Delist.ru

Роль гуманитарных связей в межкультурном взаимодействии России и Египта (конец XIX - середина ХХ века) (15.06.2007)

Автор: Беляков Владимир Владимирович

Указанные группы – далеко не все россияне, посетившие в тот год Египет. Поскольку в них входили представители преимущественно малообеспеченных слоев населения, руководители групп просили российских дипломатов ходатайствовать у египетских властей разрешения на бесплатное посещение музеев и скидки на проезд по железной дороге внутри страны. Представители более обеспеченных слоев в подобных льготах не нуждались и о своих поездках российских дипломатов не уведомляли.

Можно с определенностью сказать, что в начале ХХ в. Египет посетили в качестве туристов несколько тысяч человек, представлявших различные слои российского общества. Тем самым познавательный туризм в Египет принял массовый – по тому времени – характер.

В конце XIX в. среди европейцев, в том числе и россиян, стали популярны поездки зимой в Египет на отдых и лечение. Основными курортами были Асуан с его теплым и очень сухим климатом и особенно Хелуан в окрестностях Каира, где, кроме благоприятного климата, были также минеральные воды и грязи. В 1889 г. в Хелуане был построен комплекс ванн, а вскоре возле него возведен роскошный отель «Аль-Хаят». По некоторым данным, этот отель был построен московским фабрикантом после того, как в Хелуане вылечился от туберкулеза его сын.

Отдыхающие в большинстве своем жили в маленьких санаториях-пансионах. Некоторые из них принадлежали русским, там работали русские врачи. Этот факт был особенно притягателен для приезжих из России.

В Хелуане лечились писатели Иван Бунин и Викентий Вересаев, поэтесса Леся Украинка, великий князь Константин Романов, анатом и врач профессор Петр Лесгафт (он скончался в Хелуане). Какой либо статистики о поездках в Хелуан нам найти не удалось, однако о популярности этого курорта в России косвенно говорят два факта. Во-первых, он неоднократно упоминался в очерковой литературе по Египту того периода, причем сообщалось, что «по зимам Хелуан полон русскими до такой степени, что слышишь на улице в толпе русскую речь». Во-вторых, по данным Российского дипломатического агентства и генерального консульства в Египте, только в 1908-1913 гг. там скончались 12 россиян.

Пациенты санаториев в Хелуане ездили на экскурсии в Каир, осматривали пирамиды Гизы. Некоторые из них, например, И.А. Бунин и К.К. Романов, совершали затем продолжительные поездки на юг страны. Впечатления от Египта отразились в их книгах, письмах, литературных произведениях.

Добровольные временные миграции из России в Египет – паломничество на Синай, познавательные поездки, поездки на лечение – прервались с началом Первой мировой войны и окончательно прекратились после революций 1917 г. в России. Они внесли основополагающий вклад в ознакомление россиян с египетской цивилизацией и культурой.

Во втором разделе «Вынужденные временные мигранты (военнопленные и беженцы)» исследуется этот вид гуманитарных связей России и Египта.

В начале рассматриваемого периода в плену в России побывали египетские военнослужащие. Во время русско-турецкой войны 1877-1878 гг. египетские войска входили в состав турецкой армии. В разных источниках указывается их различная численность, но, по-видимому, она составляла около 20 тыс. человек.

Согласно архивным документам, число турецких военнопленных превысило 140 тыс., то есть достигало двух пятых турецкой армии (350 тыс. человек). В документах того времени не указывалась национальность пленных. Однако из публикаций известно, что среди них были и египтяне. Если предположить, что две пятых личного состава египетских войск, как и в целом по турецкой армии, попали в плен, то их число составляло около 8 тыс.

Пленных разместили небольшими группами более чем в 150 городах европейской части России. К ним относились, как к собственным военнослужащим. Офицеры получали денежное содержание и квартирные. Нижние чины были расквартированы в казармах, получали обмундирование и пищевое довольствие по норме наших войск. Пленным разрешалось устраиваться на работу при условии, что половину заработка они должны вносить в казну. Это означает, что они общались с местными жителями и должны были в той или иной степени освоить русский язык.

Большинство турецких военнослужащих попало в плен зимой, после длительной осады своих гарнизонов. Поначалу они были чрезвычайно ослаблены физически и подавлены морально, а потому легко подвержены самым разнообразным заболеваниям. Лечили их как своих военнослужащих, тем не менее смертность составила 15 процентов.

Пленные полностью вернулись на родину к сентябрю 1880 г. Несколько десятков их, в том числе один египетский майор, приняли российское подданство, а некоторые и крестились.

Гуманность по отношению к пленным турецким военнослужащим имела огромное значение для формирования положительного образа России и россиян, о чем несколько раз упоминали впоследствии наши путешественники. После двух-трех лет пребывания в плену свыше 100 тыс. турецких военнослужащих, включая египтян, вернулись на родину здоровые, сытые, обутые и одетые, а некоторые – и со сбережениями. Это не могло не произвести впечатления на их соотечественников.

В годы Первой мировой войны на территории Египта оказались три группы вынужденных временных мигрантов из России.

Первая группа – это беженцы из Палестины, евреи с российскими паспортами (около 3400 чел.), а также сотрудники Русской духовной миссии и православные паломники (около 200 чел.). После окончания войны часть из них вернулась в Палестину, остальные разъехались по разным странам.

Вторая группа – моряки крейсера «Пересвет», подорвавшегося на мине возле Порт-Саида 4 января 1917 г. (около 800 чел.). Основная часть команды в апреле того же года была отправлена во Францию, но около 50 чел. оставались в Египте до марта 1918 г.

Третья группа – бывшие русские военнопленные (около 1200 чел.), освобожденные англичанами в ходе военных действий против Турции на Ближнем Востоке. К концу 1920 г. все они были постепенно репатриированы на родину.

В начале 1920 г. из Новороссийска, а также Евпатории и Севастополя англичане эвакуировали в Египет 4350 граждан России. Почти все они были ранеными и больными военнослужащими Добровольческой армии, хотя среди эвакуированных находилось и некоторое число гражданских лиц, в том числе выдающийся русский художник И.Я. Билибин.

Эвакуированных поначалу отправляли в основном в лагерь-госпиталь в каирском районе Аббасия, а затем – в лагерь в Телль аль-Кебире, между Каиром и Исмаилией. В мае 1920 г. лагерь в Аббасии был ликвидирован, всех его обитателей отправили в Телль аль-Кебир. Летом 1920 г. начался перевод беженцев из Телль аль-Кебира в Сиди Бишр в окрестностях Александрии, где климатические и бытовые условия были лучше. Перевод завершился в начале 1921 г. В окрестностях Исмаилии в отдельном лагере находился также Донской кадетский корпус.

В подразделе рассматриваются условия содержания русских беженцев в лагерях, внутренняя организация лагерной жизни, связи беженцев с местным населением. Часть беженцев постепенно покидала лагеря и, найдя средства к существованию, начинала самостоятельную жизнь уже в качестве эмигрантов.

В мае 1922 г. лагеря в Сиди Бишр и Исмаилии были ликвидированы, а оставшихся в них беженцев эвакуировали в Сербию и Болгарию.

В последнем подразделе рассматривается пребывание российских военнослужащих в Египте в годы Второй мировой войны. В этот период на египетской территории в разное время находились четыре группы наших соотечественников.

Первая группа – это военнопленные, находившиеся в обозе армий «оси» и освобожденные союзниками в ходе военных действий в 1942-1943 гг. Часть из них была освобождена собственно в Египте, после битвы при Эль-Аламейне в конце октября – начале ноября 1942 г., о чем свидетельствуют как архивные документы, так и очевидцы. Видимо, эти люди были репатриированы в начале 1943 г. через страны Ближнего Востока и Иран, однако данных ни о численности, ни о репатриации обнаружить не удалось. Другая часть была освобождена уже в Тунисе в мае 1943 г. и репатриирована через Египет в конце 1943 – начале 1944 г. Согласно документам из архива ФСБ, число репатриантов составило 311 чел.

Вторая группа – бывшие военнопленные, освобожденные союзниками в Южной Италии. По нашим подсчетам, основанным на архивных документах, в сентябре – декабре 1944 г. в Египет прибыли из Италии 5694 бывших советских военнопленных. Каждая из групп в течение нескольких недель находилась в лагерях в Египте. По воспоминаниям азербайджанского писателя Сулеймана Велиева, репатриированного из Италии через Египет, советские военнослужащие вызывали большой интерес местного населения, между ними происходило постоянное общение.

Третья группа – жители Западной Украины и Западной Белоруссии, ставшие гражданами СССР после воссоединения с ним этих территорий в 1939 г. Они служили в польской армии Андерса. Эта армия, сформированная на территории СССР в 1941 г., летом 1942 г. насчитывала 73 тыс. человек и была выведена в Иран. В своих мемуарах генерал Андерс отмечал, что «не позволил исключить из этого числа тех украинцев, белорусов и евреев, которые уже состояли в рядах армии». Из Ирана она была вскоре переброшена в Ирак, на охрану нефтепромыслов, а в декабре 1943 г. переведена в Египет. Там армия Андерса находилась до февраля 1944 г., после чего началась ее переброска в Италию. Согласно нашим подсчетам, основанным на архивных документах, только в 1947 г. число репатриантов из армии Андерса составило по меньшей мере 1024 чел. Практически все они служили с 1941 г. Кроме того, в списке из 417 польских военнослужащих, похороненных на английских военных кладбищах в Египте, немало украинских, белорусских и даже русских фамилий.

И, наконец, четвертая группа – это русские эмигранты, сражавшиеся в войсках союзников. Их, вероятно, было несколько сот. Некоторые из этих людей стали легендарными фигурами. Подполковник Владимир Дмитриевич Пеняков (1887-1951) возглавлял британскую диверсионно-разведывательную группу, действовавшую глубоко в тылу противника и известную как «Личная армия Попского». Подполковник князь Дмитрий Георгиевич Амилахвари (1906-1942) храбро сражался в войсках Свободной Франции и незадолго до своей гибели при Эль-Аламейне получил из рук генерала де Голля высшую награду – Крест Освобождения.

Вынужденная временная миграция играла более заметную роль в межкультурном взаимодействии России и Египта, чем это можно было бы предположить, исходя из удаленности двух стран друг от друга. Причиной этого было специфическое сочетание геополитических факторов – зависимость Египта сначала от Османской империи, а затем от Англии; участие англичан в интервенции против Советской России; союз России, а потом и СССР с Англией в период двух мировых войн. Вынужденная временная миграция имела прежде всего большое имагологическое значение. В Египте сформировался стойкий положительный образ России. Важным для обеих стран последствием этого вида гуманитарных связей стало также формирование в Египте русской белоэмигрантской общины.

Глава 3 «Российская диаспора в Египте» посвящена русским иммигрантам в Египте. Особенность их пребывания состояла в том, что в рассматриваемый нами период в Египте проживало до четверти миллиона европейцев, и местное общество имело два слоя – верхний, евро-египетский, и нижний, собственно египетский. Русские иммигранты, вне зависимости от материального положения, влились именно в верхний слой. Европейцы были ближе им, чем египтяне, и в культурном, и в религиозном отношении, между ними фактически не существовало языкового барьера, поскольку европейские языки широко изучались в России. Тем не менее русские иммигранты общались и с египтянами.

В первом разделе рассматривается процесс формирования русской общины и ее состав. Русская община в Египте складывалась в последней четверти XIX в. В 1881 г., по данным российского консульства, там проживали всего 108 подданных России. В 1897 г., согласно египетской статистике, численность русской общины превысила 3 тыс. человек. Столь быстрый ее рост объясняется главным образом процессами, происходившими в это время в России.

Вскоре после убийства императора Александра II по юго-западу России прокатилась волна еврейских погромов. Весной следующего года погромы возобновились, хотя и в меньших масштабах. Как отмечает А.И. Солженицын в книге «Двести лет вместе», после этих событий заметно усилился отток евреев из России. Основная их часть направлялась в США, значительно меньшая – в Палестину. Однако Палестина как место эмиграции евреев имела один существенный недостаток: она входила в состав Османской империи. Этот недостаток выявился уже в начале 1890-х гг., когда Турция запретила русским евреям высаживаться в палестинских портах. Вероятно, это решение и повернуло по крайней мере часть потока эмигрантов в соседний Египет.

Кроме близости к Палестине, Египет был притягателен для русских евреев по трем причинам. Во-первых, из Одессы в Александрию еженедельно ходили пароходы, билеты были недорогими, так что переехать в Египет было просто. Во вторых, в отношении русских подданных в Египте, как и во всей Османской империи, еще с 1774 г. действовал режим капитуляций, они не подпадали под юрисдикцию местных властей и были подсудны лишь консульским судам. Но если в Палестине гарантом режима капитуляций была Турция, то в Египте после 1882 г. – Англия. В третьих, в Египте существовала небольшая, но процветавшая еврейская община, через которую было нетрудно интегрироваться в местную жизнь.

О том, что до начала 1920-х гг. русская община Египта была по своему национальному составу преимущественно еврейской, говорят как архивные документы, так и результаты полевых исследований. Так, в 1915 г., по данным каирского вице-консула С. Зуева, 96 процентов русско-подданных его консульского округа принадлежали «к иудейскому вероисповеданию». С другой стороны, до 1922 г. ни в Каире, ни в Александрии не было русских церквей, поскольку по незначительности числа православных в них не было потребности. Работая в свое время над описанием российского некрополя в Египте, диссертант обратил внимание на тот факт, что русские могилы на православных кладбищах до 1920 г. единичны.

Во втором разделе рассматривается пребывание русских политэмигрантов в Египте в начале ХХ в. Из-за специфики формирования и национального состава русская община была в целом настроена против царского режима в России. Это создавало благоприятную обстановку для деятельности политэмигрантов, группа которых появилась в Египте после поражения первой русской революции. Политэмигранты вели работу преимущественно среди моряков с заходивших в египетские порты русских судов и соотечественников, приезжавших на лечение в Хелуан. Но некоторые из них входили в социалистические кружки, появившиеся в этот период в Египте, участвовали в профсоюзном движении.

Царские власти, пользуясь режимом капитуляций, несколько раз арестовывали наиболее активных политэмигрантов и отправляли их под конвоем в Россию. Два таких ареста имели в Египте широкий общественный резонанс.

В январе 1907 г. в Александрии были арестованы один из лидеров профсоюзного движения черноморских моряков Махар Боцоев и двое его товарищей. Арест вызвал волну демонстраций и митингов протеста в Александрии и Каире, продолжавшихся почти две недели – до отправки арестованных на родину. В них принимали участие в основном европейцы, но эти события способствовали и политическому просвещению египтян.

В конце 1912 г. в Александрию был переведен из Константинополя Заграничный комитет Союза черноморских моряков во главе с Михаилом Адамовичем. Он наладил издание в Египте газеты «Моряк», провел в феврале 1913 г. в Александрии конференцию морских профессиональных организаций судовых команд России, начал подготовку к всеобщей забастовке черноморских моряков. В мае 1913 г. Адамович по требованию русских консульских властей был арестован. Как и в 1907 г., этот арест вызвал в Египте широкую волну протестов, опять-таки преимущественно в среде европейцев.

Третий раздел посвящен белоэмигрантам в Египте. Их община формировалась в 1920-1922 гг. из тех, кто покинул лагеря беженцев и нашел себе средства к существованию. На процесс адаптации влияли два фактора. С одной стороны, в этот период в Египте наблюдался подъем национально-освободительного движения, и как его отражение – активное неприятие египтянами иностранцев. С другой стороны, до октября 1923 г. в Египте официально функционировали бывшие царские дипломатические представительства, сотрудники которых оказывали посильную помощь эмигрантам.

После закрытия лагерей беженцев весной 1922 г. в Египте остались около 1500 чел. Старая и новая русские общины слились. Центрами притяжения были русский клуб в Каире, созданный еще в 1910-е гг., и русская поликлиника, которую основали белоэмигранты в 1920 г. И в Каире, и в Александрии были созданы русские церкви.

Положение русских эмигрантов ухудшилось после того, как 6 октября 1923 г. правительство Египта заявило об отказе признавать и дальше российские дипломатические и консульские представительства и об отмене капитуляционных прав в отношении российских граждан.

загрузка...