Delist.ru

Северо-Западный Прикаспий в эпоху бронзы (V - III тысячелетия до н.э.) (09.01.2008)

Автор: Шишлина Наталья Ивановна

Степная северокавказская группа представлена 148 погребениями. Они встречены в шести экологических нишах Северо-Западного Прикаспия. Погребальный обряд выглядит очень традиционным и практически одинаковым для всех региональных групп. Тем не менее, выделены некоторые различия в отдельных регионах и в могильниках.

Основные курганы были небольшими, практически нигде не фиксировались мощные досыпки над впускными погребениями. Курганы с большим количеством северокавказских погребений редки. Преобладают одиночные основные захоронения. Остальные – впускные в более ранние насыпи. Северокавказское население использовало старые, более древние, курганы, а свои насыпи сооружало нерегулярно. Жертвенники над основными или впускными погребениями встречены редко. Основной материал для насыпей – грунт из ровиков и подстилающих древнюю дневную поверхность материковых слоев. Диаметр курганов 13-24 м.

Основная форма могильной конструкции – узкая длинная четырехугольная, неглубокая яма. Ямы с заплечиками встречены только в Кумо-Манычской впадине и Южных Ергенях. Интерьер могильных ям – растительные циновки на дне, стенах и перекрытиях могил. Стены укреплялись деревянными решетчатыми конструкциями в виде плетня или короба; на дно укладывали подушки, набитые травами; сложные деревянные конструкции. Возможно, как и в ямной культуре, для перекрытий и обкладки стен могил могли использоваться борта повозок или деревянные «двери» жилищ.

Основное положение скелетов – вытянуто на спине, руки протянуты вдоль туловища. Очень редко, только в могильниках Кумо-Манычской впадины и Средних Ергеней, зафиксированы другие позы: скорченно на боку, вытянуто на животе. Преобладающая ориентировка погребенных как в основных, так и во впускных погребениях – восточная. Для группы характерна окраска скелетов охрой. Обряд коллективных погребений редок и является исключением. Есть парные, известно одно тройное захоронение. Среди парных самый распространенный тип – погребения двух взрослых, реже – это погребения детей или подростков.

Инвентарь очень редок, найден как в погребениях взрослых, так и детей. В целом, он почти равномерно представлен во всех региональных группах, однако выделены и некоторые отличия по материалам отдельных могильников.

Керамика редко сопровождала северокавказские степные погребения, и, в основном, только в южных могильниках. Преобладает она в детских захоронениях. Создается впечатление, что столовая посуда изготавливалась мастерами исключительно для нужд очень небольших коллективов (семей, групп семей), практически каждый сосуд представляет самостоятельный тип. Только кухонная и тарная посуда представлена распространенными широко во многих культурах сопредельных территорий крупными горшками-корчагами. Выделен особый степной тип северокавказских курильниц в виде низкой округлой чаши без отделения, с округлым поддоном, окруженным четырьмя или шестью округлыми ножками; или на четырехугольном поддоне; основной элемент орнамента – вписанные друг в друга треугольники.

Степная северокавказская группа выделяется многочисленными украшениями, которые маркируют «этнографический» взрослый и детский головные уборы, переднюю часть костюма, детские пояса, амулеты-четки. Преобладают крупные и мелкие округлые височные кольца, часто сделанные из серебра, которые вместе с другими мелкими типами украшений могут образовывать орнаментальный ряд опушки шапок или налобных повязок. Такие вариации присущи группам из южных регионов. Головные украшения других региональных групп более скромные – только височные кольца. Выделен особый тип мужской головной повязки – с серебряным округлым кольцом с несомкнутыми концами, расположенным справа.

Среди нагрудных украшений – многочисленные широко распространенные бусы и типично северокавказские бляхи-умбоны. В этой группе присутствуют только детские поясные наборы, состоящие из блях, подвесок, бусин, клыков животных.

Аксессуары представлены отдельными булавками: в этой группе нет костяных молоточковидных булавок 1 и 3 типов; редко встречены булавки 2 и 4 типа, бронзовые молоточковидные булавки 1 типа 1 подтипа и посоховидные 1-3 типов. Как костяные, так и бронзовые булавки сопровождались округлыми или четырехугольными слабовыпуклыми бронзовыми бляхами и иными типами подвесок и блях. Присутствие в одном из погребений 15 бронзовых посоховидных булавки с намеренно притупленным концом может указывать на их вероятное использование в качестве товарных единиц при обменных операциях. Найдена костяная пуговица, служившая для закрепления повязки на ногах. Костяные кольца и трубчатые пронизи – единственный тип украшений северокавказских групп Средних Ергеней.

Хозяйственный инвентарь и вооружение – крайне редкие находки. Выделяется каменный топор кабардино-пятигорского типа. Короткие четырехгранные стержни-шилья часто найдены вместе с украшениями. Эти и другие предметы распространены во многих синхронных культурах.

Таким образом, основные категории инвентаря, а также его распределение в Северо-Западном Прикаспии, с одной стороны, показывают, что носители степной северокавказской культуры освоили эту территорию практически единовременно. Это соотносится с монотонностью основных характеристик погребального обряда. Однако вариации в использовании, в первую очередь, «этнографических» элементов костюма позволяют предположить, что это были представители нескольких отдельных самостоятельных групп (семейно-родовых коллективов), происхождение которых может быть связано с разными регионами Северного Кавказа. Курганы и погребения одного могильника, как правило, характеризуются однотипным погребальным обрядом и инвентарем. Однако для некоторых курганных групп, где северокавказских погребений известно много, выделяются специфические черты для более мелких объединений. Это позволяет высказать предположение, что погребения и курганы были оставлены не одной, а несколькими, может быть, даже не связными родством группами населения.

Погребальный обряд, немногочисленный, но яркий, связанный с «этническим» погребальным костюмом инвентарь, подтверждают впервые высказанное В.А. Сафроновым положение, что за традицией сооружения погребений в узких четырехугольных ямах стоит особая культурная группа, которая соотносится с «северокавказской культурой» эпохи бронзы (1974). Многочисленные параллели позволили указать вероятные регионы, с которыми пришлая в Северо-Западный Прикаспий группа, имела непосредственные «родственные» связи. Наиболее близкие типы погребений распространены в Прикубанье и Ставрополье.

Выделяемая для Северо-Западного Прикаспия группа степных северокавказских погребений выглядит достаточно гомогенной, но по сравнению с материалами северокавказской культуры Центрального Предкавказья, Ставрополья, Прикубанья менее выразительной. Видимо, несколько небольших групп северокавказского населения осваивало пастбищные пространства, расположенные далеко к северу от основной метрополии. При этом они были связаны с ней общностью происхождения и участием в миграционных процессах. Скорее всего, это было не однократное переселение отдельных пастухов, а сначала постепенная (сезонная) инфильтрация и продвижение отдельных семей из разных степных и предгорных районов Северного Кавказа, вызванные не только природными, но и экономическими причинами. Способствовали таким передвижениям уже освоенные в предшествующее время пути вдоль речных систем, объединяющие и связывающие в единую сеть как восточно-западные регионы, так и районы, расположенные в широтных северо-южных зонах.

Сравнительный анализ степной северокавказской группы Северо-Западного Прикаспия с центрально-ставропольской, верхнекубанской, кавминводской, закубанской и другими группами этой же культуры показал, что они различаются друг от друга по деталям погребального обряда и инвентарю. Вероятно, при некой общности происхождения развитие отдельных региональных групп проходило по своему особому пути, определенному не только различиями в плане доступности сырья, освоенных источников природных ресурсов, и, таким образом, в экономической базе, но системой взаимоотношений с окружающими инокультурными группировками. Какие-то группы, возможно, в силу географического положения и экономической стабильности играли только роль посредников, другие сами становились участниками миграционных процессов. Иногда можно указать точные соответствия, особенно, среди маркирующих «этнографический костюм» категорий и типов украшений, но их использование в костюме часто различалось, хотя известны и некоторые соответствия (одиночные бронзовые и серебряные височные кольца с несомкнутыми концами как украшения взрослого (мужского) головного убора; поясные наборы с бронзовыми посоховидными булавками). Если в степях Северо-Западного Прикаспия выделяются типы головных и нагрудных украшений, состоящих из многочисленных мелких колец и подвесок, сделанных из металла, кости, раковин, немногочисленные детские поясные наборы из костяных амулетов, а также амулеты-четки из бронзовых посоховидных булавок и подвесок, то стандартными элементами этнографического центрально-кавказского костюма северокавказской культуры были сложносоставные (из бусин и подвесок) ожерелья, наборные браслеты, пояса, многочисленные украшения головного убора в виде височных колец. Основную декоративную роль в таком костюме играли булавки, браслеты, бляхи и некоторые виды медальонов, составлявших компоненты этно-локального костюма. Многие типы предметов утвари и оружия (топоры кабардино-пятигорского типа), украшений характерны для всего «северокавказского культурного горизонта эпохи средней бронзы», они также вошли в другие синхронные и более поздние культурные пласты Северного Кавказа и сопредельных территорий. Намечены некоторые соответствия: мужские комплексы с топорами кабардино-пятигорского типа, костяными кольцами и пестами/наковаленками.

Картографирование бронзовых посоховидных булавок выявило основной район их распространения: Центральное Предкавказье, где такие украшения встречаются в погребениях многих культур средней бронзы, и используются, таким образом, продолжительное время. Базовый ареал распространения бронзовых молоточковидных булавок – Центральное Предкавказье. Они также характерны для многих культур этой и соседней территорий эпохи средней бронзы. Основные типы подвесок-бус и нашивных блях, топоры кабардино-пятигорского типа наиболее распространены в том же Центральном Предкавказье. Подвески типа медальонов, двойной спирали, ложки, округлые бляхи-медальоны – детали костюма населения Северного Кавказа.

Важно отметить, что многие из типов бронзовых украшений, использовавшихся в костюме северокавказского населения, в степи появляются и в погребениях раннекатакомбных групп, хотя имеют часто упрощенные формы. Возможно, это указывает на тот факт, что в степи северокавказские группы появились на раннем этапе развития культуры, когда многочисленные стандарты разнообразных ярких украшений еще не были выработаны.

Определены существенные различия между рассматриваемыми региональными группами. Расхождения обусловлены, вероятно, их территориальной обособленностью. Такие различия могут являться как результатом локальных особенностей каждой из сопоставленных выборок, так и их разной хронологической позиции. Предгорья и нагорья большей части Северного Кавказа – основной ареал памятников северокавказского типа – характеризуется разными географическими условиями. Следовательно, не существует единых критериев для всех выделяемых памятников. Можно говорить пока только о близкородственных культурах, отдельных вариантах или отдельных группах (прикубанской, верхнекубанской (устьджегутинской), кабардино-пятигорской, центрально-ставропольской и прикаспийской) северокавказской культуры, носители которой, вероятно, были связаны многочисленными хозяйственными и социальными узами.

Кроме этого, очевидно, что присутствие в Северо-Западном Прикаспии степной северокавказской группы, скоре всего, было очень коротким. Появление в ранних северокавказских погребениях степного культурного элемента – керамики с оттисками шнура, распространение в Северо-Западном Прикаспии многих типов ранних украшений, раннего типа ритуальных сосудов – курильниц – указывает на то, что продвижение глубоко в степь северокавказских групп происходило на раннем этапе. Ареал ранних памятников северокавказской культуры расположен вдоль главного Кавказского хребта, проходит по предгорьям, захватывает Ставропольскую возвышенность, на севере и на востоке соприкасается со степями. Маркируют северную границу «выплеска» населения в степь единичные погребения северокавказской группы в Прикаспийской низменности, хотя, вероятно, делались попытки проникновения еще дальше на север. Возможно, некоторые представители северокавказского населения в поисках свободных земель продвигались и на запад, входя в контакт с местными катакомбными племенами. Появление в предгорьях Центрального Кавказа (Чегемские и Кишпекские курганы) степной керамики свидетельствует, что такие контакты продолжались достаточно долго, но вектор связей уже был обратным. Сопоставительные материалы маркируют отток представителей катакомбных культур с северных степных территорий на юг.

На Северном Кавказе традиция культур северокавказской группы, с погребальным обрядом в ямах с вытянутым положением умерших известна значительно дольше. Часть населения была оседлой, о чем свидетельствуют северокавказские поселения, появившиеся уже на раннем этапе этой культуры.

Прав В.А. Трифонов, полагавший, что носители ранней северокавказской традиции, хоронившие своих умерших в ямах, укладывая их вытянуто, и ориентируя преимущественно на восток, распространяются через Ставрополье в Калмыкию. Маркерами продвижения отдельных групп северокавказского населения становятся на раннем этапе костяные молоточковидные булавки с сигаровидным стержнем и бронзовые с цилиндрическим стержнем; позднее – бронзовые посоховидные булавки; а затем – крупные кольцевидные со шнуровым орнаментом и мелкие дисковидные медальоны, орнаментированные рельефным концентрическим узором.

Палеоантропологический материал подтверждает, что в степь на протяжении определенного времени проникало несколько различных групп северокавказского населения.

Ранняя катакомбная группа представлена 182 погребениями из 128 курганов. Анализ погребального обряда раннекатакомбной культуры позволил определить как общие культурные характеристики, так и несколько локальных традиций.

Большинство погребений – основные, остальные впущены в насыпи курганов ранних катакомбников. Большое число единичных погребений под насыпью кургана указывает на нерегулярное использование представителями раннекатакомбных групп одних и тех же могильников во всех регионах. Однако есть и курганы, в которых найдено от двух до пяти раннекатакомбных погребений. Для Южных и Средних Ергеней при сооружении насыпей составляли жертвенники с глиняной посудой или ее фрагментами, либо с костями домашних животных.

Появление в Северо-Западном Прикаспии раннекатакомбных групп сопровождалось распространением в регионе разных типов катакомбных конструкций. Самая типичная – Т-катакомба с узкой четырехугольной входной ямой с покатым дном и расположенной перпендикулярно камерой с соединяющим их дромосом. Внутри могильников выявлены вариации в размерах, а также в некоторых конструктивных деталях. Вероятно, разные группы (представители отдельных семейных коллективов) следовали нескольким канонам.

Второй по распространению вид катакомбы – тип Н. По сравнению с Т-катакомбой с точки зрения архитектурных деталей, это более простая конструкция. Но и она не однообразна для разных могильников. Н-катакомбы с покатыми или многоступенчатыми входными ямами, дромосами, то есть с такими же, как и у Т-катакомб, конструктивными элементами, можно считать более ранними по отношению к Н-катакомбам с прямым дном входной ямы без дромоса. В таких могилах отсутствуют дополнительные конструкции в камере, но усилено оформление входной ямы: перекрытия, подстилки.

А-катакомба – редкое погребальное сооружение, характеризующееся туннелеобразной камерой и совпадением осей входной ямы и камеры. Картографирование погребений этого типа выявило его распространение только в Кумо-Манычской впадине, Южных Ергенях, на Ставропольской возвышенности. Еще реже встречены Д-катакомбы в Кумо-Манычской впадине и восточной части Ставропольской возвышенности. Катакомбы У- и Ч-типа редко представлены во всех регионах. Особый тип У-катакомб наиболее широко использовался раннекатакомбным населением, оставившим могильники Чограй. Все остальные типы катакомб являются вариациями основных типов.

Стратиграфическое соотношение типов могил показало, что самыми ранними конструкциями раннекатакомбной культуры Северо-Западного Прикаспия являются Т-катакомбы. К ранней группе относятся и А-катакомбы. Возможно, за традицией сооружения погребений в Н-катакомбах стояли представители других раннекатакомбных групп, которые относятся к более позднему времени. На каком-то временном отрезке несколько раннекатакомбных традиций (Т, А и Н-катакомбы) сосуществовали.

Основное положение умерших – вытянуто на спине, но в некоторых могильниках Восточного Маныча, Южных и Средних Ергеней часто встречается слабоскорченная на спине поза. Положения умерших на спине с разворотом на левый бок, скорченно или вытянуто на левом боку являются исключениями. Обряд вторичных захоронений в виде «пакета» и кенотафы редки и характерны только для Южных Ергеней и восточной части Ставропольской возвышенности. Как вытянутое на спине, так и слабоскорченное на спине положение умерших встречено в Т, Н и других типах катакомб. В А-катакомбах умершие часто лежали не только вытянуто, но и скорченно на спине, ногами к выходу из камеры. Положение умерших слабоскорченно на спине в У-катакомбе можно рассматривать как особого типа погребальную традицию раннекатакомбного населения Ставропольской возвышенности.

Ориентировка умерших разнообразная, но преобладает восточное, юго-восточное, северо-восточное направления. Одним из характерных признаков этой группы является большое число захоронений детей и подростков.

Таким образом, анализ погребального обряда показывает, что массив раннекатакомбных погребений должен рассматриваться как монолитная культурная группа, отличная от иных более ранних, синхронных ей или более поздних культурных региональных объединений. Однако внутри нее выделяются более мелкие подразделения, что было определено несколькими причинами. Некоторые группы более ранние, некоторые более поздние; за отдельными могильниками и вариациями погребального обряда, вероятно, стояли самостоятельные родо-семейные коллективы, имевшие разные культурные связи.

Проведенный анализ предметов материальной культуры также позволяет высказать несколько наблюдений. Среди погребальных даров практически нет орудий труда или оружия, но характерно использование многочисленных украшений. Возможно определить некоторые «этнографические» детали костюма, которые становятся важной частью последующего сопоставительного анализа. Типы посуды также немногочисленны, но достаточно определенны, находят аналоги в керамических сериях, распространенных на соседних территориях. Вариативность типов глиняной посуды позволяет предположить, что керамические традиции связаны с индивидуальным домашним производством. За исключением обломков крупных горшков, кубки, плошки, амфорки встречены практически в штучном количестве. Создается впечатление, что либо традиция помещения сосудов в могилу была не повсеместной (тогда общая типология раннекатакомбной керамики возможна только при учете всех близких по типу сосудов из раннекатакомбной культуры в с сопредельных территорий, в первую очередь, с территории Ставрополья и левобережного Дона), либо следует признать, что посуда изготавливалась отдельными семейными мастерами без соблюдения каких-либо канонов.

Накопление как местного, так и сопоставительного материала, возможно, позволит в будущем акцентировать внимание и на ритуальной посуде – курильницах. Наиболее близкие аналоги курильнице из могильника Темрта-III, к.1, п.1 происходят не из ранних катакомбных комплексов Ставропольской возвышенности, а из северокавказских погребений этого же региона.

Детали украшений костюма являются характерной чертой погребального убранства рассматриваемой группы. Выделяются как мужские и женские, так и детские наборы. Некоторые типы бус, подвесок, пронизей универсальны. Они встречены и в других, в первую очередь, северокавказских, намного реже, ямных и полиритуальных погребениях Северо-Западного Прикаспия. Однако их использование как деталей одежды различно. Выделяется специфический головной мужской убор – налобная повязка или шнур, украшенный слева маленьким серебряным кольцом с несомкнутыми концами; многочисленные украшения детских головных уборов; мужские и детские поясные наборы; специфические «четки-амулеты», состоящие из просверленных клыков животных и костяных булавок. Бронзовые булавки найдены только в погребениях взрослых. Отмечены вариации в использовании тех или иных украшений по могильникам. Есть некоторые типы украшений, которые в Северо-Западном Прикаспии в настоящий момент найдены только в раннекатакомбных погребениях: бронзовые двудисковидные медальоны; подвески-стерженьки с прямым округлым в сечении стержнем, заканчивающимся грибовидной головкой; В-образные бусы; зооморфные подвески. Отличительной особенностью раннекатакомбных групп является использование семян воробейника в качестве деталей орнаментальных композиций. Модели повозок и колес также являются специфическими предметами погребальной утвари.

Анализ элементов материальной культуры, таким образом, подтверждает монолитность раннекатакомбных групп, объединенных некими общими культурными традициями, выразившимися в использовании близких по типу предметов; но и указывает на их возможную региональную дифференциацию, которая нашла отражение, в первую очередь, в типах «этнографического костюма».

За пределами Северо-Западного Прикаспия известно много погребений, которые по типу погребальных конструкций и специфическому инвентарю сопоставимы с раннекатакомбными группами исследуемого региона. Они были выделены на Северском Донце, левобережье Днепра, Нижнем Поднепровье. Нижнем Подонье, а также в степном Ставрополье.

Выделение раннекатакомбной культуры принадлежит В.Я. Кияшко, а осмыслению и интерпретации посвящены работы многих ученых. Плюрализм высказанных мнений только подчеркивает мозаичность степного раннекатакомбного горизонта, в который включают преддонецко-приазовскую раннекатакомбную группу, архаринский горизонт в Калмыкии, предкатакомбный в Прикубанье, кубано-днепровскую культуру в Предкавказье, северокавказско-катакомбные погребения и другие этнокультурные образования.

Раннекатакомбная культура является самой древней в свите многочисленных культур катакомбного круга, и в Северо-Западном Прикаспии появление ее представителей, скорее всего, связано с перемещением части населения из Северо-Восточного Ставрополья и, возможно, из Восточного Приазовья или из Нижнего Подонья. Очевидная обособленность этой группы (ее погребальный обряд, конструкция курганов, функциональное использование одинаковых для многих культурных групп этой эпохи элементов костюма и декора) от выделяемых для Северо-Западного Прикаспия иных культурных групп (ямной, восточноманычской катакомбной, северокавказской), позволяет нам оставить за этой группой название «раннекатакомбная» и оценивать ее основные характеристики – погребальный обряд и основные элементы материальной культуры – в контексте общего раннекатакомбного горизонта.

Древнейший ареал распространения носителей раннекатакомбной культуры связан, скорее всего, с приазовскими степями и со степными районами Ставропольской возвышенности. Именно отсюда происходит быстрое переселение части раннекатакомбных групп в разные экологические ниши Северо-Западного Прикаспия, в предгорные районы Северной Осетии и Кабарды, в Прикубанье и Закубанье, на Северский Донец и в Приднепровье. Присутствие в инвентаре раннекатакомбной группы Северо-Западного Прикаспия предметов, которые были распространены и в среде северокавказской культуры (украшения, типы горшков и курильниц), а также совпадение некоторых обрядовых признаков (пеленание ног умерших, обряд посмертного смещения головы) позволяют подтвердить предположение о синхронности части северокавказского и раннекатакомбного населения на Северном Кавказе и некоторых раннекатакомбных групп Центрального Ставрополья и Северо-Западного Прикаспия.

1ы Северо-Западного Прикаспия выделяется несколько самостоятельных, различающихся культурных подгрупп (обитающих на Средних Ергенях; Южных Ергенях; несколько групп Кумо-Манычской впадины), не все из которых можно считать синхронными. Такая же ситуация, вероятно, складывается и на других территориях – в Подонцовье, в Нижнем Подонье; Ставрополье. Детальный анализ таких кластеров раннекатакомбных комплексов по всем признакам погребального обряда и инвентаря, а также полный антропологический сопоставительный анализ позволит в будущем более точно указать хронологическую позицию таких погребений внутри раннекатакомбного горизонта, и определить, возможно, первоначальный ареал самой ранней (или нескольких ранних) групп.

Линия взаимосвязей позволяет все же наметить некоторые маршруты продвижения раннекатакомбных групп с юга на север или с запада на восток и юго-восток. Освоившие долины рек Ставропольской возвышенности, открытых в сторону более засушливой степной зоны Кумо-Манычской впадины и Терско-Кумской низменности, раннекатакомбные группы могли продвигаться вдоль водных путей на новые территории. Такие маршруты подтверждают, что проникновение носителей раннекатакомбных групп происходило из нескольких локальных территорий, что и определило многокомпонентность раннекатакомбной культуры Северо-Западного Прикаспия.

загрузка...