Delist.ru

Психология гражданской активности: особенности, условия развития (05.04.2007)

Автор: Семенюк Любовь Мирчиевна

Интересную картину дает сопоставление между собой уровней развития когнитивного и поведенческого компонентов гражданской активности. Выяснилось, что между уровнем знания нормы «гражданская активность» и ее реализацией в поведении прямой зависимости не наблюдается. При понимании этой нормы, которое имеется, по сути, у всех обследованных подростков и юношей (девушек), значительное число которых характеризуется высоким уровнем осознания ее содержания, на поведенческом уровне гражданская активность у них реализуется в меньшей степени.

Роль связующего звена между когнитивным и поведенческим компонентами гражданской активности выполняет мотивационный компонент. Именно благодаря его сформированности, усвоенное содержание нормы «гражданская активность» реализуется в поведении. Но роль мотивационного компонента значительнее, так как связана с внутренним принятием нормы и определением «границ» действия гражданской активности как нравственного принципа.

Здесь выявились следующие закономерности: у 14-летних учащихся 8-х классов в мотивационной структуре личности преобладают три типа мотивов: нравственно-рефлексивные – 31,7%; утилитарные (прагматические) – 28% и мотивы справедливости – 26,8%, что создает возможность возникновения на данной возрастной стадии (при соответствующих условиях) определенных типов личностной направленности. Для основной массы 15-летних доминирующими мотивами выступают стремление к справедливости – 30,9% и дисциплинарные мотивы – 20%. А на рубеже перехода в юношеский возраст – в 16 лет – актуализируются мотивы самовыражения – 27,8%, справедливости – 25,4% и нравственной рефлексии – 26,9%. Мотивы самовыражения еще более доминируют в 17 лет – 33%, сочетаясь с нравственно-рефлексивными мотивами – 28,2%. При этом выявились существенные различия в выраженности одного и того же мотива гражданской активности в разных ситуациях общения – с родителями, учителями, сверстниками. Например, у 14-летних подростков преобладали мотивы самовыражения в общении со сверстниками; самовыражения и утилитарные в общении с родителями; дисциплинарные и утилитарные – с учителями. Для 15-летних характерна выраженность мотивов «нравственной рефлексии» в общении со сверстниками и родителями, сочетающихся с утилитарными в общении со сверстниками, с родителями и с учителями. 16-летние отличаются мотивами самовыражения и утилитарными – в общении со сверстниками; дисциплинарными – в общении с учителями и родителями. При этом в сфере общения с родителями актуализировались еще и утилитарные мотивы. В 17 лет в отношениях со сверстниками преобладают мотивы самовыражения и справедливости, а в общении со взрослыми (учителями и родителями) – утилитарные мотивы и мотивы «нравственной рефлексии».

В целях выявления влияния специфических особенностей социальной ситуации развития на становление гражданской активности в период перехода из подросткового в юношеский возраст исследование проводилось среди городских старшеклассников, учащихся сельских школ и студентов колледжа. При этом рассматривались особенности личностного и профессионального самоопределения как фактор, воздействующий на развитие гражданской активности на данном возрастном рубеже, и учитывались половые различия школьников и студентов.

Оказалось, что по уровню осознания гражданской активности городские школьники превосходят не только учащихся сельских школ, но и студентов техникума. При этом девушки осознают содержание нормы «гражданская активность» лучше, чем юноши. Что касается осознания структурных компонентов гражданской активности, то здесь имеются определенные различия в степени «внимания» к ним. Так, выяснилось, что и городских, и сельских школьников, и студентов отличает «внимание» к тем намерениям, которые побуждают человека к соблюдению нормы – мотивационный компонент. У студентов оказалось более выраженное по сравнению с другими группами выделение в гражданской активности признаков, характеризующих содержание нормы – когнитивный компонент. Но если юноши глубже осознают когнитивный компонент, то девушек отличает «внимание» к мотивационным признакам гражданской активности. Характерно, что наиболее выражено проявление гражданской активности в поведении у сельских юношей (девушек), причем в целом большей сформированностью данного компонента отличаются девушки. При этом и для юношей, и для девушек наиболее приемлемы мотивы «нравственной рефлексии», но все же девушки более ориентированы на дисциплинарные, а юноши – на мотивы справедливости.

В целом, сравнительный анализ развития гражданской активности по половозрастному признаку показал, что девушки лучше осознают сущность гражданской активности. Мотивационный компонент этой активности отличается у них преобладанием «дисциплинарных» и «нравственно-рефлексивных» мотивов. Они получают и более значимые экспертные оценки поведенческого компонента. Их отличает высокий субъективный контроль, самокритичность и большая (в сравнении с юношами) степень осознанности «Я».

В мотивационной структуре юношей преобладают мотивы самовыражения и справедливости. В то же время на поведенческом уровне гражданская активность у них выражена слабо. А самокритичность часто сочетается с внутренней конфликтностью, более низким (чем у девушек) уровнем самоуважения.

У 17-летних студентов техникума более, чем у школьников, развит когнитивный компонент гражданской активности и более высок уровень самооценки в этой активности. Городские школьники характеризуются (даже по сравнению со студентами техникума) сравнительно большей самокритичностью в оценке гражданской активности. А сельские юноши и девушки, при сравнительно низком уровне понимания сущности нормы «гражданская активность», отличаются более выраженным проявлением такой активности в поведении и более стабильным представлением о собственной гражданской активности.

Особые аспекты специфики гражданской активности позволяет понять исследование ее как компонента самосознания, когда она выполняет функции самопознания, самооценки и регуляции растущим человеком своего поведения, своей просоциальной деятельности. В этом плане показательны полученные автором данные, раскрывающие особенности самоотношения «гражданская активность», характер его связи с тремя вышеназванными ее компонентами.

Во-первых, на рубеже перехода в юношеский возраст выявлено устойчивое вхождение качества «гражданская активность» в «образ Я».

Во-вторых, высокая критичность подростков при самооценивании гражданской активности, суждения типа «переживание» (то есть выраженные аффективный компонент этой активности) на этапе перехода в юношеский возраст сменяются на менее аффективное, «констатирующее» восприятие собственной гражданской активности (гражданской пассивности).

В-третьих, при переходе из подросткового в юношеский возраст фиксируется повышение ряда показателей самоотношения, таких, как «ощущение силы Я», «самоуважения», «ожидаемого положительного отношения окружающих», «осознания собственной духовности», а также снижение таких показателей самоотношения, как «внутренняя конфликтность», «самообвинение».

В-четвертых, на рубеже между старшим подростковым и ранним юношеским периодами онтогенеза изменяется «фокус внимания к себе», что выражается в специфике самовосприятия: 14, 15-летние осознают себя через категории самооценки, самоотношения, нравственно-психологические характеристики и социально-ролевые позиции, а у 16, 17-летних отмечается осознание «вхождения» в русло новой просоциальной деятельности, что выражается, в частности, в самоотношениях через категории компетенции, самоопределения, присущие юношам (девушкам) склонности и формы гражданской активности.

В-пятых, на этом переходном этапе отмечается зримое возрастание независимости, «автономности» самооценки гражданской активности. По данным нашего исследования это было прослежено по отношению к родительским оценкам, ожиданиям.

В-шестых, на подростково-юношеском «переходе» выявлены качественные различия в характере связи уровня осознания нормы «гражданская активность» и уровня ее самооценки. Так, хорошему осознанию нормы соответствуют низкие и средние самооценки подростков, в то время как у юношей (девушек) при аналогичном уровне осознания нормы преобладает высокая самооценка гражданской активности.

В-седьмых, и у подростков, и у старшеклассников хорошее осознание нормы соответствует факту включения качества «гражданская активность» в «образ Я». Но при этом старшие подростки с высоким уровнем осознания нормы отличаются критическим отношением к себе, своей гражданской активности, а в раннем юношеском возрасте представление о собственной гражданской активности (гражданской пассивности) носит устойчиво позитивный характер.

В-восьмых, на переходе к юношескому возрасту проявления гражданской активности наиболее выражены у лиц с высокой самооценкой. Однако при этом сохраняется большая критичность к себе у 14-15-летних, по сравнению с 16-17-летними, у которых гражданская активность приобретает характер механизма саморегуляции.

В-девятых, гражданская активность в поведении связана с «интернальностью», внутренним локусом контроля, что отмечается особенно четко на этапе перехода в юношеский возраст, проявляясь в способности 16-17-летних анализировать свою роль в тех или иных жизненных ситуациях.

В-десятых, осознание растущими людьми при переходе их из подросткового в юношеский возраст своего места в обществе, что связано с особенностями социальной ситуации развития на рубеже между 15 и 16 годами, четко фиксируется как в содержании представлений о гражданской активности, так и в ее мотивировках.

Таким образом, анализ развития гражданской активности в онтогенезе не только раскрывает ее сущностные характеристики, но и становится критерием личностного развития растущих людей.

Именно в онтогенезе фиксируется накопление разных видов гражданской активности, усложнение, надстраивание и формирование ее рядов, в результате чего образуется пространство гражданской активности – индивидуальной и общей.

Процессуально это предстает как постоянное развитие растущего человека, его интеллектуальных и нравственных сил и все большее введение в саму гражданскую активность осознанных компонентов (целеполагания, проектирования и пр.), т.е. потенции проявления гражданской активности значительно возрастают. Усложняются структурно-содержательные связи разных компонентов этой активности. Гражданская активность в процессе онтогенеза накапливает количественные и качественные характеристики, в которых проявляется субъект и которые характеризую развитие субъекта, в котором в наибольшей степени реализуется личность, и, наоборот, в личности реализуется субъектность.

Иными словами, гражданская активность обладает динамичностью, способностью развертывания, что зримо проявляется в просоциальной деятельности. Именно включение в эту деятельность обеспечивает нивелирование антигражданских проявлений подростков, в том числе и различных форм их агрессивного поведения.

Четвертое направление исследования (пятая глава диссертации) состояло в анализе агрессивности как антигражданской активности подростков.

В работе рассматриваются различные типы агрессивности и характер их проявления в старшем подростковом и раннем юношеском возрастах, когда часть растущих людей прибегает к агрессивным формам антигражданского поведения. Изучению были подвергнуты как причины, так и специфика антигражданской активности растущих людей из разных социальных групп населения, раскрыты половозрастные и индивидуальные особенности их агрессивности. На базе полученных данных автором выстроена типология агрессивного поведения как антигражданской активности подростков и, главное, определены условия, пути, возможности ее коррекции.

Пятое направление исследования было связано с обсуждением проблемы действия и действенности развивающейся гражданской активности в ее влиянии на формирование личностных качеств и свойств, в свою очередь повышающих гражданскую активность индивида (шестая глава диссертации).

Оказалось, что совершенно особая действенная нагрузка гражданской активности в личностном развитии проявляется тогда, когда в активности индивида выступают ее важнейшие особенности. Например, такое явление, как саморегулящия выступает характеристикой гражданской активности, реально проявляясь в личности, где степень ее выраженности является мерой развитости такой активности личности и в то же время мерой определения самой гражданской активности.

Другую сферу составляет гражданская активность, условно называемая нами «вторичной» гражданской активностью, которая является результатом целенаправленного развертывания этой активности, приобретающей качественно личностные характеристики (творческая гражданская активность и т.п.). В связи с наличием такой активности, которая формируется в системе определенных социальных связей, отношений, вырабатываются важнейшие качества личности, становящиеся критерием гражданской активности личности в целом.

Особо актуальным выступает аспект ответственности, совпадающий с понятиями личного и общественного долга, с присвоением внешней и осуществлением внутренней необходимости. Именно полнота принятия личностью ответственности как согласование необходимости с желаниями и потребностями личности, то есть возникновением инициатив, выходом за пределы требуемого, является, по справедливому мнению К.А.Абульхановой-Славской, критерием гражданской активности. Особой формой, уровнем проявления гражданской активности выступает саморегуляция, которая, как и ответственность, является результатом развития гражданской активности в онтогенезе, когда реализуется действие всех социокультурных факторов, определяющих становление личности через ее просоциальную деятельность.

Выступая формой проявления гражданской активности, саморегуляция становится в своем развитии характеристическим показателем личности, уровневой характеристикой ее гражданской активности. В свою очередь ответственность, формируемая в многоплановой, постоянно расширяющейся просоциальной деятельности и зависящая от степени интенсификации ее, становится личностным качеством, благодаря актуализации отношений в этой деятельности и к такой деятельности, как собственно гражданских проявлений личности. И в этом плане ответственность выступает не только критерием гражданской активности личности, но и мощным фактором ее развития, важным структурообразующим сферы гражданской активности.

Шестое направление исследования было посвящено анализу факторов, определяющих специфику и условия развития гражданской активности человека как личности.

Гражданская активность человека как личности, обусловленная исторически, определяется культурой, зарождается как культурно-историческое явление и обусловливается в своем развитии культурно-исторической средой. В принципе культурно-историческая среда и гражданская активность формировались одновременно. И автор специально подчеркивает, что гражданская активность является, прежде всего, культурным феноменом. Но формируемая социокультурной средой гражданская активность выступает одновременно постоянным источником воспроизводства этой среды, как в общеисторическом, так и в конкретно-историческом планах. При этом в условиях онтогенеза развертывание гражданской активности опосредуется, прежде всего, культурно-исторической средой на всех уровнях и пространствах ее представленности – от культуры эпохи до семейного круга. Причем, сама культурно-историческая среда, которая часто предстает в психологии гомогенно, реально в своей дифференцированной характеристике действует неоднозначно, многопланово. Она включает ритм социальной жизни определенного, конкретного общества, его задачи, направленности, установки, культурные традиции, политику. Поэтому рассмотрение гражданской активности как феномена культуры в ее конкретно-исторической обусловленности предполагает необходимость выделения уровня, пространств и других характеристик этой среды. В то же время диссертанту представилось необходимым раскрыть факторы, которые определяют специфические особенности гражданской активности индивида, порожденные всей сферой культурного мира.

В этом плане автором выделялись разные ряды факторов, обусловливающих гражданскую активность на разных уровнях характеристики индивида как представителя человеческой культуры. Во-первых, это факторы, связанные с культурно-исторической средой в их иерархизированном взаимодействии. Во-вторых, факторы, связанные с ситуацией конкретно-исторической и событийной, отчлененные от факторов первого ряда. В-третьих, факторы, связанные с возрастными особенностями индивида. В-четвертых, факторы, связанные с этнокультурными характеристиками субъектов и др. То есть, здесь перед нами факторы, образующие внешнее пространство.

Другой уровень рядов связан со структурно-содержательными характеристиками самой гражданской активности, где также выделяется несколько пространств в ее рассмотрении. Эта активность зависит от степени выраженности и представленности компонентов реальной деятельности, в которую включен индивид, степени выраженности его целей, сформированности потребностей, без чего не могут быть структурированы другие компоненты гражданской активности, в том числе мотивы, являющиеся составляющими любой деятельности, любой активности.

Следующий уровень радов связан с активностью психической, зависящей от степени развитости аффективной сферы и характера связи этой сферы с интеллектуальной.

Все эти уровни рядов разветвляются по горизонтали и взаимосвязаны по вертикали, образуя уплотненное пространство гражданской активности. Причем, все эти ряды выделяемых факторов лежат в плоскости субъектного определения гражданской активности – гражданская активность и субъект. Однако именно в силу того, что сама эта активность является феноменом культуры, она выступает не только постоянно действующим, но и развивающимся фактором. Она сама предстает в качестве культурного феномена, условия, и в какой-то степени среды воспроизводства гражданской активности. Причем, активность общественная, социальная сама выступает средой и фактором, определяющим развитие индивидуальной гражданской активности.

Поскольку гражданская активность представляет собой явление культуры, она исторически обусловлена. И в этом плане показатели, которые закладываются в характеристики гражданской активности, -- совершенно разные для разных этапов человеческой истории.

Вместе с тем, при одном и том же виде гражданской активности различаются формы проявления ее у разных людей, что выступает дифференцирующим моментом в развитии индивидуальной гражданской активности в одной и той же среде, требуя учета психологических особенностей личности.

Итак, изучение проблем гражданской активности во все большей степени открывает их сложность и слабую изученность в соотнесении с тем количеством вопросов, задач, которые возникают по мере расширения ее исследований. При этом углубление в любой конкретный вопрос, связанный с феноменом гражданской активности, разворачивает новые проблемные поля и обозначает комплекс новых нерешенных задач. Это достаточно отчетливо просматривается уже при обсуждении выше обозначенных в данной работе проблем, когда практически при рассмотрении всех затрагиваемых аспектов гражданской активности и самом определении ее выстраивается ряд непознанных, нераскрытых, не осмысленных на научном уровне вопросов.

При этом значимым выступало обоснование необходимости и важности не просто нагружения гражданской активности особыми признаками, а выделение ее не только как нового уровня и формы, но как обладающей особой природой, имеющей особую, свойственную только ей сущность. Здесь определяющими становятся не просто особенности гражданской активности человека в ее отличительных признаках и показателях, а гражданская активность как особый феномен социального мира, который отличается не только как вид за счет некоторых особенностей, но обладает специфическими особенностями как явление самостоятельное. Поэтому все характеристики гражданской активности, как выведенные, так и еще не установленные для нее, приобретают новый смысл своей определенности в ее целостности как особого самостоятельного феномена. И именно в связи с этим главное внимание уделялось автором не поиску максимального числа и последовательности изложения совокупности признаков, особенностей, вычленяемых для гражданской активности, а раскрытию тех ее сторон и обсуждению тех характеристик, в которых отражаются особые системные свойства ее как целостного явления, сущностно определяющего систему Человека как личности.

загрузка...