Delist.ru

Формирование этнической и культурной идентичности татар в ХХ веке (07.09.2007)

Автор: Закиров Ринат Зинурович

Достижение толерантного сосуществования в условиях многонационального сообщества России, как показала многовековая история страны, требует серьезных усилий. Для решения проблем межнациональных отношений необходим внимательный и глубокий анализ процессов, протекающих в этой сложной среде. На трудном пути реформ, по которому следует Российская Федерация, крайне важно сохранить согласие и мир между людьми разных национальностей и вероисповеданий. Тем более, как считает известный ученый и политик Р.Абдулатипов, государственное устройство страны, основанное одновременно на территориально-административном и национально-территориальном принципах, не является идеальным для функционирования демократического общества.

Реформы постперестроечного периода, изменившие всю общественную жизнь, породили сложные проблемы во всех сферах жизни, «серьезно повлияли на характер межнациональных отношений, обнажив при этом огромный межэтнический конфликтный потенциал». Казалось бы, в этой ситуации необходимо, как на федеральном так и на местном уровнях, создавать органы, координирующие решение вопросов, связанных с национальной проблематикой. В начале 1990-х гг., действительно, подобные структуры в той или иной форме существовали. Данная проблема обсуждалась на разных властных уровнях. Между тем, в России было ликвидировано Министерство по делам национальностей. Отсутствие продуманной национальной политики, безусловно, усугубляет ситуацию в этой сфере, откладывая решение накопившихся проблем. Правда, постепенно пришло и понимание того, что только в рамках клубных форм работы серьезные проблемы не решить. Тем более, сегодня есть возможность объединения такого рода организаций и создания национально-культурной автономии. Этому способствует и принятый 1996 году федеральный закон о национально-культурных автономиях. В настоящее время во многих регионах России, где компактно проживают татары, созданы и действуют национально-культурные автономии или этнокультурные объединения.

Однако не все 22 национально-культурные автономии татар, действующие в регионах России, сумели выстроить свою работу на должном уровне. С одной стороны, здесь проявляются существенные недостатки федерального закона о национально-культурной автономии (не проработанность механизма финансирования), а с другой – различные противоречия субъективного характера в самих общинах и автономиях. В этой связи нельзя не согласиться с тезисом Р.Абдулатипова, который утверждает, что «государство свои обязательства по закону о НКАТ фактически не выполняет».

Поэтому неудивительно, что нередко местные власти становятся на позиции неприятия любых инициатив национальных общин, что проявляется в первую очередь в инертности, равнодушии, волоките, бюрократизме местных властей при рассмотрении любого, даже вполне разрешимого, вопроса.

Решение накопившихся проблем во многом зависит от состояния межэтнических отношений в России, где проживают более 120 этносов и этнических групп и каждый пятый житель страны – нерусский. Зачастую это народы со своей древней историей, культурой, они укоренены в иной цивилизации, к примеру, в исламской. Как обратил внимание этнолог А.Садохин, «такая ситуация сама по себе порождает конфликты и осложняет межэтнические коммуникации».

Если рассматривать историю татар и Татарстана за последние десятилетия с точки зрения эволюции межэтнических отношений, то, безусловно, нельзя не обратить внимания, что перечисленные факторы, в той или иной степени имели место. Другое дело, что они не привели к серьезным межэтническим конфликтам. Те принципы толерантности, которые формировались у татар в течение многих веков, стали сдерживающим фактором в попытках раздувания национальных конфликтов. Исторические причины, накладывающие определенный отпечаток на взаимоотношения татар с другими народами, в основном определились во второй половине ХVI в. Потеря государственности, вынужденное вхождение в чуждое цивилизационное пространство, безусловно, сыграли свою роль в становлении межнациональных отношений. В силу многих причин, они не переросли в межэтнический конфликт. Скорее всего, наоборот, межэтническая напряженность постепенно перешла в стадию вынужденного сосуществования, преобразуясь по истечении времени в мирное сосуществование, в рамках которого формировались принципы толерантности.

Безусловно, в различных регионах России эти проблемы проявились по-разному. И сегодня они не исчезли окончательно. Принципы мирного сосуществования и толерантности, которые исторически являются достоянием народов России, нуждаются в осмыслении в условиях новой России. Но отсутствие в стране продуманной национальной и конфессиональной политики делают заявления о приверженности этим принципам декларативными.

Что касается Татарстана, то, осознавая наличие непростых национальных проблем, руководство республики в конце 80-х годов предпринимало меры по оптимизации и гармонизации межэтнических отношений. Но было ясно, что для этого у республики не хватает полномочий, как в сфере политики, так и в сфере социально-экономической жизни. Провозглашение Декларации о государственном суверенитете Татарстана и последующие шаги по ее реализации были продиктованы и этими причинами.

Движение Татарстана по пути развития договорных отношений с Россией, решение национальных проблем татарского народа и снятие межэтнической напряженности явилось также реальным вкладом в становление российского федерализма. Правда, в России не прекращались дискуссии о путях развития и формах государственного устройства. И сейчас, одни предлагают строить унитарное государство и видят идеалом Российскую империю, а другие настаивают на федеративном строительстве и развитии демократии. Тем не менее, Татарстан внес немалый вклад в развитие федеративных отношений.

Проблема государственного строительства и совершенствование федеративных отношений в России актуальны не только для Татарстана. Татары, в основной массе проживающие в других регионах, заинтересованы в развитии демократии и федерализма в стране. На встрече с делегатами III съезда ВКТ В.Путин подчеркнул важность фактора самочувствия этнических групп в России, который зависит и от формы государственной власти: «...Мы должны ясно и четко понимать, если представители любой, не такой многочисленной национальной группы как татары, а любой даже самый маленький народ, представители любого, даже самого маленького этноса, не будут чувствовать здесь себя как дома, мы не сохраним многонационального государства».

Третий параграф «Национальное движение и проблемы становления современной нации» посвящен рассмотрению основных этапов становления национального движения у татар в ХVIII-начале ХХ вв. В разделе отмечается, что татарское национальное движение своими корнями уходит в период потери государственности, когда все социальные и политические институты, в том числе развитая городская культура, были разрушены. Однако народ упорно сохранял за свою религию, родной язык, традиции и обычаи предков в условиях жесточайшего колониального гнета и религиозных гонений. Результатом такого противостояния были многочисленные народные восстания. Например, восстание 1755 года под предводительством Батырши (Абдуллы Галиева), охватившее обширные территории Волго-Уральского региона. Активно участвовали татары и в Пугачевском восстании. Нередко видные представители татарского народа поднимали идею возрождения утраченной государственности. Так, в 1760 году в Казанской губернии начал проповедовать мулла Мурат. В формирование национального самосознания достойный вклад внесли такие крупные мыслители, как Габдрахим Утыз-Имяни, Габдулнаср Курсави, Шихабутдин Марджани. Эти мыслители в своих трудах обосновали необходимость критического суждения, которое было особенно актуально для татар, живущих в центре России.

Со второй половине XIX в. пробуждается интерес к этнической истории, начинается процесс становления национального самосознания татарского народа. Именно с этого момента начинается и новый подход к системе конфессионального просвещения татар. В татарских медресе, постепенно отказываясь от религиозной схоластики, начинают давать ученикам реальные знания, обучать светским наукам. Не в последнюю очередь, это было вызвано нарастающей конкуренцией в сфере экономических отношений, куда вовлекалось все больше татар.

Между тем, проблемы возрождения национального самосознания татарского народа и формирования его национального движения нельзя рассматривать вне общего социально-экономического и идейно-политического контекста Российской империи той эпохи. Это был «золотой век» русской литературы и общественной мысли, всей культуры в целом. Татарская интеллигенция через произведения русских писателей и публицистов осваивает либеральные идеи, приобщается к демократическим идеалам европейской философской мысли.

Идейная борьба в этот период развернулась в сфере образования, поскольку это была единственная сфера, где могла формироваться национальная идеология. Царские власти пытались контролировать содержание мусульманского образования, направляя его в сугубо религиозное, схоластическое русло. Между тем, нарождавшийся капитализм, промышленное производство, рыночные отношения требовали от нового поколения реальных знаний и умений. В этих условиях татары были вынуждены активно противостоять существовавшим колониальным ограничениям. Система национального образования нуждалась в кардинальных преобразованиях. Изменения в этой сфере стали отправной точкой перемен не только в системе образования, но во всей социальной жизни татар. Так возникло джадидское движение, которое можно по праву считать начальным этапом национального движения татар рубежа XIX-XX веков.

Во время революционных событий 1905-1907 годов татарское национальное движение вступает в фазу структуризации; именно тогда начинают возникать национальные общественно-политические организации. Самой крупной и популярной политической организацией стала партия «Иттифак аль-муслимин» («Союз мусульман»), отстаивающая интересы нарождавшегося у тюркских народов среднего класса. Она оформилась как национальная политическая партия, несмотря на присутствие в названии религиозного компонента, она ставила во главу угла прежде всего национальные и социально-экономические интересы татар и других тюркских народов. Создание партии «Иттифак аль-муслимин» можно рассматривать как переход на качественно новый уровень в татарском национальном движении, поскольку основу партии составили именно представители татарской либеральной, демократической ориентированной интеллигенции.

В параграфе так же подробно рассматривается вопрос о формах, принципах и основных структурах формирования национального движения в 1917-1918 гг. Много внимания уделяется рассмотрению деятельности многочисленных съездов татар и мусульманского духовенства, подробно анализируется первые попытки создания государственности у татар и мусульман, выявляется позитивный опыт и недостатки таких образований как Миллят меджлисе, Идел-Урал штаты.

В четвертом параграфе «Национальное образование» выявляется роль и значение национального образования в формировании национальной и культурной идентичности татар в начале ХХ в.

После утраты независимости в октябре 1552 года большая часть культурных, религиозных, образовательных центров и институтов уничтожается. Система образования, тесно связанная с ней, также переживает упадок. Однако и в этих условиях на уровне мусульманских общин некоторые институты национальной жизни сохранялись. Традиции национального образования не прерывались полностью даже в этот период. В отдаленных, не досягаемых для представителей власти селах, еще оставались мечети и мектебы, мусульмане Поволжья продолжали обучаться в крупнейших центрах исламского образования в Средней Азии – Бухаре и Самарканде.

На рубеже XVIII-XIX веков в России развитие капиталистических отношений приобретает более четкие очертания. Татары также втягиваются в новые экономические отношения. Возникает татарский торговый и промышленный капитал, мусульманские купцы налаживают нарушенные торговые связи со Средней Азией и странами Востока. Поэтому вполне естественно, что мусульманские учебные заведения в Поволжье восстанавливаются по образу и подобию среднеазиатских.

В те времена очень ценилась богословская ученость, как бы далеко она ни стояла от реальной жизни. Люди, получившие образование в Бухаре и Самарканде, были в большом почете у татар всех сословий. И, кстати, царские власти охотно поощряли именно подобное отвлеченно-схоластическое образование мусульман, совершенно справедливо полагая, что люди с таким образованием будут находиться вне политических и социально-экономических процессов.

Наиболее дальновидные татарские предприниматели понимали, что необходимо изменить существующее в сфере национального образования положение. Обладая достаточными финансовыми ресурсами, они на собственные деньги открывали и содержали учебные заведения, в которых, кроме традиционных религиозных предметов, преподавались бухгалтерия и другие «практические» дисциплины.

Царские власти жестко контролировали содержание обучения в мектебах и медресе, препятствуя введению светских предметов. Сфера образования стала основной идеологической ареной борьбы за умы инородцев. Власти стремились ослабить «вредное», по их мнению, влияние конфессиональной школы, пытались противодействовать «татаризации инородцев». Видя тягу инородцев к реальному образованию, дающему практические знания, российские органы просвещения и миссионерские службы начинают открывать школы для крещеных татар. Школы такого типа ставили задачу православного воспитания инородцев на их родном языке. С этой целью Н.Ильминский разработал систему письменности на основе кириллицы для татарского языка. В 1863 году в Казани открывается Центральная крещено-татарская школа, ставившая задачей подготовку преподавателей и священников для системы миссионерского образования инородцев.

Таким образом, Российская империя стремилась держать под контролем процесс образования инородцев. В основном это сводилось к ограничению круга изучаемых предметов, а также к контролю их содержания. Инородцам приходилось проявлять определенную изворотливость, чтобы преодолевать барьеры, возводимые царским правительством. Так, джадидское движение началось с новометодной, или звуковой, системы обучения языку. Поскольку методика обучения формально находится вне рамок содержания учебных предметов, российские власти вынуждены были допустить создание новометодных «джадидских» медресе. Начавшись с реформы школы и обучения языку, впоследствии это течение приобрело большую популярность и вышло далеко за рамки школьной реформы, охватив все стороны жизни татарского общества. В начале XX века во всех регионах компактного проживания татар появились джадидские медресе, ставшие подлинными очагами национального образования и культуры. В Казани это было медресе «Мухаммадия», в Уфе – «Галия», «Усмания», в Оренбурге – «Хусаиния», в Троицке – «Расулия» и др. Джадидские учебные заведения, действительно, сыграли выдающуюся роль в деле становления и распространения национального образования у татар. Через них в татарское просвещение проникали идеи и методы европейской педагогики. Вопреки противодействию российских властей, татарская система национального образования не ограничивалась жесткими рамками официальных предписаний.

В целом, если рассматривать процесс татарского возрождения начала ХХ в., то нельзя не признать, что огромную роль здесь сыграла система национального образования. Ее обновление, переход на более высокий качественный уровень были обусловлены становлением молодой тюрко-татарской нации, которое происходило не без влияния общеевропейских процессов рубежа XIX-XX веков. Уникальность этого процесса заключалась в том, что черты современной европейской нации приобретал народ – выходец из исламской цивилизации. В 1905 году только в Казанской губернии действовали 845 татарских школ и медресе с 54549 учащимися, в 1907 году число их достигло 877, а в 1912 году в России было 779 медресе и 8117 мектебов, в которых получали образование около 270 тысяч учащихся-татар.

Однако большевистские эксперименты и социальные катаклизмы прошлого столетия изменили судьбу не только татар, но и всего человечества. Татарские школы и медресе претерпели серьезные изменения. Декреты новой власти запрещали совмещение светского и религиозного образования и постепенно ликвидировали конфессиональный компонент. В 1917 году начальные, средние, высшие школы «духовного ведомства», а в 1918 году и все остальные школы и учебные заведения были переданы в ведение Наркомпроса: «для преобразования учебно-воспитательного дела в России, в целях объединения и обновления его на началах новой педагогики и социализма». Наиболее крупные татарские новометодные медресе получили статус высших и специальных педагогических учебных заведений и некоторое время продолжали свою деятельность в новом статусе.

Татарская школа до 1917 года формировалась и развивалась вне государственных структур Российской империи, поскольку государство не выделяло денег на татарское просвещение. Однако, не получая поддержки со стороны государства в деле развития национального образования, татары были вынуждены проявлять инициативу и изобретательность, рассчитывать только на свои возможности. Благодаря усилиям различных слоев татарского общества, образовательная система была выстроена. Она не была государственной, что давало ей возможность быть мобильной в реализации своих задач. Неслучайно образование мусульман контролировало министерство внутренних дел, а не министерство просвещения, подвергая его сугубо полицейскому контролю. Однако в условиях развития капитализма в России было довольно сложно полностью контролировать эту систему. Этим можно объяснить и то, что к 1917 году у татар появились современные учебные заведения, использовавшие в преподавании последние достижения отечественной и мировой дидактики. Появление первых татарских женских гимназий также свидетельствует не только о высоком уровне организации системы образования, но и о ее соответствии международным образовательным стандартам.

В пятом параграфе «Этноконфессиональный фактор» освещается роль конфессионального фактора в формировании национального самосознания татар.

Известно, что татары являются мусульманами-суннитами ханафитского мазхаба. Уникальное географическое расположение территории проживания волго-уральских татар, их непосредственное соседство с представителями другой цивилизации оказали сильное влияние на судьбы ислама. Ученые выделяют два главных фактора распространения ислама в поволжском регионе: деятельность арабских миссионеров и многолетние торгово-экономические и культурные взаимоотношения с восточными странами, в первую очередь с Ираном и Средней Азией. В целом можно сказать, что на период татарских государств в IХ-XVI вв. приходится переломный этап экономической эволюции, социальных и этнических перемен, развития государственного строя и приверженности обществ Поволжья и Западной Сибири к традиционным духовным ценностям ислама.

Однако в дальнейшем, с падением татарских ханств, татары потеряли не только свою государственность, но и все политические и религиозные институты. Особенно болезненной для татар-мусульман стала политика насильственной христианизации, проводившаяся Русским государством. Любые народные волнения и выступления против существующего строя возрождали у татар надежду на изменение или послабление политики насильственного крещения, достижение свободы и независимости. Не случайно татарское население активно участвовало во всех антигосударственных восстаниях.

Но политика насильственной христианизации, начавшаяся сразу же после завоевания края Русским государством и продолжавшаяся вплоть до начала ХХ века, не принесла ощутимых результатов. Так, по данным историков, к 1719 году в крае насчитывалось всего около 30 тысяч крещеных татар.

Ко времени правления императрицы Екатерины II созрели необходимые предпосылки для кардинального изменения национальной и религиозной политики России. Во второй половине XVIII века произошли серьезные изменения и в самом татарском обществе. Стали появляться элементы капиталистического уклада, а татарская торговая буржуазия не только конкурировала с русской, но зачастую опережала ее. Российское правительство понимало также, что нарождающаяся татарская буржуазия, с ее исламскими традициями и расширяющимися связями с мусульманским миром, является дестабилизирующим фактором в плане усиления сепаратизма в центре России. К тому же общины татар, возглавляемые авторитетными религиозными деятелями, которые наделялись местной властью определенными функциями управления, стали укрепляться и решать многие жизненно важные проблемы самостоятельно.

Чтобы взять мусульман под свой контроль, в 1788 году создается Оренбургское Магометанское Духовное Собрание (ОМДС). Мусульмане воспользовались «великодушием» Екатерины II. Началось бурное строительство мечетей и открытие при них мектебов и медресе, которые были использованы для создания основы независимой системы народного образования.

В этот период получило распространение и религиозно-реформаторские идеи среди татарских богословов, в ряду которых следует особо выделить Г.Курсави и Ш.Марджани. Позднее, с образованием новометодных (джадидстских) медресе и появлением первого периодического издания – «Тарджеман» И.Гаспринского (1883 г.), появилась возможность более широкого распространения религиозно-реформаторских идей в массовом сознании. Татарская интеллигенция приходит к пониманию необходимости реформирования образования по европейским образцам, но на основе национальной мусульманской школы.

К началу ХХ в. джадидизм, при поддержке национальной интеллигенции и части духовенства, приносит первые результаты. Были открыты новометодные мектебы и медресе, обеспеченные учебной литературой, началось изучение светских предметов, русского языка. Разумеется, часть духовенства оставалась на консервативных позициях (кадимисты), они вели активную борьбу с реформаторами образования.

В годы первой русской революции 1905-1907 гг. татарская интеллигенция переживала необычайный интеллектуальный и духовный подъем, проявила себя сплоченной силой, готовой к активной общественно-политической деятельности. Несмотря на революционные настроения, поляризацию политических сил, ислам оставался базовым элементом мировоззрения татар.

Однако большевистский переворот и политика воинствующего атеизма вскоре изменили ситуацию. Ислам был изгнан из общественной жизни, служители культа подверглись жестоким репрессиям.

В послевоенные годы, когда корпус имамов был практически истреблен. Даже в «хрущевскую оттепель» мечети не восстанавливались, религиозная жизнь балансировала между дозволенностью и запретом. Такая же ситуация сохранялась и в брежневскую «эпоху застоя». За годы Советской власти в результате атеистической пропаганды и интернационализации общественного сознания выросло несколько поколений татар, смутно представляющих как национальное своеобразие народа, так и его религиозную принадлежность.

Вторая глава «Развитие этнической и культурной идентичности татар на рубеже ХХ-ХХI веков» состоит из пяти параграфов. В первом параграфе «Проблемы возрождения национальной культуры» рассматривается основные тенденции развития национальной культуры татар в постперестроечный период.

События 1917 года существенно изменили вектор развития татарской культуры. В национальную культуру был привнесен чуждый для нее идеологический компонент. Большевистский режим ориентировал деятелей национальных литератур и искусств на решение своих политических задач. В течение почти семи десятилетий ХХ столетия татарская культура была низведена до уровня обезличенного элемента идеологизированной интернациональной советской культуры. Но даже в условиях тоталитарного режима развитие национальной культуры все же происходило. Например, расширилось жанровое разнообразие литературы и искусства. У татар возникли такие виды искусства, как опера, балет, симфоническая и камерная музыка, а также изобразительное искусство.

Несмотря на отдельные положительные моменты в развитии татарской культуры советского периода, к рубежу 80-90-х годов она подошла в состоянии заметного кризиса. Это обстоятельство побудило татарскую интеллигенцию к широким дискуссиям и поискам путей преодоления этого кризиса. Представители татарской интеллигенции приступили к разработке программ и концепций развития национальной культуры. Такая активность национальной интеллигенции в какой-то степени стала формой давления на официальные структуры с целью побудить их к конкретным мерам по защите и возрождению татарской культуры. Среди наиболее известных программ развития национальной культуры можно назвать документы ВТОЦ, Милли меджлиса, Комитета «Магариф».

загрузка...