Delist.ru

Методологические, правовые и естественнонаучные основы использования микрообъектов в раскрытии и расследовании преступлений (10.09.2007)

Автор: Кочубей Андрей Владиславович

Согласно общей схеме исследования единичных волокон вначале проводится их дифференциация по внешним признакам: цвету, внешнему виду и характеру поверхности.

В зависимости от вида волокна используют следующие методы:

- светлого поля в проходящем и отраженном свете, применимые практически к любым волокнам, представляющим собой препараты, у которых различные участки неодинаково поглощают или отражают свет;

- темного поля в проходящем свете для исследования неокрашенных волокон, когда структурные особенности плохо различимы при наблюдении в светлом поле;

- метод изучения волокон в поляризованном свете, используемый для выявления структурных особенностей неокрашенных и слабоокрашенных неоднородных прозрачных объектов;

- метод люминесцентной микроскопии, применяющийся при исследовании бесцветных и окрашенных волокон.

Оптические методы исследования волокон в проходящем и отраженном свете по методу темного и светлого поля используются в основном для родовой дифференциации природных волокон, морфологические признаки внешнего строения которых очевидны. При известных навыках специалист на стадии предварительного исследования уже только по внешнему виду может различить волокна хлопка, льна, пеньки, шерсти и шелка.

Для химических волокон оптическая микроскопия дает возможность выявить лишь признаки, присущие всем химическим волокнам: основной цвет, его насыщенность и оттеночность; блеск или его отсутствие за счет матирования; микроморфологическое строение поверхности, обусловленное способом формования волокна: наличие продольных борозд (полос), штриховатости; толщину волокна и др.

На стадии предварительного исследования обычно невозможно точно установить тип волокнообразующего полимера по признакам его морфологического строения. Однако для установления общей родовой принадлежности волокон бывает вполне достаточно и тех методов и средств, которые доступны исследователю.

Для этого волокна с совпадающими признаками, выявленными на стадии оптической микроскопии, подвергаются исследованию в поляризованном свете. Совпадение интерференционных окрасок в поляризованном полихроматическом свете или полос интерференции в поляризованном монохроматическом свете дает веские основания к предположительному выводу об их общей родовой принадлежности (для установления их общей групповой принадлежности необходимо кроме этого проведение исследований по виду красителя и его классификации).

При изучении волокон в поляризованном свете при их предварительном исследовании возможна упрощенная схема, при которой не определяются количественные характеристики двойного лучепреломления, а проводится только качественная оценка интерференционной окраски при различных взаиморасположениях поляризатора, анализатора и волокна.

Одним из вариантов микроскопии, применяющейся при исследовании бесцветных и окрашенных в светлые тона волокон является люминесцентная микроскопия, представляющая собой разновидность люминесцентного анализа. Например, шерстяные волокна обладают свойством светиться при обычной температуре под действием ультрафиолетового света.

Таким образом, методы светопольной, поляризационной и люминесцентной микроскопии позволяют определять качественные признаки волокна, которые используются при установлении родовой, а в дальнейшем и групповой принадлежности объектов волокнистой природы.

Существенным по значимости сравниваемым признаком волокна является величина показателя светопреломления, которая зависит от его текстуры. При установлении же вида волокна точное определение показателя преломления лишено смысла, так как эта величина зависит от очень многих факторов. Однако при сравнительном исследовании с целью установления общей родовой (общей групповой) принадлежности волокон совпадение (несовпадение) этого показателя, в совокупности с другими характеристиками повышает достоверность полученных результатов и обоснованность выводов.

Для измерения показателя светопреломления волокон применяется рефрактометрия. Одним из вариантов рефрактометрии является иммерсионный метод Бекке, заключающийся в определении интервала значений показателя преломления света волокном при использовании иммерсионных жидкостей.

Рефрактометрический метод дает возможность судить о величине светопреломления в поверхностных слоях волокна, наиболее подверженных воздействию эксплуатационных факторов, т.е. признаках, носящих случайный характер. Это наиболее важно при проведении сравнительного исследования.

Аналогичные схемы предварительных исследований, проиллюстрированные фотографиями признаков объектов, представлены в диссертации для микрочастиц стекла и лакокрасочных покрытий. Кроме того, в работе приведена классификация признаков и факторы, определяющие их формирование.

Четвертая, заключительная, глава «Основные понятия, принципы и задачи экспертизы микрообъектов» состоит из четырех параграфов, посвященных соотношению криминалистических и общесудебных основ исследования микрообъектов (§ 4.1.), задачам экспертного исследования микрообъектов как основы их использования в расследовании преступлений (§ 4.2.), технологии решения экспертных задач по исследованию микрообъектов (§ 4.3.) и возможностям объективизации выводов эксперта по результатам экспертного исследования микрообъектов (§ 4.4.).

В главе, посвященной экспертным исследованиям микрообъектов и использованию их результатов, мы сосредоточили свое внимание на спорных или малоисследованных вопросах, пытаясь достичь некоторой определенности в их понимании. В то же время, большая часть известных положений, касающихся, в первую очередь, конкретных методик и специальных инструментальных методов исследования различных классов микрообъектов представлены достаточно лаконично.

Микрообъекты, которые формируются при совершении преступления – это, всего лишь, информационный сигнал. При их обнаружении они представляются только как потенциальные источники информации, несущие сведения о произошедшем событии. Полноценное использование микрообъектов в процессе расследования преступлений предполагает необходимость извлечения определенного объема информации, заключенной в них (криминалистически значимой информации), для чего используются специальные методы воспроизведения – проводится их экспертиза.

В методологическом аспекте, прежде всего, возникает вопрос о классификации судебных экспертиз, в рамках которых исследуются микрообъекты.

Наибольшее внимание при дискуссии о классификации классов и родов судебной экспертизы всегда уделялось экспертизе веществ и материалов (криминалистической экспертизе материалов, веществ и изделий из них), которая рассматривалась всеми авторами как своего рода «лакмусовая бумажка» принципов деления. Включая в себя исследование разнообразных по своей природе классов веществ и материалов, используя при этом практически полный спектр физических, химических и физико-химических методов исследования, данная экспертиза действительно является наиболее показательной по предмету, объектам, задачам.

Традиционно сложившееся и устоявшееся название экспертизы веществ и материалов – криминалистическая экспертиза материалов, веществ и изделий (КЭМВИ) Однако, такое название, по мнению многих ведущих ученых, не отвечает ее сущности. Сомнению подвергается, во-первых, термин «криминалистическая», и, во-вторых, включение в название экспертизы «изделий».

Относительно включения в название экспертизы изделий, долгих дискуссий, очевидно, не требуется, ибо изделие – это предмет или вещь, а при экспертном исследовании устанавливаются, в первую очередь, субстанциональные и морфологические свойства объекта именно как материала, вне зависимости от формы его облачения в готовое изделие. Свойства же эти, абсолютно не зависят от формы воплощения субстанции. Наверное, обоснованным является и выделение на первое место термина «вещество», которое первично по отношению к материалу.

Что же является определяющим при отнесении экспертизы к классу криминалистических, и является ли экспертиза веществ и материалов криминалистической?

Ответ на этот вопрос можно получить, последовательно рассмотрев четыре признака в их совокупности – предмет, объект, методики и исторический аспект.

И.Ф. Крылов отдает приоритет в возникновении экспертизы сличению почерков, датируя ее зарождение XVI веком. Однако, еще в древние века исследования количественного состава золотых монет или ювелирных изделий позволяло установить факт их подделки, в средние века алхимики, аптекари и медики устанавливали причину смерти, выявляя наличие яда в органах умершего человека. В основе этих исследований были естественные науки - физика, химия, биология и др., в соответствии с современной классификацией специальных знаний – не относящихся к криминалистическим. Применительно к сегодняшней классификации это были экспертизы веществ и материалов.

Таким образом, с точки зрения возраста, или исторического аспекта, экспертиза веществ и материалов относится к одному из старейших.

Суммируя достаточно большое количество определений предмета экспертизы и не останавливаясь на научной полемике, связанной с этим, можно сказать, что на сегодняшний день общепринятым считается положение, согласно которому предмет каждого вида (рода) экспертизы, это данные, получаемые на основе исследования свойств объектов с использованием средств и методов данного вида судебной экспертизы, что не дает основания считать предмет каждого вида или рода экспертизы определяющим ее криминалистическую сущность.

В период своего зарождения все методы, которые использовались в судебной экспертизе, или вернее при установлении истины в суде, заимствовались из естественных наук. Сегодня также базой многих методов традиционной (криминалистической) экспертизы служат естественные или технические науки. К примеру, экспертиза холодного оружия – основные критерии отнесения объекта исследования к холодному оружию основаны на определении размерных, прочностных, упругих и др. свойств материала, а также конструкционных особенностей изделия. Методики же определения всех характеристик материала (в данном случае металла) или изделия перенесены из материаловедения. Не напрямую, не чисто механически, но все же методической основой и в этом случае являются технические науки.

С другой стороны, существуют виды экспертиз, относимые к нетрадиционным, но изначально методы исследования для которых разрабатывались в целях изобличения преступных действий. Ярким примером могут служить бухгалтерская, экономическая экспертизы. Если профессиональная деятельность казначея заключалась в правильном оформлении финансовой документации, то проведение ревизии или финансовой проверки требовало от него выявления финансовых махинаций – задачи обратной, а следовательно использовались иные методы.

Таким образом, и методы исследования не могут быть определяющим основанием при отнесении того или иного вида экспертизы к криминалистическому.

Следует отметить и еще один аспект - в рамках экспертизы веществ и материалов могут исследоваться как объекты традиционных криминалистических экспертиз, например, при исследовании металла, из которого изготовлено огнестрельное оружие или при установлении материала объекта, на котором имеются трасологические следы и т.д., так и все иное многообразие объектов.

Подводя итог проведенному анализу различных оснований, определяющих класс экспертизы веществ и материалов, можно констатировать, что ни исторический, ни методический ни другие аспекты как в их совокупности, так и при самостоятельном рассмотрении не являются убедительными основаниями для отнесения этого рода экспертиз к криминалистическому.

О некриминалистическом характере экспертизы веществ и материалов говорили многие ученые (Т.В. Аверьянова, Р.С. Белкин, Н.П. Майлис, Е.Р. Россинская и др.). Однако, несмотря на высказанное ими мнение, мы посчитали необходимым еще раз обратиться к этому, так как даже в последних работах на эту тему обосновывается ее криминалистическая сущность.

Задачи экспертного исследования микрообъектов определяются в каждом конкретном случае ситуационно, т.е. в зависимости от обстоятельств дела. Вместе с тем, они должны опираться на общие классификационные положения, принятые в судебной экспертизе, которые в специальной литературе представлены весьма разнообразно и не систематизировано. Это относится и к общей теории судебной экспертизы, и, в особенности, к той ее части, которая связана с микрообъектами.

Первоначально, в период становления института экспертизы, все задачи были разделены на идентификационные и неидентификационные, что соответствовало общему уровню развитости теоретической базы. Однако, расплывчатость термина «неидентификационные задачи», который, в сущности, сводится лишь к определению задачи как противоположной идентификации, привело к отказу от такого деления и послужило основанием к открытию дискуссии по классификации экспертных задач, с выделением, в конечном итоге диагностики. И не просто замены термина «неидентификационные задачи» на «диагностику», а формирование теории диагностики, классификации задач уже в ее рамках, системы методов и т.д.

Сегодня в основном приняты две классификационные системы – трехчленная, включающая классификационные, идентификационные и диагностические задачи и двухчленная, состоящая из идентификационных и диагностических задач.

Классификационные задачи могут решаться не только как самостоятельные, но и в ходе диагностических и идентификационных исследований, являясь их первоначальным этапом. По этой причине нам в большей степени импонирует двухчленное деление, но лишь при одном условии – она является начальной, базовой. И в рамках диагностики, и идентификации могут быть проведены самые разные исследования, а, следовательно, внутри них должны быть выделены несколько самостоятельных задач, или подзадач, по основанию конечной цели экспертизы.

Для судебной микрообъектологии остаются открытыми для дискуссии несколько вопросов. Это: выделение в качестве самостоятельных задач экспертное обнаружение микрообъектов; установление факта контактного взаимодействия; использование термина родовой (групповой) идентификации; возможность идентификации жидких и сыпучих объектов; задачи установления источника происхождения микрообъектов.

загрузка...