Delist.ru

Белое движение в Гражданской войне на Юге России (ноябрь 1917-1920 гг.) историографическое исследование (10.09.2007)

Автор: САЛОВ Олег Альбертович

Цель исследования — провести всесторонний и комплексный анализ процессов формирования научных знаний по проблеме Белого движения в Гражданской войне на Юге России (ноябрь 1917 – 1920 гг.), количественного и качественного состояния отечественной историографии и историографии российского зарубежья, ее основных тенденций и дальнейших перспектив развития. Для достижения поставленной цели определены следующие задачи: 1. Раскрыть теоретико-методологические аспекты исследования проблемы, выработать стратегию ее историографического анализа, охарактеризовать основные источники. 2. Проследить поступательное развитие исторической мысли, дать оценку концепциям по рассматриваемой проблеме, выработанным в трудах отечественных историков, историков Российского зарубежья, а также определить факторы, которые влияли на их изменение в рамках историографических периодов и этапов. 3. Выяснить уровень научной разработанности и обоснованности выдвигаемых в разных трудах и в разные годы положений, отражающих сущность и содержание анализируемой темы. 4.Выработать авторскую оценку процесса отражения в историографических источниках истории Белого движения Гражданской войне на Юге России (ноябрь 1917 – 1920 гг.), аргументировать отношение соискателя к наиболее дискуссионным из них. 5. Определить характерные особенности, сильные и слабые стороны, основные тенденции развития отечественной историографии рассматриваемой проблемы, когда историческая наука развивалась в едином научном пространстве Советского государства, а также в постсоветский период и в Российском зарубежье. 6. На основе анализа новейших историографических источников углубить и расширить те проблемы исследуемой темы, которые изучены еще недостаточно глубоко или не затрагивались историками вообще, то есть внести свой вклад в историографическую разработку проблемы Белого движения в Гражданской войне на Юге России (ноябрь 1917 – 1920 гг.). 7. Сформулировать общие выводы и научно-практические рекомендации, выработанные соискателем в результате проведенного исследования, определить основные направления дальнейшей разработки данной темы.

Хронологические рамки исследования определены автором с учетом актуальности проблемы и в соответствии с замыслом настоящей научной квалификационной работы. Хронологические рамки анализируемых историографических фактов и источников ограничены периодом существования Белого движения в Гражданской войне на Юге России (ноябрь 1917 – 1920 гг.). Хронологические рамки самого диссертационного исследования охватывают период с 1918 по настоящее время. Столь большой временной интервал позволяет наиболее полно проследить развитие историографии проблемы. Тем более, открывается возможность исследования корпуса историографических источников с позиций компаративизма, так как они вводились в научный оборот в различных цивилизационных измерениях.

Теоретико-методологическая база исследования. Диссертант выдвигает следующие теоретико-методологические ориентиры: приоритет рационализма в процессе историко-научного и, в том числе, историографического познания; осторожное, взвешенное отношение к постмодернистским концептуальным построениям в сфере теории, методологии и истории исторической науки; признание закономерности и необходимости перехода от эмпирического уровня в познании исторического и историко-познавательного процесса к теоретическому уровню его понимания и объяснения. Соискатель отобрал те методологические подходы, которые позволяют, по его оценке, наиболее полно раскрыть рассматриваемую тему. Причем, все они станут применяться комплексно, без отдачи приоритетов отдельным из них. Диалектический и диалектическо-материалистический подходы. Они позволяют составить четкие представления о том, как формировался корпус историографических источников и как противоречия социально-политической, экономической и духовной жизни социума повлияли на их сущностную и содержательную стороны. Развитый системный подход. Его применение позволит выстроить иерархию аспектов истории изучения темы, установить внутренние связи между ними, определить наиболее значимые из них. Компаративистский подход. Он позволяет выявить черты тождества, сходства и различия исследуемых в диссертации историографических источников, степень влияния на них политической конъюнктуры; установить место и роль разнообразных явлений социально-политической жизни, находившихся друг от друга на временном и пространственном отдалении, но оказавших влияние на историографию нашей проблемы. Значимость данного подхода резко усиливается тем, что хронологические рамки самого диссертационного исследования охватывают период с ноября 1917 г. по наст. время. Следовательно, проанализированные историографические источники появились в двух цивилизационных измерениях, так как в стране произошла смена цивилизационой парадигмы. Формационный и цивилизационный подходы. Они используются, в первую очередь, при определении степени отражения в историографических источниках роли государственных образований белых политических режимов в Гражданской войне на Юге России в решении возникающих проблем. Цивилизационый подход выразился, прежде всего, в том, что при анализе историографических источников обеспечивалось целостное восприятие действительности, в них отраженной. 5. Синергетический подход подразумевает признание одной из исходных посылок анализа материала по теме диссертации такого положения концепции самоорганизации или синергетики, как нелинейность эволюции научного знания, которая может быть развернута посредством идеи инвариантности, альтернативности выбора развития научного процесса. Значимость подобного подхода усиливается тем, что современная историография обращает внимание на расширение историографического поля исследования, включающего многообразие теоретических подходов, методов, приемов изучения исторических знаний, и различные исторические концепции, и широкий круг персоналий. Историко-ситуационный подход подразумевает рассмотрение явлений и процессов в контексте соответствующей исторической ситуации. В исследовании нашей темы значимость данного подхода усиливается в той связи, что представляется необходимым иметь четкие представления о том, в каких условиях создавались те или иные историографические источники, особенно в советский период, когда историки не имели творческой свободы.

Историко-ретроспективный подход раскрывает смысл явлений и значение прошлого с определенной исторической дистанции, когда уже в той или иной мере обнаружились исторические результаты соответствующей деятельности в прошлом. Для рассматриваемой темы данный подход важен тем, что историография сама по себе дистанционная наука. Историограф, имея в запасе некоторый временной интервал, способен получить большую и разнообразную информацию об условиях появления историографического факта или историографического источника, степени влияния на него идеологических наслоений и политической конъюнктуры, нежели его предшественник. Следовательно, появляется одно из необходимых (но не совсем достаточных) условий для качественной оценки историографических наработок предшественников. Классовый подход к оценке событий и явлений. Его использование вне связи с другими принципами в историографическом познании видится недостаточным, так как помимо классовых подходов присутствуют общечеловеческие подходы, учитывать которые историографу необходимо. В то же время, неправильно полагать, что можно достичь исторической истины, если встать на путь искусственной изоляции историографической науки от современной социально-политической борьбы. Историография, как наука, не может развиваться абстрактно вне исторического пространства и времени. Она находится в органическом единстве с социально-политической ситуацией, имеющей место в стране в тот или иной период ее истории. В качестве особенных методологических подходов следует расценивать тот факт, что соискатель опирался на ряд историко-философских законов и понятий, на достижения видных представителей мировой, отечественной исторической и другой общественной мысли, общеметодологические труды, направленные на осмысление истории и историографии как науки.

Диссертация выполнена при помощи таких общенаучных принципов, как объективность и историзм в изучении явлений, процессов, связей и отношений. Руководствуясь принципом объективности, соискатель старался придерживаться следующих дополнительных методологических ориентиров: 1. Исключение авторских претензий на исчерпывающую полноту анализа и на оценку полученных результатов как абсолютной истины. Ведь результаты анализа историографических источников могут быть неодинаковыми у разных исследователей, поскольку каждый из них руководствуется собственным общим видением ситуации, а следовательно, и своими критериями оценки работ предшественников. 2.Обеспечение уважительного отношения к предшественникам, что отнюдь не сводится исключительно к комплиментарным оценкам их наработок. Важно вычленить из них те работы, результаты которых позволяют ставить новые проблемы и задачи в науке или содержат методы, могущие быть использованными в решении уже сформулированных, но не решенных в науке задач и проблем. Нельзя замалчивать результаты, полученные тем или иным автором. Но нельзя и приписывать предшественнику результаты, им не полученные, или особенности, не присущие его работе. В противном случае, мы получим искажение фактов и произвольные выводы. 3. Выделение тенденций в анализе изучаемых проблем и, соответственно, поиск инвариантов в оценке историками тех или иных явлений и процессов. Учет при этом влияния на развитие исторической науки идеологии и политики. 4. Конкретность анализа историографических источников. 5. Осторожность в таком оценочном суждении, как «тенденциозность», по отношению к исследуемым историографическим источникам. 6. Установление при анализе историографических источников степени обладания их авторами необходимой исходной информацией для анализа. Ведь в каждой конкретной ситуации есть обязательный минимум данных, не располагая которыми, анализ ситуации проводить в принципе нельзя, ибо он будет ошибочным. 7. Выяснение отсутствия подмены действительных исторических фактов уже интерпретированными фактами. В случае такой замены совершенно необоснованно накладываются запреты на другие возможные объяснения исторических фактов, что объективно снижает степень доверия к заявленным результатам. Выводы, основанные не на действительных фактах, а на их интерпретациях, ненадежны и несостоятельны. 8. Недопустимость при анализе историографических источников выдвижения в качестве определяющего фактора каких-либо исторических событий, которые лучше изучены. При этом следует отдельно заметить, что, в целом, принцип объективности не может заблокировать индивидуальность исследователя, его личностное начало, к примеру, в оценке историографических фактов и источников. Подобное положение вполне сопрягается с методологическим плюрализмом, который сегодня налицо в постсоветской исторической науке.

Историзм в диссертации обеспечивается, прежде всего, анализом каждого историографического факта и историографического источника в его развитии, взаимосвязи, взаимообусловленности; постижением истории разработки исследуемой темы в единстве прошлого, настоящего и будущего; рассмотрением всех историографических источников как с точки зрения их накопления и систематизации, так и с точки зрения оценки и интерпретации. Именно для историографического исследования при применении принципа историзма особую значимость приобретают следующие, вытекающие из его сути конкретные требования: рассмотрение событий и явлений на основе соблюдения временной последовательности, преемственности смены периодов и этапов ее развития; анализ каждого историографического факта в процессе возникновения, становления и развития; исследование событий исторической науки в тесной связи с конкретными историческими условиями их появления. В целом, принцип историзма позволяет изучить развитие исторических знаний по рассматриваемой проблеме как в хронологическом плане, так и в диалектическом единстве.

С принципами объективности и историзма тесно связан принцип всестороннего подхода к изучаемым явлениям и фактам. Требуя учитывать всю совокупность признаков, характеризующих предмет исследования, данный принцип активизирует и придает гибкость научному мышлению. В силу такой способности этот принцип помогает при анализе предмета исследования держать в поле зрения все его аспекты. Диссертация выполнена и при помощи своеобразных принципов, помогающих целостному воссозданию исторического процесса и его историографическому освещению, в контексте которых только и можно достичь понимания настоящего: принцип различия между прошлым и настоящим; принцип исторического контекста; принцип понимания истории как процесса. Наряду с общепринятыми принципами научного освещения исследуемой темы соискатель старался в полной мере применять принцип здравого смысла. Ведь реальная история Отечества, отраженная в историографических источниках, противоречивее и индивидуальнее в своем многообразии и единстве, чем общепринятые теоретические и методологические схемы, подходы и принципы. Принцип партийности. Его применение в современных историографических исследованиях требует осторожности и ограниченности. Его можно использовать, преимущественно, при оценке научного вклада тех ученых, которые подчинили факты истории обоснованию позиций какой-либо партии. Кроме приведенных выше научных принципов соискатель стремился придерживаться такой установки морально-этического свойства, как принцип корректности и деликатности в оценке фактов. Положения, изложенные выше, позволили, в конечном итоге, смоделировать целостную многоуровневую концепцию развития объекта и предмета нашего исследования. Благодаря ей появилась возможность: изучить процесс формирования историографии проблемы в ее генезисе, конкретно-исторической обусловленности; оценить степень разработанности ее отдельных сюжетов и направлений, отобрать наиболее значимые для понимания сущности темы с учетом современного уровня знаний. Творчество ученых разных поколений, в сферу научных интересов которых попали вопросы, интересующие нас, оценивается с учетом определенной социально-политической и духовной атмосферы, имевшихся у них научно-организационных возможностей, состояния источниковой базы и степени свободы доступа к ней.

Теоретико-методологическая база исследования рассматриваемой проблемы реализуется при помощи ряда конкретных общенаучных, специально-историческихисториографических и источниковедческих методов исследования, каждый из которых позволяет решить определенные исследовательские задачи. Применение общенаучных методов позволило представить исследуемую проблему как процесс в контексте исторической обстановки рассматриваемого периода и задач, решаемых обществом. Применение специально-исторических методов позволило автору сопоставить историографию темы на различных ее этапах, определить связь истории и современности, сравнить различные историографические точки зрения на проблему, определить наиболее дискуссионные из них. Соискатель использовал (в той или иной мере) многие из историографических и источниковедческих методов исследования. С учетом специфики объекта и предмета исследования своей работы он уделил особенно пристальное внимание некоторым методам, заслуживающим отдельной характеристики. Использование проблемно-хронологического метода способствует расчленению данной темы на ряд более узких проблем, разработка каждой из которых рассматривается в хронологической последовательности. Метод периодизации позволяет выделить этапы и периоды в развитии историографии темы, отличающиеся в содержательном отношении друг от друга. Историко-сравнительный метод дает возможность провести сравнение достигнутых результатов в пределах каждого из выделенных этапов в разработке нашей темы. Методы логического и конкретного анализа обусловливают изучение историографических фактов и источников с учетом условий их возникновения и взаимовлияния, взаимосвязи теоретического и фактического, поиска конкретных причин, породивших определенные историографические явления. Применение метода актуализации выражается в определении ценности тех или иных исторических знаний по рассматриваемой проблеме. При обращении к документам используются как традиционный метод источниковедческого анализа, основанный на внешней и внутренней критике источников, установлении того, как отразились условия их создания в содержании, так и методы контент-анализа и факторного анализа, позволяющие извлечь информацию из больших массивов данных путем выделения совокупности количественных характеристик тех или иных объектов.

Основные источники, использованные при выполнении диссертации, можно разделить, на две части: 1)историографические источники, представленные широким кругом общих и специальных исследований, а также научно-справочных изданий, характеризующих указанную проблему; 2) исторические источники — комплекс документов, отражающих историю Гражданской войны, в том числе и Южнороссийского Белого движения. Историографические источники, представленные широким кругом общих, специальных исследований, а также научно-справочных изданий, характеризующих указанную проблему. В их составе можно выделить три крупные группы.

Исследования обобщающего характера: 1)общие фундаментальные труды по истории Гражданской войны, а также обобщающие работы по ее отдельным аспектам; 2) общие фундаментальные труды по истории исторической науки, источниковедению, а также обобщающие труды по их отдельным аспектам; 3) учебные издания, в которых в до предела обобщенном виде освещаются основные вехи истории Гражданской войны, а также отдельные аспекты рассматриваемой проблемы. Специальные исследования: 1)специальные монографические исследования по анализируемой теме; ) специальные диссертационные исследования; 3)научные статьи; 4)материалы научных конференций и прочих научных форумов; 5) обзоры литературы, рецензии; 6) научно-библиографические публикации; 7) специфические историографические источники — информационные ресурсы Интернета.

Исследования обобщающего характера. 1. Общие фундаментальные труды по истории Гражданской войны, а также обобщающие работы по ее отдельным аспектам. Данные труды, безусловно, являются незаменимыми для репродуцирования в общих чертах конкретно-исторической обстановки, в которой существовало Белое движение в Гражданской войне на Юге России. В то же время, цель указанных работ и их рамки не позволяли осуществить детальный анализ рассматриваемой в диссертации проблемы. 2. Общие фундаментальные труды по истории исторической науки, источниковедению, а также обобщающие труды по их отдельным аспектам. В интересах данного диссертационного исследования из таких работ можно почерпнуть, в первую очередь, общие представления об историографических и источниковедческих тенденциях на различных этапах развития исторической науки, историографических школах и концепциях. Но этого будет явно недостаточно для осуществления досконального историографического анализа нашей темы. Необходимо также подчеркнуть следующее обстоятельство: вопросы, связанные с накоплением, публикацией и анализом исторических источников по рассматриваемой теме, в настоящем историографическом исследовании рассматривались лишь в самом общем плане, поскольку их анализ является предметом источниковедения и других исторических дисциплин. По той же причине выведены из исследовательского поля кино- и фотодокументы, вещественные источники, требующие специального изучения. 3. Учебные издания, в которых в до предела обобщенном виде освещаются основные вехи истории Гражданской войны, а также отдельные аспекты рассматриваемой проблемы. Конечно, данный вид историографических источников играет вспомогательную роль, в силу, в первую очередь, подачи материала в до предела обобщенном виде.

Специальные исследования. 1. Специальные монографические исследования по анализируемой теме. Монография представляет для профессионального исследователя наиболее полную возможность ввести в научный оборот свою концепцию по тем или иным проблемам, обосновать личностную позицию по различным их аспектам. В диссертации анализируются монографии, в которых рассматриваемая тема получила прямое отражение, или в ней затронуты какие-либо ее аспекты, отдельные значимые сюжеты. 2.Специальные диссертационные исследования. Реалии научно-организационного процесса таковы, что не каждый автор (в силу множества причин) издает монографию. Поэтому особую роль в качестве историографического источника играют диссертационные исследования. Именно они позволяют уяснить не только степень изученности той или иной проблемы, но и увидеть новые направления в исследовании. В нашей работе рассматриваются диссертации, имеющие как непосредственное, так и опосредованное отношение к ее объекту и предмету исследования. Кроме того, привлекаются материалы десятков диссертационных исследований общего характера, в которых приводятся те или иные сведения или оценки, характеризующие изучение нашей темы. 3. Научные статьи. Они представляют более компактную и оперативную форму исторического исследования. Автор ограничен объемом публикации. Однако он может быстрее высказать новые положения, впоследствии нередко получающие развитие в монографии или коллективном труде, в сжатом виде представить аргументацию собственной позиции. Общее количество статей по рассматриваемой проблеме исчисляется сотнями наименований, в качестве наиболее оригинальных историографических источников рассматриваются материалы научных статей, в которых, нашла прямое и косвенное, изложенное в контексте других аспектов анализируемых проблем, и наша тема. 4. Материалы научных конференций и прочих научных форумов. Они представляют собой отдельный вид историографических источников, в которых зафиксированы результаты обсуждения наиболее значимых, приоритетных направлений исторических исследований, позволяющих выявить дискуссионные вопросы темы. В данной диссертации используются материалы международных, всесоюзных, всероссийских, ведомственных, региональных, межвузовских научных конференций, посвященных истории Гражданской войны, истории исторической науки и другим проблемам истории государства Российского.

5. Обзоры литературы, рецензии. Они имеют самостоятельную историографическую ценность. В них, как правило, в сжатой форме, отражается не только оценка значимости профессиональным сообществом тех или иных исторических трудов по рассматриваемой проблематике, но и характер сложившихся о них представлений в исторической науке. Следовательно, появляется материал для компаративного анализа авторских результатов и оценок, что содержатся в рецензиях предшественников, по одним и тем же историографическим источникам. 6. Научно-библиографические публикации, имеющие прямое и косвенное отношение к теме данного диссертационного исследования. Их важность возросла в той связи, что в исторической науке вообще, а в последнее время, в особенности, значительное внимание уделяется вопросам развития исторической библиографии как научно-вспомогательной дисциплины, представляющей собой область научно-практической деятельности, направленной на обеспечение библиографической информацией исторических наук. Особенно много полезной информации почерпнуто из всевозможного рода библиографических указателей, так как в них учитываются следующие виды изданий: книги, сборники статей (как правило, аналитически расписанные), брошюры, авторефераты диссертаций, статьи из научных журналов и сериальных изданий, материалы и тезисы конференций, рецензии и депонированные рукописи. 7. Специфические историографические источники — информационные ресурсы Интернета. Мы считаем, что к ним необходимо осторожное отношение. Анализ показывает, что многие данные, имеющиеся в интернет-сайтах, требуют дополнительной экспертизы на достоверность. В содержательном отношении охарактеризованные историографические источники распадаются на две большие группы: 1) работы, характеризующие историю Гражданской войны в целом; 2)исследования, подробно раскрывающие те или иные сюжеты рассматриваемой темы.

Исторические источники — комплекс документов, отражающих историю Гражданской войны, в том числе и Южнороссийского Белого движения. В данной группе рассматриваются опубликованные и неопубликованные документы. При этом, предметом анализа выступают только источники, содержащие непосредственную и опосредованную информацию по нашей теме, которые вовлечены или могут быть вовлечены в научный оборот. Неопубликованные документы. Они почерпнуты в интересах диссертации из фондов федеральных центральных архивов (ГАРФ; РГВА; РГАСПИ). В ГАРФ хранятся материалы Русского заграничного исторического архива в Праге. В его фондах сосредоточено очень большое количество документов и материалов, способствующих наполнению конкретным содержанием рассматриваемой в диссертации проблемы. Особенно много материала почерпнуто из фондов р-5827 (А.И. Деникин), р-5974 (В.В. Шульгин), р-6065 (С. П. Постников). В РГВА хранится значительный комплекс документальных материалов Белого движения — более 700 фондов частей, соединений и учреждений белой армии, насчитывающих свыше 25 тысяч дел. Большая часть документов, хранящаяся в фондах, упомянутых выше, — военно-оперативного характера. Однако имеются и документы, в которых непосредственно отражена проблема, рассматриваемая в диссертации. В РГАСПИ были проанализированы некоторые документы из фондов Центрального комитета КПСС (1898, 1903 – 1991), имеющие отношение к рассматриваемому периоду (Ф. 17.). Представляют интерес документы Истпарта ЦК ВКП (б) за 1920 – 1935 гг. и Института марксизма-ленинизма (Ф. 70, 71). В них имеются, к примеру, неопубликованные статьи ученых и политических деятелей о лагере контрреволюции и Белом движении. Некоторые их фрагменты вошли в пятитомную «Историю Гражданской войны». Подобные материалы, как правило, имеют опосредованное отношение к теме диссертации. Понятно, что архивный материал, в целом, более востребован для исторических исследований, нежели для историографических. Но он дает для данной диссертации, во-первых, представления об общем историческом фоне; во-вторых, о том, что выпало из поля зрения ученых, ранее уже вводивших в научный оборот те или иные документы.

Следует подчеркнуть, что видовой состав и содержание документов, содержащихся в фондах федеральных центральных архивов упомянутых выше, чрезвычайно разнообразен. Соискатель при работе во всех архивных фондах изучил ряд документов, которые не имели непосредственного отношения к его теме. Но они помогали репродуцировать научную картину конкретно-исторической обстановки, в которой протекал анализируемый процесс. Следовательно, в историографическом анализе рассматриваемой темы открывались (преимущественно в опосредованной форме) новые аспекты авторского видения объекта и предмета исследования. Разумеется, нами не поднят весь пласт архивных источников. Это не по силам одному исследователю. Поэтому отдельно отметим следующее обстоятельство принципиального свойства: само обращение к архивным документам и материалам в данном историографическом исследовании продиктовано, прежде всего, необходимостью определения источниковой базы проблемы, дальнейших перспектив в разработке отдельных вопросов истории военных и политических аспектов деятельности Южнороссийского Белого движения. При работе с документами и материалами архивных фондов соискатель твердо придерживался следующих принципов: 1) оценивать архивные документы как своего рода «арбитра достоверности»; 2) не гоняться за сенсационными архивными материалами; 3) не подменять исследовательский анализ простым цитированием документов и материалов.

Опубликованные документы и материалы. Здесь выделяются следующие группы: 1) документы Белого движения; 2) документы органов государственной власти и военного управления Советского государства; 3)отдельные труды крупных деятелей Белого движения, а также Советского государства; 4) источники личного происхождения; 5) периодическая печать; 6)научно-популярная и публицистическая литература. 1. Документы Белого движения. Наибольшее количество таких документов опубликовано в «Архиве русской революции» Соискатель почерпнул также документальный материал и из других белогвардейских сборников — «Белое дело», «Белый архив», «Архив гражданской войны» и др. В них документы и материалы публикуются, как правило, в текстах воспоминаний военных деятелей Белого движения. 2. Документы органов государственной власти и военного управления Советского государства. Они издавались в специальных сборниках, а также и по-отдельности. Однако к моменту подготовки к печати документов, вошедших в анализируемые сборники, существовал определенный критерий их отбора, так или иначе соответствовавший оценочной логике событий, сложившейся в исторической науке к тому времени. Дело в том, что политическим руководством страны была предложена шкала приоритетов в трактовке событий Гражданской войны более демократичная, чем в 30 – 50 гг. XX  в., но не менее обязательная для исполнения. Именно поэтому в сборниках немало места уделено приоритету демонстрации руководящей роли коммунистической партии в достижении победы над белыми. В сборники не включили фрагменты, которые не вписывались в официальные установки идеологов ЦК КПСС. Характерно, что сборники снабдили обязательными вступительными статьями, где больше давались не археографические пояснения, а идеологические установки-инструкции по использованию документов. В данных публикациях исключительно бедно представлены документы лагеря контрреволюции, в том числе и Белого движения.

3. Отдельные труды крупных деятелей Белого движения, а также Советского государства. В них содержится много информационного, документально-фактического, а также аналитического материала. Анализ показывает: лидеры российской контрреволюции и Белого движения, как правило, добросовестно подбирали документы для своих трудов, которые обычно использовались иллюстративным методом. Но, публикуя в своих работах документы, обычно без преднамеренных искажений, авторы подгоняли их под свою концепцию. Особо значимый источник — уже упоминавшееся выше пятитомное сочинение А.И. Деникина «Очерки Русской Смуты» Кроме работы генерала А.И. Деникина, проанализированы в интересах данного исследования труды других лидеров российской контрреволюции и Белого движения. При этом акцентировано пристальное внимание на документах и материалах, опубликованных в них. Наиболее ценная информация почерпнута из произведений П.Н. Врангеля, П.Н. Краснова, А.С. Лукомского, П.Н.Милюкова. Причем, диссертант сверял опубликованные документы (где это было возможным) с их архивными вариантами.

Относительно трудов крупных деятелей Советского государства заметим, что в них есть информация как документально-фактического, так и аналитического порядка. Особенно много такого материала в трудах В.И.Ленина, написанных в годы Гражданской войны в России и опубликованных в различных изданиях. Ведь В.И. Ленин являлся лидером правящей партии большевиков, руководящие органы которой в той конкретно-исторической обстановке фактически подменили основные государственные институты власти и управления. По нашей оценке, данные публикации представляют собой своего рода комментированные издания, содержащие богатый арсенал того, к чему имел отношение В.И. Ленин. Причем, если в Полном собрании его сочинений много документов приводится в более-менее полном объеме, то в «Биографической хронике» публикуются, главным образом, некоторые выдержки из документов. Они в совокупности позволяют представить себе образ вождя большевиков в том виде, в каком он утверждался в момент публикации. Имеются также ссылки на причастность В.И. Ленина к подготовке тех или иных документов. Изучив работы В.И. Ленина, имеющие отношение к рассматриваемой теме, диссертант пришел к выводу: их подбор к публикации в советское время проходил избирательно, чтобы обойти острые углы и проблемы недавно закончившейся Гражданской войны. Но соискатель старался, несмотря на характерное для нашего времени переосмысление роли В.И.Ленина в истории России (а в данном процессе имеются искажения), анализировать ленинские труды объективно, в контексте конкретно-исторической обстановки выхода их в свет; не подходить к их оценке с позиции политграмоты как это имело место в отдельных публикациях 1990-х годов.

Важный источник — произведения Л.Д. Троцкого, который в годы Гражданской войны находился в эпицентре судьбоносных для истории Отечества событий. Особенно много материалов, имеющих непосредственное и опосредованное отношение к теме исследования, почерпнуто из работ Л.Д.Троцкого «Моя жизнь» и «Как вооружалась революция». В данных произведениях приводятся и документальные материалы, автором которых является Л.Д. Троцкий, и его директивные указания, идейно-политические и организационные установки по вопросам борьбы с белыми. Из работ Л.Д.Троцкого почерпнут материал не только политического, но и собственно военного характера. Между тем, в общей доле, доминирует материал политического характера. Следует подчеркнуть, что в работах Л.Д.Троцкого достоверность и полнота информации становится в отдельных местах проблематичной из-за пропагандистской ее подачи, подразумевающей преднамеренную тенденциозность, выгодную для автора интерпретацию фактов.

4. Источники личного происхождения. Мемуарная литература, дневники, эпистолярии служат своеобразным источником для исследования рассматриваемой проблемы, дополнительным средством восстановления исторической правды, так как расширяют свидетельства, восполняют недостающие звенья. Однако работа с ними, как историческим источником, требует учета ряда трудностей, встречающихся на пути источниковедческого познания истины: значимость выяснения побудительных мотивов для написания мемуаров; проблема авторства в мемуарах; проблема соотношения объективности, достоверности и субъективизма. Исходя априори из субъективности мемуаров вообще, соискатель считает, что элементы объективности и достоверности сведений большинства мемуаров по рассматриваемой теме обусловлены, в значительной степени, социальным положением их создателей, компетентностью, уровнем культуры и образования, степенью критичности при анализе властных структур, которым сами же и служили. Субъективизм же мемуаристов еще больше усиливается тем, что некоторым из них недоставало воли приподняться над политическими пристрастиями, личными обидами. Кроме того, нельзя не учитывать и того, что, как установлено современным источниковедением, советским мемуарам присущи следующие основные характерные черты и особенности: идеологическая заданность и «выдержанность»; выбор тем и выбор сюжетов — не личные переживания авторов, а событие или вождь — объект воспоминаний; стремление быть сопричастным тому или иному событию; стандартизация в характеристике ситуаций, людей; недоговоренность, наличие фигуры умолчания, эзопов язык. Мемуаристика является необходимым, но далеко недостаточным источником. Требуется тщательный, осторожный, компаративный анализ, проверка фактов по другим источниками, где это возможно. 5. Периодическая печать. Большое количество материалов почерпнуто из периодики Белого Юга России, а также из белоэмигрантской периодики и периодики Российского зарубежья. Некоторый материал почерпнут и из советского официоза. 6. Научно-популярная и публицистическая литература. Соискатель очень осторожно относился, в первую очередь, к фактографии, зафиксированной в отдельных публицистических работах, так как она, как правило, не подтверждается строго оформленным научно-справочным аппаратом. Никто не отрицает определенной значимости публицистики для развития исторической науки. Однако какую бы благородную цель публицистика ни преследовала, она всегда страдает фрагментарностью, поверхностностью суждений, а иногда и прямым искажением реальных событий и фактов.

II. СТРУКТУРА И ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Структура диссертации обусловлена целью и основными задачами исследования. Она показывает, на каких главных проблемах автор сконцентрировал свое внимание. Рассматриваемые вопросы объединены во введение, пять глав, внутри которых имеются десять параграфов, заключение, список источников и литературы. Диссертация снабжена списком сокращений.

Во введении обосновывается актуальность темы диссертации, определяются объект, предмет, цель и задачи исследования и его хронологические рамки; обозначается теоретико-методологическая база и основные источники исследования, оценивается его научная новизна; формулируются основные положения, выносимые на защиту, высказывается мнение о научно-практическом значении диссертации; приводятся сведения о ее апробации и публикациях по теме исследования.

Глава I. «Теоретико-методологические основания исследования проблемы и характеристика источников». В первом параграфе — «Теоретико-методологические основания исследования проблемы» — обосновывается тезис о том, что решение научно-исследовательских задач, поставленных в диссертации, возможно только с учетом того, что сегодня в исторической науке царит методологический плюрализм, в условиях которого развивается историографический процесс. Поэтому все методологические подходы приемлемы, если использовать их комплексно, не абсолютизируя, не противопоставляя их сильные или слабые стороны, а используя творчески «рациональные зерна» из всех существующих исследовательских парадигм. Однако не следует искусственно внедрять новомодные подходы. Обосновано выделение двух крупных периодов: советский (1918 – 1991 гг.) и постсоветский (начиная с 1992 г.). Анализ историографических источников по теме диссертации по крупным историографическим периодам, предложенным выше, позволит полнее отразить уровень развития исторической науки, охарактеризовать ее роль на крутых переломах истории, когда соответственно менялись критерии и качество обобщения исторических знаний, активизировался или падал уровень творческих изысканий, а приток в науку новых сил формировался в условиях подъема или спада политической, общественной, научно-теоретической деятельности. Представляется также важным констатировать, что в связи с конкретно-исторической обстановкой данные периоды характеризовались различными чертами и особенностями тематической направленности исследований, конъюнктурными деформациями, соответствующей источниковой базой, которой могли располагать ученые в то или иное время. При этом подчеркивается, что вопрос о переходе от одного историографического периода к другому в отечественной исторической науке всегда проходил и проходит по разряду дискуссионных. Ученые пытаются детально разобраться, как совершается переход: или в форме одномоментного скачка, решительного перехода к новому и разрыву с предыдущей стадией в развитии исторических знаний, или в достаточно плавном темпе, занимая относительно длительный временной промежуток. Во втором параграфе — «Характеристика источниковой базы исследования» — доказано, что уровень репрезентации источников достаточно высок, а их тщательный комплексный анализ, переосмысление с позиций современной исторической науки позволяет правильно установить степень научной разработанности анализируемой темы, выйти на верификационные суждения, сделать верные выводы и выработать практические рекомендации для сегодняшнего дня.

Глава II. «История изучения Южнороссийского Белого движения в советской исторической науке (примерно 1918 – примерно первая половина 1980-х годов)». В первом параграфе — «Первый историографический опыт исследования темы в годы Гражданской войны и в условиях относительной творческой свободы творчества историков (примерно 1918 – примерно первая половина 1930-х гг.)» — прослеживается освещение нашей темы в контексте зарождения советской исторической науки в годы Гражданской войны и после ее окончания, когда появилось научное осмысление рассматриваемой проблемы в специфических условиях творческой свободы историков и ее уверенного затухания. Во втором параграфе — «Степень научной разработанности проблемы в период безраздельного господства сталинской историографической парадигмы и теоретико-методологических координат хрущевской оттепели (примерно вторая половина 1930-х – примерно первая половина 1960-х годов)» — анализируются деформированные трактовки темы Белого движения в комплексе и различными аспектами все более мифологизирующейся (под воздействием реалий культа личности Сталина) истории Гражданской войны. Показываются робкие попытки историков вернуться к исследованию именно темы Белого движения в период хрущевской оттепели, стремление исправить здесь некоторые деформации. В третьем параграфе — «Историография проблемы периода ресталинизации советской исторической науки (примерно вторая половина 1960-х – примерно первая половина 1980-х годов)» — исследуются откаты в освещении нашей темы (по сравнению с оттепелью), детерминированные попытками реанимации сталинских теоретико-методологических подходов. Показываются и некоторые достигнутые положительные результаты.

Глава III. «Белое движение в Гражданской войне на Юге России в белогвардейской литературе и литературе Российского зарубежья». В первом параграфе — «Первые попытки осмысления рассматриваемой проблемы в белогвардейской литературе, и приращение исторических знаний по ней в белоэмигрантской историографии (примерно 1918 – 1920-е гг.)» — освещаются особенности немногочисленных трудов, изданных в 1918 – 1920 гг. на территории Юга России, подконтрольной белым политическим режимам, а также раскрывается процесс приращения исторических знаний по теме в белоэмигрантской историографии в 1920-е годы. Подчеркивается , что белоэмигрантская литература и источники, которые можно условно назвать «белоэмигрантской историографией», является составной частью историографии Российского зарубежья. Во втором параграфе — «Анализ историографических источников Российского зарубежья по рассматриваемой проблеме (1930-е; 1960-е – примерно 1980-е гг.)» — освещается, как в 1930-е гг. проходил процесс дальнейшего накопления исторических знаний по рассматриваемой проблеме в тесной преемственности с белоэмигрантской историографией 1920-х гг. Раскрываются особенности изучения нашей проблемы в 1960-е – примерно 1980-е гг. в рамках собственно историографии Российского зарубежья.

Глава IV. «Белое движение в Гражданской войне на Юге России в историографических источниках периода зарождения, становления и утверждения новых подходов в отечественной исторической науке (примерно вторая половина 1980-х – до наст. вр.)». В первом параграфе — «Советская историография проблемы в период перестройки (примерно вторая половина 1980-х – 1991 г.)» — доказывается противоречивый характер историографическое осмысления анализируемой темы, детерминированный реалиями перестройки. Особенно подчеркивается, что историко-партийный ключ исследования истории Гражданской войны стал постепенно отходить на задний план и резко повысился научный интерес именно к теме Белого движения. Во втором параграфе — «Историография проблемы в период становления новых подходов в постсоветской исторической науке (примерно 1992 – примерно 1998 гг.)» — констатируется, что в постсоветский период здесь восторжествовал плюрализм мнений в условиях относительной творческой свободы историков, аналогов которой до того времени не имелось. В то же время, появился (по крайней мере, примерно до 1998 года) обвинительный уклон, разоблачительные интонации при освещении деяний советской власти в годы Гражданской войны. Достоверность используемой при этом факторграфии, точность ее передачи, глубокая аналитика присутствовали не всегда. На данном фоне детально разбираются историографические источники, увидевшие свет в период, обозначенный выше. В третьем параграфе — «Приращение исторических знаний по проблеме в период утверждения новых подходов в постсоветской исторической науке (примерно 1999 – до настоящего времени)» — отмечается, что исследование нашей темы проходило в условиях, когда утверждения новых подходов в постсоветской исторической науке, не означало, между тем, некой их монополизации. И вообще, они не приняли завершенного вида. Здесь налицо своего рода «методологическое многоголосие». Проблемы изучения Белого движения вышли на уровень нового исторического синтеза.

В заключении диссертации подводятся итоги исследования, отмечается закономерный, поступательный характер процесса познания истории Южнороссийского Белого движения, выносятся на суд научной общественности сделанные выводы и уроки, предлагаются научно-практические рекомендации.

III. НАУЧНАЯ НОВИЗНА И ОБОСНОВАНИЕ ПОЛОЖЕНИЙ, ВЫНОСИМЫХ НА ЗАЩИТУ

Bй подход к пониманию различных аспектов историографического исследования проблемы Белого движения в Гражданской войне на Юге России (ноябрь 1917 – 1920 гг.), намечаются пути ее дальнейшего углубленного исследования, предложены конкретные меры по совершенствованию познавательного процесса в исследуемой области исторических знаний.

На защиту выносятся следующие положения диссертации: 1. Результаты комплексного анализа историографических источников, в которых освещается история Белого движения в Гражданской войне на Юге России (ноябрь 1917 – 1920 гг.). 2. Авторские оценки и суждения по важнейшим теоретическим и практическим вопросам исследуемой проблемы, прежде всего по тем, которые имеют дискуссионный характер. 3. Синтезированные основные тенденции развития историографии исследуемой проблемы на различных этапах ее развития, итоговые характеристики ее сильных и слабых сторон, основные направления дальнейшего совершенствования. 4. Выводы, предложения, научно-практические рекомендации, направленные на дальнейшее углубление научно-исследовательской работы в указанной области с учетом характера недостаточно разработанных аспектов темы.

Обоснование положений, выносимых на защиту

1. Результаты комплексного анализа историографических источников, в которых освещается история Белого движения в Гражданской войне на Юге России (ноябрь 1917 – 1920 гг.), можно свести к ряду крупных обобщений:

1.1. Историографии проблемы Белого движения в Гражданской войне на Юге России (ноябрь 1917 – 1920 гг.) было свойственно своего рода «синусоидальное» развитие: накопление первых исторических знаний по теме в условиях братоубийственной Гражданской войны и их серьезное приращение, происходившее в условиях относительной творческой свободы, которая имелась у исследователей в 1920-е — примерно в первой половине 1930-х гг.; стагнация в исследовании темы (примерно вторая половина 1930-х – примерно первая половина 1950-х гг.), детерминированная безраздельным господством сталинской историографической парадигмы, подразумевающей, прежде всего, беспрекословное выполнение идеологического и социально-политического заказа тоталитарного политического режима, утвердившегося в стране в хронологических рамках, указанных выше; резкое оживление в исследовании проблемы (примерно вторая половина 50-х — примерно первая половина 60-х гг. XX века), материализовавшееся в ряде количественно-качественных историографических показателей. Подобное стало возможным благодаря хрущевской оттепели, создавшей, в том числе новую духовную обстановку в СССР, что сказалось позитивно на развитии исторической науки. Отличительная черта здесь — попытки приближения к исторической правде в условиях реанимации относительной творческой свободы историков, утраченной в период культа личности Сталина; Серьезный откат назад в исследовании темы, происшедший на фоне реанимации сталинских подходов, пусть и несколько модернизированных, в руководстве исторической наукой (примерно вторая половина 1960-х — примерно первая половина 1980-х гг.). Такому синосоидальному развитию историографии нашей проблемы свойственно диалектическое единство в развитии всех периодов, упомянутых выше. Границы перехода, что выше отмечалось, носят условный характер.

1.2. История изучения рассматриваемой темы зародилась в ходе братоубийственной Гражданской войны, что наложило на нее соответствующий специфический отпечаток, главными характерными чертами которого можно считать следующие: исключительно бескомпромиссный конфронтационный стиль изложения всех трудов, ярко выраженный агитационно-пропагандистский характер публикаций; проблематичность достоверности фактического материала, ибо в агитационно-пропагандистских целях допускались преднамеренные фальсификации. Основной жанр трудов — публицистический, иногда научно-популярный. О научном осмыслении темы вряд ли стоит говорить. Разве только можно констатировать, что элементы научных исследований все-таки появлялись, в первую очередь в рамках набиравшей силу военной историографии. Но вряд ли подобные историографические факты можно считать доминирующими. При всем несовершенстве историографических источников периода Гражданской войны, имеющих отношение к истории Южнороссийской ветви Белого движения, невозможно выявить степень научной разработанности проблемы, указанной выше, без их детального анализа. Тем более, что корме историографических источников в распоряжении современных исследователей имеется множество историографических фактов. Некоторые из них воистину носят неординарный характер.

1.3. В1920-х – начале 1930-х гг. состоялась научная разработка темы Южнороссийского Белого движения Спектр и результаты были довольно разнообразны и в целом небезуспешны: характеристика стержневых программных положений и партийно-политического состава Белого движения; дефиниции центральных пунктов политического курса государственных образований Белого Юга России и их связей с интервентами и населением; причины поражения Белого движения; публикация отдельных особо значимых их документов. На все работы того времени наложило неизгладимый отпечаток то, что относительная творческая свобода, что имелась у историков в период, о котором идет речь, быстро затухала. Соответственно, появлялась идеологическая заданность, политизация. Однако, несмотря на эти обстоятельства, большинства вышедших тогда статей, монографий, воспоминаний и других видов научной, популярной и публицистической литературы, многие изложенные в них факты, привлеченные документальные материалы, сделанные авторами выводы и обобщения представляют несомненный научный интерес и сегодня.

1.4. В период безраздельного господства сталинской историографической парадигмы (примерно вторая половина 1930-х – примерно первая половина 1950-х годов) произошла гипертрофированная идеологизация и политизация советской исторической науки, ее полная подконтрольность советскому политическому режиму. История изучения нашей темы была загнана в жесткие априорные схемы, выданные «Кратким курсом истории ВКП (б). Стали исследовать не Белое движение как исторический феномен, а» «белогвардейские банды Деникина» и т.д. В таких политизированных клише четко прослеживается идеологический и социально-политический заказ правившего в стране тоталитарного политического режима. Были созданы все условия для того, чтобы историография по нашей проблеме не смогла наполниться новым содержанием. Не могло здесь радикально изменить ситуацию и то, что в конце 40-х – начале 50-х гг. прошлого века некоторые аспекты рассматриваемой темы получили научную разработку на уровне кандидатских диссертаций: деформации периода культа личности Сталина серьезно девальвировали конечные научные результаты исследований. Особенно подчеркнем, что тема была выведена из разряда приоритетных, по ней не было выполнено целевых, комплексных исследований. Соответственно, не получила она историографической разработки: в свет не вышло ни одной обобщающей статьи по истории ее изучения, не говоря уж о монографиях или диссертационных исследованиях. Однако тема Белого движения в Гражданской войне на Юге России в ноябре 1917 – 1920 гг. нашла некоторое фрагментарное освещение в ряде обобщающих работ по истории Гражданской войны, а также в специальных исследованиях. Им были присущи следующие особенности: локализация исследований применительно к анализу событий под Царицыным, так как в них участвовал И.В. Сталин; робкая попытка освещения в послевоенный период отдельных аспектов истории Южнороссийского Белого движения в работах, посвященных иностранной военной интервенции в годы Гражданской войны; отсутствие практики введения в научный оборот новых архивных документов, так доступ исследователей к ним все более затруднялся, цензура становилась все боле жесткой; наличие серьезных искажений и фальсификаций в оценочных суждениях по истории Белого движения в Гражданской войне на Юге России (ноябрь 1917 – 1920 гг.), его исторических персоналиях, детерминированные идеологическим и социально-политическим заказом утвердившегося в стране тоталитарного политического режима.

1.5. В период развития советской исторической науки в системе теоретико-методологических координат хрущевской оттепели (примерно вторая половина 1950-х – примерно первая половина 1960-х годов) в исследовании нашей темы произошли глубокие количественно-качественные изменения. Недолгий период либерализации политического режима в СССР сделал возможным определенный прорыв в изучении целого ряда тем, в том числе и по проблематике Гражданской войны, а в ее рамках и проблем Белого движения, в том числе и его Южнороссийской ветви. Для литературы этих лет свойственен отход от чисто военной тематики и расширение источниковой базы исследований, большее разнообразие исследуемых сюжетов и проблем, освобождение от бесспорно ненаучных политизированных постулатов сталинской эпохи и историографии. Рассматриваемая проблема нашла отражение в крупных обобщающих трудах по истории Гражданской войны (преимущественно, фрагментарное), а также в ряде монографических исследований. В меньшей степени тема получила научную разработку на уровне диссертационных исследований. Вместе с тем основополагающие оценки характера, мотивации, программ и политики Белого движения и отдельных его представителей и структур остались практически неизменными. Сам антисоветский лагерь не рассматривался специально во всей его многоликости и сложности, а выступал лишь как определенный фон для освещения различных отдельных сюжетов и тем. Нельзя не заметить и того, что история Белого движения в Гражданской войне на Юге России (ноябрь 1917 – 1920 гг.) не получила целевой собственно историографической разработки. Она имела место только в контексте работ по истории истории изучения Гражданской войны. И вообще: нет достаточных оснований для того, чтобы считать рассматриваемую тему конституированной в качестве самостоятельного научного направления. Разумеется, подобное обстоятельство не есть аргумент к недооценке историографии рассматриваемой проблемы периода хрущевской оттепели.

1.6. Анализ истории изучения проблемы Белого движения в Гражданской войне на Юге России (ноябрь 1917 – 1920 гг.) в период ресталинизации советской исторической науки позволяет заключить, что здесь произошел серьезный откат, если сравнивать с периодом хрущевской оттепели. Засилье историко-партийной тематики резко сузило предмет исследований — разгром контрреволюции. Затем здесь появился еще один аспект — крах (подчеркнем, крах, а не деятельность) непролетарских партий в 1917 – 1920 гг. Историкам, как и во времена культа личности Сталина, снова стали в директивном стиле диктовать, о чем, как и что писать (разумеется, в более мягких формах, что не меняло содержания). Идеологический и социально-политический заказ теперь уже авторитарно-бюрократического политического режима, утвердившегося в стране, все более погружающейся в системный кризис, подразумевал всемерную дискредитацию Белого движения и его вождей, и на данном фоне показ величия победы советской власти в братоубийственной Гражданской войне. Подобный алгоритм допускал преднамеренные искажения и даже ничем неприкрытее фальсификации (например, работа А.П. Алексашенко). Причем, что представляется принципиальным подчеркнуть, ученым были поставлены жесткие организационные барьеры, нашедшие выражение в следующих явлениях: резкое ограничение доступа в архивы; существование спецхрана в Государственной публичной библиотеке им. В.И. Ленина, куда были помещены работы лидеров Белого движения, зарубежных исследователей и исследователей Российского зарубежья, имеющих отношение к рассматриваемой теме. Доступ туда был тоже крайне затруднительным; отсутствие публикации белых мемуаров и переводных работ зарубежных авторов, которые не вписывались в марксистско-ленинскую историографическую парадигму. Однако наметились сдвиги в осмыслении политических аспектов истории Белого движения, роли различных партийных образований в нем, их взаимодействия, деятельности ряда антибольшевистских правительств. Эти проблемы поднимались в контексте исследования краха непролетарских партий в 1917 – 1920 гг. Даже в условиях жесткого идеологического диктата появились работы, которые и сегодня не потеряли, в какой-то степени своей актуальности (например, работы В.Д. Поликарпоав. Г.З. Иоффе, Н.Г. Думовой и др.). В них есть «рациональные зерна», извлечение которых может помочь современному исследователю в составлении более полной научной картины истории Белого движения в Гражданской войне на Юге России (ноябрь 1917 – 1920 гг.)

1.7. Белогвардейская историография и историография Российского зарубежья истории Белого движения в Гражданской войне на Юге России за столь длительный временной интервал (примерно 1918 – 1980-е годы) прошла сложный, противоречивый путь. Она развивалась неравномерно, под непосредственным воздействием конкретно-исторической обстановки. В ней рельефно выделяются четыре крупных блока: 1) белогвардейская историография (примерно 1918 – 1920 гг.); 2) белоэмигрантская историография (1920-е гг.); 3) историография Российского зарубежья, развивавшаяся в тесной преемственности с белоэмигрантской историографией (1930-е гг.); 4) собственно историография Российского зарубежья. Белогвардейская историография рассматриваемой проблемы является своего рода предтечей белоэмигрантской историографии 1920-х годов. Хотя бы по той простой причине, что многие авторы, впервые опубликовавшиеся на белом Юге России, охваченном пламенем безумной братоубийственной Гражданской войны, продолжали активно творить и в первые годы белой эмиграции (например, Борис и Алексей Суворины). Труды, входящие в блок, упомянутый выше, немногочисленны. Они изданы в 1918 – 1920 гг. на территории Юга России, подконтрольной белым политическим режимам. Авторы такой литературы — непосредственные участники революции и Гражданской войны, не имевшие специальной подготовки для проведения исторических исследований. Белогвардейская историография нашей темы развивалась параллельно с советской историографией проблемы, находясь с ней одновременно, в жесточайшей конфронтации. Основной массив подобной литературы сосредоточен в публицистических, агитационно-пропагандистских работах. Научные исследования отсутствуют. В целом, работ мало по количеству, и они несовершенны по качеству. Однако здесь имеются некоторые труды, которые могут вполне претендовать на статус небезынтересных исторических источников по отдельным военно-политическим аспектам истории Белого движения в Гражданской войне на Юге России. Несмотря на многие несовершенства белогвардейской историографии, ее анализ для полноты исследования темы данного диссертационного исследования представляется достаточно важным.

загрузка...