Delist.ru

Социально-экологические проблемы хозяйственного освоения (15.06.2007)

Автор: Савчук Наталья Васильевна

Но стратегия экстенсивного развития не позволила эффективно использовать природные ресурсы региона. задача рационального развития в рамках создания крупнейших территориально-производственных комплексов не была достигнута из-за преобладания в отраслевой структуре промышленности предприятий, связанных с добычей и начальной переработкой сырья. главным критерием оценки деятельности ТПК являлись только экономические показатели. Не было разработано проектов реструктуризации экономики и альтернативных вариантов освоения региона с учетом социально-экологических последствий интенсивного вмешательства человека в природную среду.

Характер и направленность освоения региона подтверждают общие тенденции развития промышленности, свойственные для начального периода индустриализации многих стран, обладающих природными ресурсами. стратегия экстенсивного развития преобладала обычно на ранних стадиях ускоренного экономического роста. В СССР эта черта была усилена политико-идеологическими особенностями государственного устройства.

Третий этап в развитии региона начинается с 1992 г. в условиях формирования самостоятельности Российской Федерации и проведения экономической реформы. Постепенное преодоление кризисных явлений в политической и социально-экономической сферах общества, переход к рыночной системе хозяйствования создали иные условия для развития его производительных сил. по мнению автора, с учетом накопленного исторического опыта при разработке региональной стратегии требуется отойти от технико-экономических критериев развития к социально-эколого-экономическим, к более полному учету интересов населения.

Во втором параграфе "Экологический аспект в концепции и политике хозяйственного освоения региона" дан анализ основных направлений государственной природоохранной политики и ее реализации при разработке и осуществлении проекта.

В рамках первого этапа разработки концепции освоения Ангаро-Енисейского региона проектирование проводилось без учета экологического фактора. отсутствовала сама постановка этой проблемы при обсуждении хозяйственных планов. значимость экологических последствий обществом не осознавалась. Государственная политика базировалась на представлениях о неисчерпаемости природных ресурсов Сибири, что уже на начальном этапе его освоения привело к заметным нарушениям в природных комплексах.

в 1950–1960-е гг. происходило совершенствование правового механизма в регулировании взаимодействия общества и природы. при обсуждении проектов промышленного строительства вопросы экологического характера, в той или иной степени, уже получили освещение, но не стали определяющими при принятии окончательных решений. В 1970–1980-е гг. превращение экологической проблемы в глобальную оказало большое воздействие на политику страны: происходило совершенствование природоохранного законодательства, формирование управленческих структур, был определен комплексный подход к организации природоохранной деятельности и рациональному использованию ресурсов, создавались системы автоматизированного сбора и обработки информации для планирующих и хозяйственных органов управления и др.

Новизна подходов нашла отражение при корректировке программы развития Ангаро-Енисейского региона. стали учитываться экологические ограничения при размещении предприятий, проводился мониторинг состояния окружающей среды и прогноз возможных изменений условий жизни населения, началась разработка территориальных комплексных схем охраны природы, в планы социально-экономического развития был введен раздел "Охрана природы и рациональное использование природных ресурсов". Но практическая реализация провозглашенных принципов рационального природопользования оставалась крайне неудовлетворительной. Адаптация правительственных документов к существующему хозяйственному механизму часто приводила к деформации идей. По оценке автора, корректировка программы освоения АЕР с учетом экологических ограничений не могла дать заметных результатов в связи с осуществляемой экономической стратегией, ориентированной на получение максимальной прибыли за счет приоритетного развития предприятий, относящихся к основным загрязнителям окружающей среды. Предлагаемые варианты минимизировали отрицательное воздействие, но в целом не решали проблему.

Формирование экологически напряженной обстановки в регионе определялось концентрацией большого количества экологически опасных производств, выбором схемы их размещения, а также специфическими и в целом неблагоприятными природно-климатическими условиями. В итоге на территории региона сформировался комплекс противоречий между большим количеством предприятий и безопасностью населения, между интересами различных министерств и интересами региона, между геоэкологической уникальностью природных ресурсов и несовершенством правил их использования и т.д. Отрицательные последствия хозяйственной деятельности, как результат просчетов в экологической политике, накапливались постепенно. Их массовое проявление приходится на 1970–1980-е гг.

В рассматриваемый период экополитика в системе государственных приоритетов играла вспомогательную роль. разбросанность природоохранных функций по различным властным структурам без четкого разграничения полномочий усугубляла фрагментарность экологических решений. преобладание административно-бюрократических методов в управлении, ведомственный подход к проблемам природопользования, слабое финансирование природоохранных мероприятий и др. причины не позволяли оперативно решать назревшие проблемы. Сложившаяся модель охраны окружающей среды была нацелена на ликвидацию уже имеющихся отрицательных последствий хозяйственного освоения, а не на их предупреждение.

анализ государственной экологической политики и ее проявлений в регионе позволяет сделать вывод об эволюции подходов к решению природоохранных проблем. во второй половине 1980-х гг. под влиянием социально-экономических изменений проявились новые тенденции в осуществлении экологической политики. Они выразились в формировании специализированной государственной системы охраны природы, выведении природоохранных структур из ведомственного подчинения, разработке долговременных экологических программ, создании законодательной базы рационального природопользования на принципах платности за использование ресурсов и загрязнение окружающей среды.

К началу 1990-х гг. в Ангаро-Енисейском регионе появились программы, где социальные и экологические проблемы стали объектом специального исследования. Вопросы жизнедеятельности человека и состояния окружающей среды в них рассматривались не только в качестве условий создания индустриальной базы, но и в качестве самостоятельных целей региональной политики. Тем самым была заложена основа для формирования новой стратегии экологического регулирования, перехода к профилактике и минимизации отрицательных последствий хозяйственной деятельности, к учету региональных экологических интересов в контексте общероссийского развития.

Вторая глава "Научное обеспечение политики рационального природопользования и экологической безопасности региона" состоит из двух параграфов. В первом параграфе "Научно-исследовательская деятельность в области изучения природных ресурсов и рационализации природопользования" рассмотрены вопросы формирования научных центров, основные направления и результаты исследований в области изучения и комплексного использования ресурсов.

Стратегия развития Сибирского отделения АН СССР опиралась на идею последовательного создания крупных комплексных научных центров в различных точках региона. Помимо Восточно-Сибирского филиала исследования проводились организациями, подчиняющимися различным министерствам. не удалось избежать "болезней" становления сибирской науки: рассредоточение финансовых средств, дублирование изучаемых проблем в различных коллективах, недостаточное внимание к проблемам, актуальным для предприятий региона, медленное внедрение разработок в производство и др.

с принятием комплексной программы "Сибирь" в 1980-е гг. тематика фундаментальных и прикладных исследований в области рационализации природопользования расширилась. Впервые в рамках одной программы были объединены теоретические, экспериментальные, прикладные исследования ресурсных, социально-экологических проблем и организован поиск конкретных технических и технологических решений. Участие научных коллективов в разработке темы "Комплексное освоение природных ресурсов Сибири", в подготовке правительственных постановлений позволило решить многие проблемы региона. Деятельность сибирских ученых, в том числе Ф.Э. Реймерса, В.В. Воробьева, А.Г. Егорова, В.Б. Сочавы, В.А. Лариной, П.Ф. Бочкарёва и др. внесла заметный вклад в развитие отечественной и мировой науки.

Исследования носили многоаспектный характер. В 1950–1970-е гг. внимание было сосредоточено на изучении минеральных, водных, земельных, лесных ресурсов, составляющих основу хозяйственного развития АЕР. Проводились изыскательские работы по поиску месторождений полезных ископаемых, разрабатывались технологии по комплексной переработке минерального сырья. Исследование земельных ресурсов осуществлялось с целью выявления возможности развития орошаемого земледелия, повышения плодородия почв, проведения их рекультивации и др. Изучение водных ресурсов было связано с разработкой научных основ воспроизводства рыбных запасов водохранилищ, определением влияния молевого сплава древесины на состояние рек, составлением методик расчета потребления воды и др. изучение лесных ресурсов было направлено на повышение продуктивности лесов, лесовосстановление, комплексное использование древесины и др.

В 1980-е гг. особую актуальность приобрело изучение вопросов сохранения природных ресурсов в условиях повышения антропогенной нагрузки. Разработка безотходных и малоотходных технологий рассматривалась как главное направление в их комплексном использовании. При обсуждении научной общественностью вопроса о переходе к платному лесопользованию предлагалось введение длительной аренды лесов при сохранении госконтроля с целью регулирования хозяйственной деятельности.

Проведенный анализ позволил выделить не только достижения в этой сфере, но и нереализованные возможности. советская наука, являясь частью общественно-политической системы, находилась под воздействием тех же негативных тенденций, которые в целом тормозили социально-экономическое развитие страны. уровень финансирования, обеспеченность опытно-промышленными установками и кадрами не соответствовали темпам промышленного освоения региона. Невостребованность производством многих научных разработок, замедленный процесс их реализации свидетельствовали о кризисе существующей системы хозяйствования. Но и деятельность научных коллективов не обеспечила предприятия технологиями комплексной переработки сырья. По мнению автора, 1950-е–1991 гг. можно назвать периодом экстенсивного подхода к разработке темы рационализации природопользования, то есть исследования были направлены в основном на достижение более высоких темпов изъятия минерально-сырьевых ресурсов. принимаемые меры по переориентации научных работ на оптимизацию природопользования не давали заметных результатов.

Во втором параграфе "Научно-исследовательская деятельность в области охраны окружающей среды" рассмотрены вопросы координации деятельности научных центров, основные направления и результаты исследований в области обеспечения экологической безопасности региона.

Координация деятельности в общесоюзном масштабе осуществлялась Комиссиями по охране природы АН СССР (1950 г.) и СО АН СССР (1961 г.), Межведомственным научно-исследовательским советом по комплексным проблемам охраны окружающей природной среды и рациональному использованию ресурсов (1973 г.) и Комиссией по изучению состояния экологических проблем при ГКНТ СМ СССР и АН СССР (1982 г.), Комиссией по проблемам экологии АН СССР (1987 г.), Государственным Комитетом по охране природы СССР (1988 г.), его головной организацией ВНИИЦ "Экология" и региональными подразделениями, в том числе в Красноярске, Иркутске, Норильске. Но организационное совершенствование не позволило создать четкую систему управления. комиссии и комитеты имели ограниченные права в принятии окончательных решений.

В Ангаро-Енисейском регионе разработкой экологической проблематики занимались как академические, так и отраслевые институты в рамках общих исследований, в том числе Лимнологический (1961 г.), на базе которого был открыт Байкальский международный центр экологических исследований (1990 г.); Институт биофизики (1964 г.), разрабатывающий методики контроля за чистотой окружающей среды; геоэкоинформационные центры (1980-е гг.) в Красноярске, Иркутске, Кызыле и др. разрозненные исследования коллективов не могли дать заметных результатов в области экологических знаний. Именно поэтому высказывалась идея создания в сибирском регионе института экологии. Потребность в создании единого координационного центра ощущалась даже на уровне отдельных частей региона. Эту функцию обычно выполняли научные советы при краевом и областных комитетах КПСС.

исследования в 1950–1970-е гг. в области охраны окружающей среды являлись объективной необходимостью в связи с интенсивным освоением региона и были нацелены на решение отдельных задач: усовершенствование технологии по очистке воды и сокращение выбросов в атмосферу. особую значимость приобрело изучение влияния антропогенных факторов на санитарно-гигиенические условия жизни и здоровье населения. Появился опыт осуществления программ "экология человека крайнего Севера". Был сделан вывод о необходимости учета социально-экологических факторов при составлении хозяйственных планов.

В 1980-е гг. в рамках программы "Сибирь" осуществлялся переход от разрозненных к комплексным исследованиям, включающим прогноз изменений природной среды, разработку экологически чистых технологий, научно обоснованных мер по улучшению качества окружающей среды. Экологический блок был представлен целевой подпрограммой "Экология, охрана окружающей среды Сибири" (разделы "Экология КАТЭКа", "чистый Енисей"). Так, в ходе исследований по оценке водных ресурсов Ангаро-Енисейского региона была составлена серия водохозяйственных карт, экологический атлас Иркутской области и др. Но количество обобщающих работ было незначительно. Отсутствовала научно обоснованная схема комплексного использования водных ресурсов и их охраны. Для разработки методики оценки ущерба, наносимого природной среде, проводилась экологическая паспортизация предприятий, инвентаризация отходов производства, вневедомственная экоэкспертиза проектов, создавалась информационная база данных о промышленных выбросах. Важным результатом этой деятельности было формулирование вывода о необходимости определения критериев качества окружающей среды и согласования их с социально-экономическим развитием региона.

Деятельность научных коллективов, в том числе ученых Г.И. Галазия, М.М. Кожова, М.Я. Грушко, В.А. Коптюга, А.А. Трофимука, О. В. Васильева, И.И. Гительзона и др. позволила минимизировать воздействие антропогенных факторов на окружающую среду, предотвратить реализацию опасных проектов. Были прекращены работы по переброске части стока сибирских рек в Среднюю Азию, приостановлена реализация проектов Туруханской и Богучанской гидростанций до проведения экоэкспертиз, принято решение по перепрофилированию Байкальского ЦБК и др. Многие исследования выполнялись по заказу региональных органов управления: составлены прогноз-карты для рек Красноярского края и Тувинской АССР, проведен расчет антропогенной нагрузки на атмосферу Ангаро-Енисейского региона до 2010 г. и др.

несмотря на охват исследованиями широкого круга проблем, их масштабы не отвечали сложности социально-экологической ситуации, сложившейся в регионе. Сохранялись слабая конструктивность методических, экологических рекомендаций к проектам и прогнозам, узковедомственный подход к их использованию, разрыв между теорией и практикой природопользования. решение комплексных природоохранных проблем нуждалось в объединении усилий ученых различной специализации; в достаточном финансировании приоритетных разработок; в определении наукоемких направлений как стратегического характера, так и для ликвидации уже проявившихся отрицательных последствий. Среди объективных причин, объясняющих недостаточную результативность исследований, следует назвать отсутствие фундаментальных знаний об изменениях экосистем под влиянием техногенных факторов, для получения которых требовались длительные исследования.

Третья глава "Практика природопользования в ходе реализации хозяйственных планов" состоит из трех параграфов. В первом параграфе "Социально-экологические проблемы гидростроительства" рассмотрена деятельность центральных, региональных органов власти, трудовых коллективов по созданию водохранилищ ГЭС, осуществлению переселения жителей затапливаемых районов, а также вопросы воздействия гидростроительства на окружающую среду.

создание Ангаро-Енисейского каскада гидростанций (Иркутская, Братская, Красноярская, Усть-Илимская, Саяно-Шушенская) стало важным фактором, определившим экономическое развитие региона. Капиталовложения в создание ГЭС были в 2 раз меньше, чем на гидростанциях европейской части страны, а себестоимость электроэнергии ниже в 4 раза. К 1991 г. энергетический потенциал сибирских рек составлял 37% от общесоюзного.

строительство ГЭС сопровождалось широкомасштабной вырубкой лесов, сжиганием древесины, затоплением долинных и пойменных земель. Общая протяженность водоемов Ангаро-Енисейского каскада ГЭС составила более 1 тыс. км, а ширина 25–30 км. самыми большими по площади оказались Братское и Саяно-Шушенское водохранилища. наибольший объем работ по сведению леса и очистке территории был при строительстве Братской ГЭС. Вырубка леса и санитарная подготовка территории к затоплению превратились в проблему, мало уступающую по своей масштабности возведению гидростанций. От качества их проведения зависело экологическое состояние региона. Но запланированные работы не были выполнены в полном объеме. Так, в ложе Саяно-Шушенского водохранилища лесоочистка была проведена на 25,4% площади затопления. при создании Братского и Усть-Илимского водохранилищ без лесосводки было оставлено 45% территории с 29 млн. м3 древесины. Общий ущерб лесным и охотничьим ресурсам Иркутской области в 1991 г. оценивался в 1730 млрд. руб.

причины недостатков заключались в том, что ускоренные темпы возведения ГЭС устанавливались правительством, исходя из политических целей без учета возможностей переработки и вывозки древесины, без подсчета экономического ущерба для региона, без анализа последствий загрязнения водохранилищ. существовали ведомственная разобщенность организаций, незаинтересованность министерств в проведении экологической экспертизы проектов, в комплексной переработке всей вырубаемой древесины. Ее потери были результатом слабости нормативно-правовой базы, низкого уровня организации работ по подготовке территории к затоплению, недостаточного финансирования. вместо необходимых 25–40% от общих капвложений на строительство ГЭС затраты на создание водохранилищ в АЕР не превышали 15–20%, что в последствии привело к дополнительному финансированию работ по их очистке. приступая к осуществлению широкомасштабных проектов по сведению леса, не создали производственную базу для выпуска техники и механизмов для работы в непроходимой тайге, на крутых склонах, для сбора отходов древесины и т.д. Тенденция к изменению технологии проведения лесозаготовок наметилась в 1970-е гг.: при валке леса применялся гидроклин, разработка лесосек осуществлялась методом узких лент, вывозка леса производилась хлыстами.

в зоне Ангарских ГЭС было затоплено 220,5 тыс. га, что равно 10% современного сельскохозяйственного фонда Приангарья. по подсчетам автора, в результате строительства Ангаро-Енисейского каскада ГЭС подверглось затоплению 573 населенных пункта, а количество переселяемых жителей составило 182,8 тыс. чел. Компенсационные меры включали создание новых поселков, распашку таежных земель, организацию рыборазводных заводов и т. д. Но, как показала практика, их эффективность была ниже ожидаемой. не выполнялся весь комплекс компенсационных мероприятий. Работы финансировались на 15% от стоимости строительства ГЭС. урожайность на новых землях оказалась в 1,5 раза ниже, чем на затопленных. задача восстановления земель не являлась приоритетной. по подсчетам автора, в проекте строительства Саяно-Шушенской ГЭС было предусмотрено восстановление 35,5% от количества затапливаемых земель, что нарушало земельное законодательство. ущерб, социальной и производственной инфраструктуре Приангарья (1991 г.), составил 23% общей суммы и был оценен в 1910 млрд. руб.

экологические последствия гидростроительства, выразившиеся в климатических изменениях, в загрязнении водоемов, в сокращении рыбных запасов, в утрате лесных и охотничьих ресурсов, в обострении продовольственной проблемы продолжают оказывать негативное воздействие на качество жизни населения региона. Серьезным последствием строительства ГЭС стало подтопление населенных пунктов, переселение жителей сибирских деревень, разрушение их традиционного жизненного уклада и др.

Произошедшие изменения в общественно-политической жизни страны во второй половине 1980-х гг. привели к переоценке взглядов по вопросам гидростроительства, способствовали приостановке работ до получения социо-эколого-экономической экспертизы проектов, проведению расчета материального ущерба для разных отраслей хозяйства и социальной сферы.

Во втором параграфе "Использование лесных ресурсов региона" рассмотрена деятельность центральных, региональных органов власти, трудовых коллективов по рационализации природопользования, восстановлению и охране лесов, а также влияние лесов на экологическое состояние региона.

Ангаро-Енисейскому региону принадлежали ведущие позиции в развитии лесного хозяйства, заготовительной, деревообрабатывающей, гидролизной, целлюлозно-бумажной и лесохимической промышленности страны. Стратегия лесопользования была ориентирована на преимущественное изъятие ресурсов и прочно закрепила за лесами региона функцию "донора". к 1991 г. Иркутская область вышла на первое место в РСФСР по объему заготовок. леса ежегодно сводились с площади примерно 170 тыс. га. вывозка древесины составляла 35 млн. м3, что в расчете на душу населения превышало республиканский показатель в 65 раз. В итоге за 40-летний период лесоэксплуатации практически все доступные районы потеряли свое промышленное значение. тем не менее, лесосырьевая база АЕР составляла третью часть общероссийской расчетной лесосеки.

лесопользование характеризовалось нарушениями природоохранного законодательства. основополагающие принципы рационального ведения лесного хозяйства, в том числе неистощительного лесопользования, охраны и воспроизводства лесов, комплексной переработки древесины оставались во многом декларативными. Причины состояли в технической отсталости ЛПХ, в несоблюдении правил рубки и разделки древесины, в вырубке древесины без учета возможностей вывозки и хранения, в нерациональной организации заготовительных работ, в наличии большого количества мелких самозаготовителей. величина потерь древесины не отражалась на себестоимости продукции, что было выгодно министерствам, в полном ведении которых фактически находились лесные ресурсы.

комплексное использование древесины было затруднено из-за нерациональной структуры предприятий, ориентированной на первичную обработку древесины и на большинстве из них требовалось проведение реконструкции. Так, доля Иркутской области в 1960-е гг. в союзном производстве пиломатериалов была равна 4%, мебели – 9,1 %, строительных материалов – 10,4%. отходы лесопиления составляли до 65%, большая часть которых сжигалась. В 1970-е–1991 гг. за счет строительства лесопромышленных комплексов (Братский, Усть-Илимский) и целлюлозно-бумажных комбинатов (Красноярский, Байкальский) удалось повысить уровень переработки древесины.

Сокращение лесных ресурсов происходило из-за пожаров. охрана лесов осуществлялась за счет создания противопожарных разрывов, специальных дорог, пожарно-технических станций. на работников охраны леса возлагался широкий круг обязанностей. Но для эффективного выполнения контролирующих функций требовалось повышение роли лесников, увеличение штата работников лесхозов, обеспечение их транспортом, техникой, средствами связи. к 1990-м гг. в Иркутской области ежегодный размер обезлесиваемых территорий с учетом пожаров превышал 200 тыс. га., в Красноярском крае на погибшие леса и гари приходилось 316 тыс. га. Эти земли не использовались и не продуцировали.

лесовосстановительные работы включали искусственные лесопосадки, закладку лесопитомников, проведение рубок ухода, посев семян и др. Но работы проводились экстенсивными методами при слабом планировании, финансировании, кадровом и техническом обеспечении. Так, средняя стоимость создания 1 га лесов в АЕР составляла 70 руб., а в центральной части страны в 2,5 раза больше. в целом темпы вырубки леса преобладали над темпами его восстановления. в Красноярском крае за 1950–1980 гг. лесовосстановление было проведено на 500 тыс. га, в 1981–1987 гг. колебалось в пределах от 106 до 114,8 тыс. га, а в 1990 г. сократилось до 96,5 тыс. га, а в Тувинской АССР – с 4,3 до 2,6 тыс. га. В Иркутской области, по нашим подсчетам, наоборот, наблюдался рост лесовосстановительных работ (117,2%). Приживаемость деревьев была доведена до 87%.

организация государственного управления лесами и степень участия местных органов власти в контроле за их использованием и сохранением не создавали необходимой связи между экономическими, социально-экологическими целями лесопользования. на всех уровнях власти не было ясного понимания роли и значения лесного сектора, его возможностей для поддержания экологического баланса. так называемый "человеческий фактор” проявлялся в низкой трудовой дисциплине, в слабой заинтересованности в результатах труда, в непонимании экологических последствий сокращения лесов.

Исследование показало, что потенциал лесных ресурсов рассматривался только с позиций заготовки, использования и переработки древесины. Такой односторонний подход способствовал их сокращению, что на фоне климатических особенностей региона и интенсивного процесса индустриализации приводило к нарушению экологического баланса. утрата таежных массивов в Приангарье способствовала непоступлению в атмосферу ежегодно 1,5 млн. т кислорода. Ликвидация леса приводила к более частому образованию пыльных бурь, к размыву берегов, к незащищенности городов от промышленных выбросов, к обострению социально-экологической напряженности.

В третьем параграфе "Антропогенное влияние промышленности на окружающую среду" рассматривается деятельность предприятий по комплексному использованию сырья, переработке отходов производства, рекультивации земель, внедрению систем водооборота.

загрузка...