660-х гг.: Автореф. дисс. … к.ист.н. М., 1990. С. 3–22; Соловьева Т.Б. Отношения государства и Церкви по вопросам землевладения в России XVII века (по материалам Патриаршего Дома): Автореф. дисс. … к.ист.н. М., 1979. С. 18–21; Флоря Б.Н. Государственная власть и формирование духовного сословия в средневековой России // Сословия и государственная власть в России: XV – середина XIX вв.: Международная конференция: Чтения памяти акад. Л. В. Черепнина: Тезисы докладов. М., 1994. Ч. II. С. 161–164.

Алферова Г.В. К вопросу о строительной деятельности Патриарха Никона // Архитектурное наследство. Сб. 18. М., 1969; Бондарева О.Н. Об идейной сущности строительной деятельности Святейшего Патриарха Никона // Социальные конфликты в России XVII–XVIII веков. Саранск, 2005; Бусева-Давыдова И.Л. Об идейном замысле «Нового Иерусалима» Патриарха Никона // Иерусалим в русской культуре. М., 1994; Васильева Е.Е. Новоиерусалимская школа песнотворчества // Патриарх Никон. Труды; Воробьева Н.В. Церковные реформы в России в середине XVII в.: Идейные и духовные. Омск. 2002; Долгов К.М. Патриарх Никон: сущность и смысл раскола // Философские измерения политики, дипломатии и культуры: В 5 т. М., 2006. Т. 2: Политика и историософия. С. 6–32; Жервэ Н.Н. Валдайский Иверский Святоозерский Богородицкий монастырь. СПб., 1999; Зеленская Г.М. Святыни Нового Иерусалима. М., 2002; она же. Новый Иерусалим: Путеводитель. М., 2003; Кольцова Т.М. «Крестовый образ» Кийского Крестного монастыря // Научно-исследовательская работа в художественном музее: Вып. 1. Архангельск, 1998; Крестный путь Патриарха Никона / сост. Колотий Н.А. Ясенево (М.), 2000; Лебедев Л., протоиерей. Москва патриаршая. М., 1995; Лепахин В.В. Иконическое зодчество Патриарха Никона // Никоновский сборник / Отв. ред. и сост. А.Г. Авдеев. М., 2006; Линник Ю.В. Патриарх Никон на русском севере; Идея симфонии властей в свете синергетики; Эсхатология Патриарха Никона // Альманах Юрия Линника: Патриарх. Петрозаводск, 2004; Люстров М.Ю. Уход Патриарха Никона как подражание образцам (к вопросу о самосознании Московского Патриарха) // Герменевтика древнерусской литературы: (Сб. статей № 10). М., 1989; Михайлова Н. Божией милостью Патриарх // Москва. № 5. 1996; она же. Светися, светися, Новый Иерусалиме... // ЖМП. 1997. № 10; Осипенко М.В. Кийский Крест Патриарха Никона. М., 2002, 2004; она же. Наставления христианину Святейшаго Патриарха Никона // Социальные конфликты в России XVII–XVIII веков. Саранск, 2005; Панарин А.С. Православная цивилизация в глобальном мире. М., 2003; Позднеев А.В. Никоновская школа песенной поэзии // ТОДРЛ. М.; Л., 1961. Т. 17; Румянцева В.С. Патриарх Никон и Соборное уложение 1649 г. // Реформы в России XVI–XIX вв. М., 1992; она же. Никон // Исторический лексикон. XVII век: Энциклопедический справочник. М., 1998; Севастьянова С.К. Переписка митрополита Новгородского Никона с Соловецким монастырем // Книжные центры Древней Руси. Соловецкий монастырь. СПб., 2002; она же: «Письма Патриарха Никона из Ферапонтова монастыря к Царю» // ТОДРЛ. Т. 55 – Письма за 1667 г.; Т. 56. – Письма за 1668–1670 гг.; она же: то же: за 1671, 1672, 1673 гг. // Археография и источниковедение Сибири. Новосибирск, 2003; и др.

В обзоре представлены: Щербатов, Берх, Карамзин, Лигарид, Самарин, Соловьев, Ундольский, Костомаров, Каптерев, митрополит Макарий, Ключевский, Платонов, Шушерин, Павел Алеппский, Н.А.А., митрополит Платон (Левшин), Щапов, архиепископ Черниговский Филарет, Николаевский, Субботин, Гиббенет, Пальмер, Мейерберг, архидиакон Кокс, Коллинс, Кульчинский, Пихлер (Рichlеr), Левек (Lеvеsquе), Харманн (Hеrmаnn), Стэнли, Тинера (Thеinеr), Tондини, Пальмъери (Раlmiеri), Восточные Патриархи (грамота), смысл клеветы о «замахах» Никона на царскую власть по Духовному Регламенту, о Русском вестнике (1882. Авг.) и собственный вывод Зызыкина.

Рукопись хранится в ГПБИ, Синодальной библиотеке МП РПЦ и РНБ. Также отметим: данная рукопись в ходе ее рецензирования зам. директора Историко-архитектурного и художественного музея «Новый Иерусалим» по науке Г.М. Зеленской была передана для редактирования С.В. Лобачеву, а также исследовательнице эпистолярного наследия Патриарха С.К. Севастьяновой, которая опубликовала ее под своим именем, дополнив выполненной нами описью «Судного дела» (РГАДА) и личным исследованием «”Наставление царю” Патриарха Никона» – см: Севастьянова С.К. Летописи жизни и литературной деятельности Патриарха Никона. СПб.: Изд–во Дмитрий Буланин, 2003. – 520 с.

Также см. и ср.: Балалыкин Д.А. Русский религиозный раскол в контексте церковно-государственных отношений второй половины XVII в. в отечественной историографии: Дисс. … д.ист.н. М., 2007.

Ключевский В.О. Курс русской истории. М., 1937; Пивоев В.М. Миф в системе культуры. Петрозаводск, 1991; Полосин В.С. Миф: Религия: Государство. М., 1999; Степнова Л.А. Социальная мифология и проблемы современного социального мышления. М., 1999; Косарев А. Философия мифа: Мифология и эвристическая ее значимость. М., 2000; Шестов Н.И. Политический миф теперь и прежде / Под ред. А.И. Демидова. Саратов, 2003; Забарин А.В. Механизмы психологического воздействия политической пропаганды: Дисс. … к.псих.н. СПб., 2003; Почепцов Г.Г. Пропаганда и контрпропаганда. М., 2004; Флад К. Политическая мифология: Теоретическое исследование. М., 2004.

С.Н. Булгаков, В.В. Бычков, А.И. Введенский, Б.П. Вышеславцев, Н.К. Гаврюшин, А. Геронимус, С.С. Гогоцкий, Ф.А. Голубинский, В.С. Горский, М.Н. Громов, А.Ф. Замалеев, В.В. Зеньковский, И.А. Ильин, А.М. Камчатнов, В.В. А.И. Клибанов, Н.С. Козлов, Колесов, С.Б. Крымский, В.Д. Кудрявцев-Платонов, В.П. Лега, Д.Ю. Лескин, В.М. Лурье, М.А. Маслин, С.А. Нижников, В.М. Ничик, М.А. Новоселов, А.Ф. Лосев, В.Н. Лосский, Н.О. Лосский, В.В. Мильков, Д.И. Макаров, Г. Подскальски, А. Позов, Г.В. Плеханов, В.Ф. Пустарнаков, И.И. Семаева, П.П. Степнов, Е.Н. Трубецкой, Г.П. Федотов, П.А. Флоренский, Г. Флоровский, С.Л. Франк, С.С. Хоружий, Т.В. Чумакова, Л.Е. Шапошников, М.О. Шахов, Г.Г. Шпет, В.Ф. Эрн и др. См. обобщающие исследования по предмету: Подскальски Г. Христианство и богословская литература в Киевской Руси (988–1237 гг.) / Пер. А.В. Назаренко, под. ред. К.К. Акентьева. СПб., 1996; Мильков В.В. Основные набавления религиозно-философской мысли Древней Руси XI – XV вв.: Дисс. в форме науч. док. … д.филос.н. М., 2000; Лескин Д.Ю. Метафизика слова и имени в русской религиозно-философской мысли: Дис. ... д.филос.н. М., 2007; а также: Бибиков М.В. Византийская философия (т. I. С. 398–399); Лурье В.М. История Византийской философии: Формативный период. СПб., 2006.

Вестфальский мирный договор впервые на институциональном уровне закреплял в практике международных отношений такие понятия как «государство-нация» и государственно-национальные «интересы», равноправие государств и их суверенитет, суверенитет государства на его территории и т.д.; фиксировал секуляризационные процессы и особо оговаривал равенство прав католиков, кальвинистов и лютеран, содержал правовые нормы, касающиеся территориального церковного устройства и распределения церковной собственности, включив, тем самым, религиозные вопросы в систему международных договоренностей (впоследствии вопросы обеспечения религиозной деятельности войдут и в Парижский мирный договор [1856], и в Берлинский трактат [1878], и в Версальский мирный договор [1919], и др. договоры Версальской системы [1919–1923 гг.]; статус и права Православной Церкви станут предметом ряда статей Русско-польского договора о «вечном мире» [1681–1686], Кючук-Кайнарджийского мирного договора между Турцией и Россией [1774], Рижского мирного договора между РСФСР, УССР и Польшей [1921]. См.: Поршнев Б.Ф. К вопросу о месте России в системе европейских государств в XV – XVIII вв. // Ученые зап. Академии общественных наук. Вып. 2. М., 1948. С. 5–33; Сергеев Ф.П. Русская дипломатическая терминология XI – XVII вв. Кишинев, 1971; Алпатов М.А. Что знал Посольский приказ о Западной Европе во второй половине XVII в. // История и историки: Историография всеобщей истории. М., 1966; История внешней политики России. Конец XV – XVII век / Под ред. Игнатьева А.В. и др. М., 1999; Баскин Ю.А., Фельдман Д.И. История международного права. М., 1990.

В свете сказанного очевидным является факт: проблемы, связанные с Русской Церковью как потенциальным актором международных отношений должны были быть разрешены не в пользу последней как институционального образования, так что разработка данной политико-правовой, в том числе и канонической предметной области, оказались табуированы и нашли свою разработку лишь во время Второй мировой войны (Сталин – митрополит Сергий).

См., например: Пирлинг П. Россия и Папский престол. М., 1912. Кн. 1; Папство и его борьба с Православием. М., 1993; Суттнер Э. Христианство Востока и Запада: В поисках зримого проявления единства / Пер. с нем. О.И. Величко. М., 2004.

Идеология и модель источниковой базы отражена в «Словаре русской, украинской, белорусской письменности и литературы до XVIII века» (М., 1962) И.У. Будовница. Здесь, как и в ТОДРЛ (см. Приложение 1. Раздел II, § 4, где за период с 1934 по 1998 г. старообрядческой проблематике посвящено более 110 работ, наследию или окружению Патриарха Никона – всего 6), предельно четко отражена сложившаяся к началу 70-х гг. XX в. ситуация в отношении Патриарха Никона: из более 150 агиографических документальных источников, относящихся к Патриарху и призванных его представлять, опубликовано одно и одна статья об источнике, остальные 8 являются старообрядческими антижитиями – см: Будовниц И.У. Словарь… С. 180: «Никон (1605–1681), Патр. Всероссийский, авт. “Возражения…”, посланий [с. 249: “Царю Алексею Михайловичу (двенадцать), 1652–1664 г. (Письма Русских Государей, № 382–388; Дело Патриарха Никона, № 1, 3, 4, 28, 33); Гетману Богдану Хмельницкому, с обещание ходатайствовать перед Царем о включении Украины в состав России, 1653 г. (Воссоединение Украины с Россией, III, № 165)”] и грамот. См. также: “История о рождении… и воспитании… Никона Патриарха…” [с. 126: “Известия Ист.-фил. ин-та им. Безбородко, т. VII, Нежин, 1882, с. 1–34 (ст. М. Казминского)”], “Сказание о Никоне Патриарсе” [с. 295: “старообрядческая легендарная биография Никона, 2-я пол. XVII в. ИРЛ, II/2, с. 328; Перетц. ист.-лит. исслед. и мат., II, с. 21 сл. 47–51”], “О Никоне Патриархе” [с. 188: “старообрядческое соч. (XVIII в.). Дружинин, с. 216”], “О Патриярсе Никоне” [с. 188: “старообрядческое соч. (2-я пол. XVII в.). Дружинин, с. 218”], “Ино сказание о Никоне” [c. 116: “… и видение Димитрия, иже с Волги”, старообрядческое соч. (XVIII в.) Дружинин, с. 219”], “Повесть о ерархе нашем Никоне” [с. 224: “старообрядческая легенда о схождении души Никона в ад, 2-я пол. XVII в. ИРЛ, II/2, с. 328–329; Перетц. Ист.-лит. исслед. и мат., с. 29 сл.”], “Повесть о житии и рождении… Никона…” [с. 224: “бывшаго Патриарха Московского и всея России, собранная от многих достоверных повествователей, бывших во дни отец наших, старообрядческое соч., не ранее 1681 г. Бороздин, с. 145–167”], “О боготметнике Никоне…” [с. 182: “[Патриархе] достоверно свидетельство, иже бысть пастырь во овчей кожи, предотеча антихристов расколоучителя Федора Иванова (предположительно), не позднее 1682 г. Перетц. Ист.-лит. исслед. и мат., II, с. 51–54; Материалы раскола, VI, с. XXVI–XXVII; 299–302; Дружинин, с. 276”], “Дела Святейшего Никона Патриарха…” [с. 60: “паче ж рещи чудеса врачебная, еже соделающе жив сый, бе во изгнании в Ферапонтове и в Кириллове монастырех, подобная запись об исцелении Никоном 132 больных за 1672/73–1675/76 гг. ЧОИДР, 1887, кн. I, отд. V, с. 88–100”], “Повесть душеполезна о Никоне и о змии” [с. 220: “старообрядческое соч. (XVIII в.). Дружинин, с. 216” ] и др. См. также “Надписание над гробом… Никона…” [с. 174: “Патриарха.., стихотворная эпитафия, высеченная на камне у его гроба, не ранее 1681 г. РОБИЛ, собр. Ундольского, № 1394, л. 33”]. ЧОИДР, год 3-й, № 5 (1848), отд. IV, с. 17–55; Перетц. Ист.-лит. исслед. и мат., II (“Слухи и толки о Патриархе Никоне в литературной обработке писателей XVII–XVIII вв.”); Дружинин, с. 215–219».

Метод, позволяющий в рамках энергийно-ономатического подхода в философии (Д.Ю. Лескин) проводить исследования сакральных объектов в культурах различного типа цивилизаций. Под иеротопией понимается создание сакральных пространств, рассматриваемое как особый вид творчества, а также как специальная область исторических исследований, в которой выявляются и анализируются конкретные примеры данного творчества (термин введен А.М. Лидовым – см.: Иеротопия: Исследование сакральных пространств: Материалы международного симпозиума. М., 2004 С. 15–31). Иконотопос – это святое, избранное Богом или человеком, но по воле свыше, место, которое осознается избранным, имеет сакральный (небесный) Первообраз, описанный в Священном Писании или конфессиональной литературе, которому, как правило, соответствует земной прототип, и которое стремится к самосохранению и организации пространства вокруг себя по принципу священной топографической иконичности как образ Первообраза и земного прототипа. Для обозначения реального символизма предлагается термин «топографическая иконичность» или «иконичная топография» (термин введен В.В. Лепахиным – см.: Новый Иерусалим и Третий Рим // К проблеме образования Московского государства. Сомбатхей, 1999. С. 52).

Просопографический или биографический метод применяется с целью понимания субъективной стороны общественной жизни, в первую очередь, через выявление типов личностей, которые интерпретировали социальные процессы и явления, а также выявления в исторических исследованиях социо-биографических черт исследуемых исторических личностей (т. I. С. 266–267). Идеографический – применен с целью изображения объекта исследования в его индивидуальности и неповторимости, как оригинального целого (т. II. С. 83–84), что в равной степени относим и к образу Патриарха Никона и к системе ортодокс-славянской философии в объеме нашего исследования, согласуя с принципом-методом восхождения от абстрактного к конкретному.

Ср.: Полознев Д.Ф., Флоря Б.Н., Щапов Я.Н. Высшая церковная власть и ее взаимоотношения с государственной властью: X–XVII вв.; Полознев Д.Ф. Русская Православная Церковь в XVII в; Цыпин В., протоиерей. Русская Православная Церковь в Синодальную эпоху: 1700–1917; Русская Православная Церковь в новейший период: 1917–1999 гг.; Дамаскин И., игумен. Гонения на Русскую Православную Церковь; Арсений, архиепископ Истринский. Русская Православная Церковь на рубеже XX–XXI вв. // ПрЭ. Т. РПЦ. С. 12–25, 81–100, 109–178, 179–189; 190–212.

Так, в программной статье Д.Ф. Полознева, Б.Н. Флоря и Я.Н. Щапова констатируется: «При непосредственном участии Патриарха как автора создавались различного рода полемические сочинения, поучения, наставления и обличения, адресованные, вероятно, наиболее образованной части об-ва. Особое место в обосновании объема церковной власти заняли сочинения Патриарха Никона и памятники церковной литературы, переведенные по его указаниям или вновь включенные в современную книжность. Среди них важнейшим признается “Возражение” Патриарха Никона на вопросы боярина С. Стрешнева и ответы Газского митр. Паисия (Лигарида) (1664), где дается наиболее полная картина взглядов Патриарха на отношения между церковной и светской властями, отношения Патриарха с епископами, роль духовенства в общ-ве в целом. Значение данного сочинения выходит за рамки только лишь “дела Никона”, поскольку в нем определенным образом суммирован опыт русской богословской <социально-философской, социально-политической, правовой. – В.Ш.> мысли предшествующего периода. Однако, ввиду низложения Патриарха его суждения не получили распространения, более того, “дело Никона” стало опасным для светской власти прецедентом усиления власти Патриарха и связанные с этим делом документы долгое время были недоступны даже научным исследователям (выделено мной. – В.Ш.). Для понимания взглядов Патриарха Никона важны опубликованные по его распоряжению в качестве приложений к Кормчей книге 1653 г. Сказание о Римском отпадении, Сказание о поставлении Патриархом Филарета и Грамота Константина Великого Папе Римскому Сильвестру, – все эти сочинения подчеркивали значение Кормчей как свода церковного права, ставящего церковные каноны выше светских законов» (с. 209–210).

См.: Каменев С.В. Источники формирования и гносеологические особенности обыденных знаний о прошлом: Дисс. … к.филос.н. Томск, 1987; Пивоев В.М. Миф в системе культуры. Петрозаводск, 1991; Шестов Н.И. Политический миф теперь и прежде / Под ред. А.И. Демидова. Саратов, 2003.

См.: Май А.В. Модели господствующей идеологии. Иерусалим, 1997; Полосин В.С. Миф: Религия: Государство: Исследование политической мифологии. М., 1999; Косарев А. Философия мифа: Мифология и эвристическая ее значимость. М., 2000; Забарин А.В. Механизмы психологического воздействия политической пропаганды: Дисс. … к.псих.н. СПб., 2003; Почепцов Г.Г. Пропаганда и контрпропаганда. М., 2004; Флад К. Политическая мифология: Теоретическое исследование. М., 2004.

См.: Свасьян К.А. Проблема символа в современной философии. Ереван, 1980; Гуревич П.С. Социальная мифология. М., 1983; Васильева Т.Е. Стереотипы в общественном сознании: (Социально-философские аспекты). М., 1988; Слесарева А.А. Мифологическое мышление и образ жизни: Новые грани философского и социально-политического мышления. М., 1994; Юсифова Г.Ю. Социально-историческая природа массового сознания: Дисс. … к.филос.н. Баку, 1995; Степнова Л.А. Социальная мифология и проблемы современного социального мышления. М., 1999; и др.

См.: Зинченко В.П. Культурно-историческая психология: Опыт амплификации // Вопросы психологии. 1993 № 4; Барт Р. Воображение знака // Избранные работы. М., 1994; Степнова Л.А. Проблема архетипа и символа в контексте социального психоанализа // Основы социального психоанализа. М., 1996; она же. Социальная мифология и проблема современного социального мышления. М., 1999; Забияко А.П. Деификация (РЭС. С. 278).

См.: Коялович М.О. История русского самосознания по историческим памятникам и научным сочинениям. СПб., 1901; Орлов А.С. Древняя русская литература XI–XVII веков. М.; Л., 1945; Цейтлин Р.М. Лексика старославянского языка. М., 1977; Очерки истории естественнонаучных знаний в древности. М., 1982; Человек и история в средневековой философской мысли русского, украинского и белорусского народов: Сб. науч. трудов / Отв. ред. В.С. Горский. К., 1987; Человек в контексте культуры: Славянский мир. М., 1995; Пелипенко А.А., Яковенко И.Г. Культура как система. М., 1998; Мечковская Н.Б. Язык и религия. М., 1998; Турилов А.А. Духовная литература и письменность: X–XVII вв. (ПрЭ. Т. РПЦ. С. 372–406); Вендина Т.И. Средневековый человек в зеркале старославянского языка. М., 2002; и др.

См.: Карпенко Л.Б. Священная азбука Кирилла. Самара, 2006; Ягич И.В. Глаголическое письмо // Энциклопедия славянской филологии. СПб., 1911. Вып. 3. С. 51–257.

Ярчайшими примерами азбучно-иконичной идеографии является оригинальная «лестница восхождения» (архетип христианской и, в большей степени, ортодокс-славянской картины мира, ее символ), задающая последовательность отрицания пороков, в форме семиотических иератических знаков – знамен (знак, нота) знаменного распева, изложенных в певческих азбуках (богослужебные книги) и выстроенный Патриархом Никоном Воскресенский монастырь Нового Иерусалима – грандиозный символ-знак-текст, представляющий богословскую и философскую систему мироздания в ее ортодоксальной парадигме, где мир горний одновременно и прообразовывается иеротопией иконотопоса посредством теофании святынь в мире дольнем и является довлеющим последнему иератическим «алфавитом-лествицей», который восполнил утраченную при замещении глаголицы кириллицей идеографическую четкость и стал масштабным текстом православной цивилизации, удерживающе-сохраняющим денотат-семантическую сочленяемость артефактов ортодокс-славянской культуры, развивая семантику, грамматику и логику в ее совокупном культурном тексте.

См.: Словарь русской, украинской, белорусской письменности и литературы до XVIII века / Под ред. И.У. Будовница. М., 1962; Буланин Д.М. Из опыта работы над «Словарем книжников и книжности Древней Русси» // ТОДРЛ. Л., 1985. Т. 39.

См.: Третьяков А.В. Гетерономия // РЭС. С. 236–237.

Бочаров В.А., Юраскина Т.И. Божественные атрибуты. М., 2003. С. 126–129.

«m» является системой тогда и только тогда, когда на ней реализуется свойство «P», находящееся в заранее фиксированных отношениях «R». «P» – концепт системы славяно-русской ортодоксальной философии (философский анализ ортодоксальной картины мира как всеобщего и славяно-русской как оригинально-локального); «R» – структура системы славяно-русской ортодоксальной философии (определенный тип философской рефлексии); субстрат «s» – тотальность генетических ифико-софийно-иконичных предмет-объектных связей и закономерностей.

В историографии не обращено внимание на особенности внутри- и внешне-политической обстановки, в которой готовился суд над Патриархом, и, соответственно, не рассматриваются их последствия, довлеющие как индивидуальным, так и институциональным позициям участников этого процесса и, в первую очередь, Вселенских Патриархов, которыми обеспечивалась легитимность судебного процесса и его решений.

загрузка...