Delist.ru

Правовая социализация учащейся молодежи в условиях социальной неопределенности российского общества (02.10.2007)

Автор: Самыгин Петр Сергеевич

По мнению автора, в российском обществе наиболее остро стоит проблема несоответствия формальных правовых норм реально складывающимся правовым отношениям. В современной России утвердился стереотип о допустимости нарушения законности на всех уровнях социальной иерархии, о тотальной коррумпированности власти. Отсюда и убежденность большинства населения в том, что в условиях российской действительности противоправное поведение и избежание правовой ответственности является вполне оправданным. Несмотря на принятие разнообразных, демократических по своему содержанию нормативных актов, население России, и прежде всего молодежь, не чувствует правовой защищенности и реальных гарантий своих конституционных прав со стороны государства. Неспособность власти создать для населения необходимые условия для достойной жизни и продуктивной общественно полезной деятельности в легальном, цивилизованном правовом пространстве социально-экономических, политических и культурных отношений ведет к углублению криминализации российского общества, происходящей на фоне деформации основных институтов правовой социализации личности.

Автор считает, что риски в социально-правовой сфере современного российского общества обусловлены длительным сохранением в течение периода реформ правовых лакун, отставанием реформирования правовой системы от скорости трансформации других сфер общественной жизни, противоречивостью законодательства, слабостью судебной системы, традиционным для российского общества отсутствием уважения к правам человека, неразвитостью механизмов защиты прав личности. Помимо этого, специфическим для посттрансформационного российского общества фактором риска стала тенденция деформализации нормативного регулирования социальных практик, преимущественной ориентации акторов всех уровней на неформальные правила игры, фактически возведенные в статус новых норм, создание обширного теневого сектора социальной жизни, взаимодействия в рамках которого полностью выпадают из сферы правового регулирования. Повседневные практики представителей управленческих, властных и правоохранительных структур, бизнес-элиты содержат значительный иллегальный и противоправный компонент, что способствует распространению теневых и криминальных моделей поведения и закреплению прочной ассоциации с ними социального успеха в сознании рядовых акторов и прежде всего молодежи. Неопределенность и генерализованное производство рисков в правовой сфере, систематическое нарушение правовых норм со стороны государственных и общественных структур в различных сферах образуют непосредственный социально-правовой контекст. Данный контекст можно рассматривать как макрообъективный фактор, формирующий у молодежи представление о своей правовой незащищенности, о низкой ценности государства и права, определяющий спонтанную направленность и отклоняющийся характер правовой социализации.

В параграфе 2.3. «Риски в социально-экономической сфере российского общества и их влияние на социализацию учащейся молодежи» речь идет о том, что социально-стратификационный фактор риска, обусловленный ростом имущественного расслоения общества, закрытостью страт и соответствующим ограничением восходящей мобильности молодежи, в том числе практической утратой институтом образования функции канала восходящей мобильности, выступает макрообъективным фактором снижения эффективности правовой социализации учащейся молодежи, стимулирующим ее обращение к рисковым и криминальным путям реализации достижительности. Автор отмечает, что широкое распространение различных форм девиантного поведения среди российской молодежи является следствием прежде всего социального неравенства, отражающего неодинаковое положение различных групп учащейся молодежи в системе общественных отношений и порождающего различия в реальных возможностях удовлетворения потребностей.

Относительные показатели уровня доходов молодежи свидетельствуют о его резком снижении и углублении имущественного расслоения молодежи, сокращении ее доступа к средствам жизнеобеспечения и уменьшении возможностей самореализации, что в совокупности вызывает «риск социального исключения молодежи». В результате исключения основной массы молодежи из целого спектра социальных возможностей, прежде всего образования, первыми под угрозу риска нисходящей мобильности попадают выходцы из малообеспеченных семей, концентрирующихся преимущественно в малых и средних городах, а также сельских поселениях. Сама реформа образования провоцирует, таким образом, новые условия невыгодного социального положения молодых граждан России и является источником риска их нисходящей мобильности и социального исключения. Специальные исследования показывают наличие взаимосвязи между уровнем доходов семей и характером правового поведения молодежи. Так, по мнению С.В. Климовой, минимальная удовлетворенность материальных потребностей в семье является основной причиной большинства преступлений несовершеннолетних.

Результаты исследований С. В. Климовой со всей очевидностью показывают, что требования, которым должен соответствовать ученик в образовательном учреждении, не соответствуют условиям жизни детей из малообеспеченных семей. В условиях коммерциализации среднего образования обучение требует от семьи сохранять статус ученика за счет вложения немалых средств, что обусловливает негативную оценку обучения детьми и ориентирует их на самоутверждение в сфере материального потребления. Дело в том, что подростки, живущие за чертой бедности, не имеют возможности повышать свои позиции как потребителя. Поэтому некоторые из них доступным им способом хищения пытаются удовлетворить свои материальные потребности и выровнять позиции по сравнению с теми, кто живет в достатке. Можно констатировать, что последовательный вывод государства из сферы образования, имеющий следствием преимущественное обеспечение реформы школы за счет средств родителей в ситуации сокращения возможности семьи удовлетворять материальные потребности детей, в настоящее время способствует распространению в молодежной среде неправовых установок и росту числа правонарушений.

Зримый контраст между социальной невознаграждаемостью законопослушного поведения и социальной успешностью, основанной на криминале, стимулирует попытки маргинализованной части молодежи реализовать свою достижительность посредством криминальной деятельности, переориентировав свое поведение на нормы криминальной субкультуры. На этой почве происходит сближение криминальной и молодежной субкультур, диффузия криминальных моделей и норм в среду учащейся молодежи. Отсутствие легальных каналов реализации достижительности и восходящей мобильности для большинства молодых людей, рост социального расслоения среди молодежи выступают макрообъективным фактором, снижающим эффективность правовой социализации.

В третьей главе «Правовые ценности как макросубъективные факторы правовой социализации учащейся молодежи в условиях социальной неопределенности» анализируется специфика правовых ценностей российской социокультурной традиции, рассматривающихся в качестве долговременного макросубъективного фактора правовой социализации учащейся молодежи, актуализирующегося в контексте социальной неопределенности. Помимо этого, в главе представлена специфика правовых ценностей советского периода, а также аксиологический контекст, сложившийся в современном российском обществе под воздействием социальной неопределенности, как макросубъективный фактор влияния на процесс правовой социализации учащейся молодежи.

В параграфе 3.1. «Правовые ценности российской социокультурной традиции как долговременный фактор правовой социализации учащейся молодежи» устанавливается, что социальная неопределенность способствует актуализации в макросубъективной сфере общества долговременных специфических элементов аксиологии, восходящих к этнокультурному менталитету россиян, – этикоцентристского и нигилистического отношения к правовым ценностям, представлений о низкой социальной и культурной ценности права, что является фактором низкой эффективности правовой социализации учащейся молодежи.

Под социокультурными основаниями формирования правовых ценностей российской молодежи автор подразумевает прежде всего особый тип правосознания, который воспроизводится на протяжении различных исторических эпох развития российского общества, при этом влияя на формирование в сознании современной молодежи особого ценностного отношения к праву. С точки зрения автора, российское общественное правосознание характеризуется, как минимум, двумя особенностями, которые воспроизводятся на различных этапах отечественной истории. Первая особенность заключается в специфике юридического менталитета российского общества, который изначально отличался небрежным, отрицательным отношением к праву. В качестве другой характерной особенности российского общественного правосознания следует рассматривать этатизм, предполагающий неоправданно чрезмерную ориентацию на государственную власть.

Как отмечает Р. С. Байниязов, если в условиях западной цивилизации личность больше опирается на собственные силы и возможности, а государство рассматривается как «арбитр», который должен строго охранять индивидуальную свободу, безопасность, собственность своих граждан и действовать в соответствии с предписаниями права, то в российском обществе сложилась принципиально иная ситуация. Здесь индивид не обладает тем чувством позитивной правовой ответственности и долга, которое характерно для граждан западноевропейских демократий. Для доминирующего в российском обществе типа правосознания свойственна установка, характеризующаяся не столько положительным отношением к праву, сколько боязнью санкций со стороны государства. Диссертантом также выделяются такие характерные черты российской культурно-правовой традиции, как высокая приоритетная защита общих интересов в ущерб личным притязаниям индивида, вытекающая из нее слабость личностного и, следовательно, правового начала в культуре вообще, а также широкое распространение в обществе регуляторов, не являющихся правовыми: моральных, морально-религиозных, корпоративных.

В целом, аксиологическая специфика российской культурной традиции, укорененная в менталитете россиян, характеризуется присутствием стойкого элемента этикоцентризма и нигилизма по отношению к правовым ценностям, определяющего относительно низкую социальную и культурную ценность права в общественном мировоззрении. Ослабление социально-правового контроля, вызванное радикальной перестройкой институциональной структуры, либерализацией социального порядка, неопределенностью дальнейшего развития общества, способствовало актуализации этих долговременных элементов традиционной российской аксиологии, что нашло выражение в снятии у россиян психологического барьера по отношению к неправовому поведению, развитии до социально-деструктивного уровня толерантности к правонарушениям, селективности в отношении соблюдения закона, правовой индифферентности в целом. Этот индифферентный к праву аксиологический контекст стал макросубъективным фактором отклоняющейся правовой социализации учащейся молодежи: его специфические черты отразились в изменении социализационной нормы и, интериоризируясь в личность, воспроизводятся в ходе социализационного процесса.

Параграф 3.2. «Правовые ценности советского периода и специфика правовой социализации учащейся молодежи» посвящен обоснованию положению, согласно которому советский опыт социально-правового развития способствовал дальнейшему укреплению и габитуализации, в том числе и на уровне государственной практики, нигилистических установок общественного сознания по отношению к праву. Как отмечает автор, общественное правосознание в советский период характеризовалось рядом существенных противоречий. С одной стороны, нарушение правовых норм порицалось большинством граждан. Так, многие советские люди, о чем свидетельствуют результаты проводившихся в этот период социологических исследований, проявляли нетерпимость к большинству преступлений (исключение составляли лишь преступления против социалистической собственности). С другой стороны, правовое сознание далеко не всегда активно препятствовало той же преступности, подчас проявляя присущее нашему народу чувство сострадания к преступнику, как к человеку, «попавшему в беду» (это проявлялось в том, что беглых преступников нередко укрывали от властей).

Здесь следует отметить и недостаточную развитость самого правосознания применительно к разным индивидам и группам в советском обществе, а также его неустойчивость, обусловленную и колебаниями в государственной политике, и постоянными изменениями в системе законодательства. Немаловажное значение имело и то обстоятельство, что само право в советский период зачастую подменялось приказным нормотворчеством, что не благоприятствовало укоренению в правовом сознании позитивных правовых ценностей. Как справедливо указывают авторы коллективной монографии «Политико-правовые ценности: история и современность», господствовавшая в годы СССР в науке и идеологии «политико-идеологическая трактовка права отвергала любой внеклассовый подход к праву как объективной ценности…имеющий общечеловеческое, общецивилизационное значение».

Таким образом, с одной стороны, правовая социализация молодежи в советский период была представлена стабильной, высокоорганизованной и централизованной деятельностью социализирующих институтов, вписанных в жесткую структуру политико-идеологической организации общества, что обеспечивало готовность большинства населения соблюдать нормы действующего законодательства. Однако, с другой стороны, на уровне общественного правосознания в силу идеологически-тенденциозного, деформированного понимания правовых ценностей, тоталитарно-репрессивного характера социального порядка и реального несовершенства правовой системы сохранялось глубокое недоверие рядовых акторов к государству и правоохранительным органам, своеобразное правовое двоемыслие. Пренебрежительное отношение к правам рядовых акторов со стороны представителей советской номенклатуры и бюрократии отразилось на негативных правовых установках значительной части населения советского общества. Став устойчивым элементом правовой аксиологии, данные установки актуализируются в условиях социальной неопределенности и растущего социального неравенства и воспроизводятся в процессе правовой социализации современной российской молодежи, определяя ее отклоняющуюся направленность.

В параграфе 3.3. «Правовые ценности в аксиологическом контексте современного российского общества и их влияние на правовую социализацию учащейся молодежи» устанавливается, что аксиологический контекст современного российского общества, сложившийся в условиях неопределенности социетальных ценностей и спонтанной актуализации долговременно бытующих представлений о низкой ценности права, является макросубъективным фактором деформаций процесса правовой социализации учащейся молодежи.

Рассматривая специфику правовой системы современного российского общества, автор отмечает, что она характеризуется определенными противоречиями между институциональным и ценностным уровнями ее организации. Данные противоречия обусловлены прежде всего переходным характером развития общества в целом, что не может не влиять на существенные стороны общественного правосознания. Так, с одной стороны, большая часть российских граждан заинтересована в восстановлении в обществе правового порядка, режима законности и именно такое требование население предъявляет государству. Но, с другой стороны, данное требование адресуется респондентами исключительно государственной власти, а не самим себе и своему окружению, не связывается с необходимостью постоянного исполнения гражданами закона.

С отношением к государственно-правовым институтам связано и другое противоречие, укоренившееся в современном российском правосознании. Несмотря на то, что в нашем обществе остается достаточно популярной и устойчивой идея прочного государства и особенно твердого соблюдения законности, понимание этих целей является своеобразным: они трактуются большей частью граждан лишь как средства, которые должны гарантировать человеку его личную защищенность (от коррупции, произвола чиновников и т. д.). Как показывает известный отечественный социолог Ж.Т. Тощенко, многим людям переходного общества свойственны противоречивые оценки самых разных институтов, отношений и норм. В подобном обществе складывается тип «парадоксального человека», который склонен одновременно, и осуждать, и оправдывать одно и то же и вести себя непредсказуемым образом. Такая «парадоксальность» проявляется и в правовом сознании населения современной России, которое в большинстве своем ратует за законность, имея своим идеалом социально ориентированное государство, в котором соблюдаются закон, права человека, но в то же время само не склонно соблюдать закон в своей повседневной жизни.

В настоящее время, по сути, происходит криминализация ранее законопослушных граждан, деформация всех форм общественного сознания и особенно правосознания. Ценностное сознание населения современной России, как видно из приведенных в диссертации доводов, постепенно сдвигается к идеологическому обоснованию процессов теневизации, признанию неправовых практик в качестве нормальных способов реализации «частного интереса». Неизбежным следствием данных ценностных трансформаций является увеличение девиаций, проявляющихся в поведенческих формах, отклоняющихся от общественных норм, в том числе и норм права. Процесс криминализации, характеризующийся укоренением соответствующих установок на уровне общественного сознания, на поведенческом уровне находит отражение и в ускоренной подготовке резерва преступного мира. Наряду со взрослыми гражданами в антисоциальные действия все больше вовлекается молодежь, что можно рассматривать как явное свидетельство разрушения позитивных социализирующих возможностей общества.

В четвертой главе «Институты правовой социализации учащейся молодежи в условиях социальной неопределенности развития общества» рассматривается влияние состояния современного российского образования, средств массовой информации и семьи как социальных институтов, функционирующих в условиях социальной неопределенности, на эффективность правовой социализации учащейся молодежи.

В параграфе 4.1. «Образование как институт правовой социализации учащейся молодежи в России» показывается, что децентрализация образования, отчуждение от него воспитательных функций, рост неправовых практик в образовательных учреждениях способствуют невыполнению институтом образования в полном объеме задач правовой социализации учащейся молодежи.

О реальном качестве правового образования в российском обществе как нельзя лучше свидетельствуют опросы экспертов, большинство которых дают ему невысокую оценку. Так, 38,2 % экспертов оценивают состояние правового образования как среднее и 61,2 % – ниже среднего. Студенты высших учебных заведений тоже, как показывают результаты проведенного автором эмпирического исследования, в целом не удовлетворены качеством и уровнем знаний в области права, получаемых ими на учебных занятиях. Основными недостатками в преподавании основ права студенты считают отсутствие должного внимания к «конкретным механизмам защиты прав и свобод человека» (32,95 %), «поверхностный характер» преподавания данной дисциплины (27,27 %), «перегруженность теоретическими проблемами при слабой связи с практикой» (31,25 %). Кроме того, некоторые респонденты указали и на фактическое отсутствие в учебной программе некоторых «приоритетных отраслей права» (гражданского, трудового), которые не преподавались этим студентам вообще (5,11 %).

В параграфе отмечается, что институт образования, традиционно игравший главную роль в осуществлении социализации молодежи, в том числе и правовой, в настоящее время – в силу прагматизации и коммерциализации общего контекста социальных практик и собственного функционирования, в значительной степени утратил присущие ему воспитательные функции. Этому немало способствуют также принятые в ходе реформ меры по децентрализации управления образованием, деидеологизации и профессионализации последнего. Сокращение централизованного финансирования учреждений образования привело к хронической недостаточности материального и финансового обеспечения выполнения ими всех функций, в том числе социализационной. Ни государство, дистанцировавшееся от управления образованием, ни гражданское общество, находящееся в зачаточном состоянии, не обеспечивают образование социальным заказом, который предусматривал бы требование эффективной правовой социализации учащейся молодежи. Широко практикуемые в учреждениях образования теневые экономические отношения и коррупция оказывают непосредственное стимулирующее влияние на развитие девиантности правовой социализации учащихся.

В то же время данные эмпирического исследования, проведенного автором, свидетельствуют об объективной заинтересованности представителей учащейся молодежи в получении правовых знаний, удовлетворение которой институт образования не обеспечивает. При этом отмечается, что, с одной стороны, современные образовательные институты в целом не обеспечивают молодежи должный уровень правовых знаний и информированности. Но, с другой стороны, выявленная в исследованиях тенденция позитивного влияния российского правового образования на формирование ценности права и уважения к закону свидетельствует о чрезвычайной важности рассматриваемого института правовой социализации и необходимости его дальнейшего развития и совершенствования.

В параграфе 4.2. «Средства массовой информации как институт правовой социализации учащейся молодежи в российском обществе» автор устанавливает, что в ситуации неопределенности СМИ оттесняют официальные институты от выполнения функции правовой социализации учащейся молодежи и в определенной мере блокируют процесс позитивной правовой социализации, способствуя романтизации и популяризации в молодежных кругах рисковых и криминальных моделей поведения. Рассматривая феномен влияния СМИ на правовое сознание населения современной России с учетом психологических критериев, автор приходит к выводу о том, что в средствах массовой информации в настоящее время уделяется больше внимания отрицательным, нежели положительным компонентам правовой действительности.

Так, ориентируясь на читательские предпочтения, современная российская пресса отдает явное преимущество публикациям о совершенных преступлениях, о противоправных деяниях должностных лиц, о недостатках в деятельности суда, милиции, оставляя на периферии материалы, раскрывающие смысл и содержание действующего права, порядка применения тех или иных норм, социально полезные результаты неукоснительного соблюдения закона. Что касается телевидения, то оно также, по мнению диссертанта, оказывает преимущественно негативное воздействие на правовое сознание молодежи, так как здесь постоянно демонстрируются фильмы, в которых присутствуют сцены насилия. Популярные на российском телевидении передачи криминального характера характеризуются смакованием преступных актов, причем элемент осуждения этих асоциальных действий зачастую отсутствует. По результатам криминологических исследований известно немало примеров, когда телевизионные передачи, фильмы на криминальную тематику провоцировали подростков на правонарушения. Некритическая оценка данной телевизионной продукции, ее воздействие на сознание молодежи имеет следствием совершаемые подростками сексуальные надругательства, грабежи и убийства.

В целом, по мнению диссертанта, в условиях социальной неопределенности и кризиса основных социализирующих институтов именно СМИ приобретают все большее влияние и авторитет среди молодежи и оттесняют в процессе социализации семью и образование на вторые позиции. В отличие от образования и семьи, которые нередко отождествляются молодежью с изжитыми ценностями прошлого, средства массовой информации функционируют как институт рыночного общества и ассоциируются с глобальностью и современностью. Однако деятельность современных российских СМИ, будучи ориентирована преимущественно на коммерческие цели и информационное обслуживание производства рисков, по своей сущности не может обеспечивать определенности и целенаправленности в осуществлении правовой социализации. Тиражируя образцы криминальной субкультуры, внедряя их в массовое сознание безотносительно к позитивным воспитательным целям, средства массовой информации осуществляют свое социализирующее воздействие стихийным образом, акцентируя внимание преимущественно на негативных компонентах правовой действительности. Апеллируя к бессознательной агрессивности и низменным инстинктам аудитории, средства массовой информации в определенной мере блокируют процесс интериоризации молодежью позитивных правовых ценностей, способствуют непредсказуемости и неоднозначности результатов правовой социализации.

В параграфе 4.3 «Семья как институт правовой социализации российской учащейся молодежи» говорится о том, что в условиях социальной неопределенности российская семья как институт характеризуется урезанностью и деформированностью функционирования, габитуализацией «неблагополучия», как тяготеющего к воспроизводству состояния, ростом внутрисемейного насилия, что приводит к формированию делинквентной и криминальной психологии у детей и подростков и тем самым к низкой эффективности выполнения российской семьей функции правовой социализации учащейся молодежи.

Автор отмечает, что в условиях современного российского общества кризис семьи проявляется в невозможности выполнения свойственных ей социальных функций, связанных с формированием основ социальных свойств личности и подготовкой подростка к полноценной интеграции в правовую культуру общества. Дефекты семейного воспитания, приводящие к искажению нравственных свойств личности и деформации ее правового сознания, рассматриваются многими исследователями в качестве одной из причин делинквентного поведения. Анализ правонарушений несовершеннолетних показывает, что для возникновения отклоняющегося поведения детей и подростков семейное неблагополучие имеет определяющее значение. Если в 1990 г. свыше 60 % несовершеннолетних преступников воспитывались в полной семье (исключение составляют воспитанники колоний), то в 2004 г. – менее половины .

По мнению диссертанта, современная российская семья, претерпевая разрушительные изменения в русле цивилизационного кризиса традиционной семьи, в то же время страдает от непомерной социальной цены реформ, последствий длительного отсутствия финансовой и моральной поддержки общества и государства, социальной и психологической фрустрации. Вследствие всех этих негативных тенденций семья в настоящее время оказалась не в состоянии выполнять полный объем своих социальных функций, сокращая их в первую очередь за счет воспитательных и социализирующих. Родители, сами испытывающие трудности адаптации к изменившимся правилам игры в обществе, или адаптирующиеся путем вовлечения в неправовые социальные практики, не могут обеспечить позитивной направленности правовой социализации своих детей, нередко демонстрируя собственный правовой нигилизм и селективное исполнение законов. Распространенность в российских семьях самодеструктивного поведения, алкоголизма и наркомании, бытовое насилие, низкий уровень культуры внутрисемейных отношений свидетельствуют о габитуализации феномена «неблагополучной семьи» в российском обществе, а следовательно, о неизбежности закрепления отклоняющейся траектории семейной социализации, воспроизводства в ходе социализационного процесса негативного социального и психологического наследия, полученного в семье. Итак, состояние института семьи в современном российском обществе выступает фактором низкой эффективности правовой социализации.

В пятой главе «Характерные черты правовой социализации российской учащейся молодежи в условиях социальной неопределенности: опыт прикладного социологического исследования» автор на материалах собственного эмпирического исследования анализирует эффективность формирования когнитивного аспекта правового сознания, правовой аксиологии, а также правового поведения учащейся молодежи в условиях социальной неопределенности российского общества.

В параграфе 5.1. «Когнитивный аспект правового сознания учащейся молодежи в условиях социальной неопределенности российского общества» на основе эмпирических данных выявляется недостаточная эффективность формирования когнитивного аспекта правового сознания учащейся молодежи в условиях социальной неопределенности, вскрываются изъяны в правовых знаниях представителей различных групп учащейся молодежи.

Проведенная автором серия социологических опросов показывает, что уровень правовых знаний у различных групп учащейся молодежи неодинаков: у студентов высших учебных заведений он выше, чем у учащихся школ и техникумов. Так, студенты лучше представляют себе суть такого понятия, как «правовое государство», строительство которого декларируется в качестве одной из базовых задач проводящихся в стране реформ. В качестве позитивного момента можно выделить и то обстоятельство, что большинство школьников и студентов отождествляет правовое государство с принципом законности. Полученные данные в целом коррелируют с материалами всероссийских социологических исследований, свидетельствующих о том, что принцип соблюдения закона всеми гражданами, организациями и органами власти страны прочно утвердился в массовом сознании россиян в качестве важнейшего критерия правового государства. Так, данные, полученные Ф. Э. Шереги, свидетельствуют о том, что всеобщее соблюдение законов считают главным критерием правового государства большинство представителей всех возрастных групп опрошенных, а также лиц, имеющих разный уровень образования.

В то же время, проведенное исследование выявило достаточно невысокий уровень знаний учащихся о конкретных процессуальных нормах, регулирующих ситуации, в которых может оказаться любой гражданин, и которые требуют от него минимальных знаний в области права для адекватной ориентации в данных ситуациях. Достаточно низкий уровень осведомленности школьников и студентов о конкретных правовых нормах демонстрирует неготовность части из них к нормальному функционированию в обществе, которое налагает на данных лиц определенные права и обязанности, а также к взаимодействию с государством и его органами. Выявленные изъяны в правовых знаниях представителей различных групп учащейся молодежи, по мнению автора, являются следствием не очень высокого качества получаемой ими правовой информации. Именно по причине того, что учащаяся молодежь широко использует случайные источники правовой информации и получает ее в крайне недостоверном виде, правовое сознание многих молодых людей оказывается деформированным, складывается искаженное представление о правовом пространстве, формируются негативные установки правового поведения.

В параграфе 5.2. «Аксиологический аспект правового сознания учащейся молодежи в условиях социальной неопределенности российского общества» на основе данных эмпирического исследования устанавливается, что в условиях социальной неопределенности формирующиеся в процессе правовой социализации ценностно-правовые ориентиры различных групп учащейся молодежи не соответствуют объективным интересам и задачам российского общества и государства в силу того, что безусловное соблюдение закона для молодежи не выступает в качестве абсолютного императива.

Рассматривая правовые ценности как базовый компонент правосознания, автор направляет основные исследовательские усилия на изучение ценностного отношения различных групп учащейся молодежи к закону и другим элементам правовой системы общества. Здесь диссертантом учитывается то обстоятельство, что правовое сознание гражданского или активистского типа базируется на уважении к закону, понимании его как абсолютной нормы, единой для всех и при любых обстоятельствах. При таком высоком уровне развития правового сознания знание закона должно транслироваться в его признание в качестве высшей ценности. Поэтому такой показатель, как отношение к закону, можно рассматривать как важнейший индикатор уровня развития молодежного правосознания. В то же время, как показывают результаты проведенных диссертантом опросов, для современных российских учащихся безусловное соблюдение закона не выступает в качестве абсолютного императива.

Так, лишь 21,59 % отмечают, что «букву закона следует соблюдать всегда и во всем, даже если закон устарел или не вполне соответствует сегодняшним реалиям» (следует отметить, что по данным опроса, проведенного при участии автора в 2005 г., доля таких законопослушных студентов была еще меньше – 12,8 %). Более половины (57,95 %) опрошенных считают, что соблюдать законы следует только тогда, когда их соблюдают и сами представители органов государственной власти (иными словами, индивидуальное соблюдение закона ставится данными респондентами в зависимость от действий власти). Кроме того, свыше трети студентов (33,68 %) полагают, что «не так важно, соответствует что-либо закону или нет – главное, чтобы это было справедливо».

В ответах студентов прослеживается определенная взаимосвязь между соблюдением закона и юридическими санкциями, которые могут быть применены государственными органами к лицам, не соблюдающим закон, т.е. наказанием. Так, по мнению 17,05 % респондентов-студентов, «соблюдать законы» следует тогда, когда за их несоблюдение «могут наказать». Таким образом, связь закона как поведенческой нормы с наказанием в представлениях учащейся молодежи является очень устойчивой и положительной динамики нами здесь не обнаружено: более того, респондентов, выбравших именно такой вариант ответа, стало даже несколько больше, чем в 2005 г. Особенно ярко эта тенденция проявляется в рамках ценностного сознания школьников и учащихся средних специальных учебных заведений, для большей части которых (67,37 %) следование закону даже в случае несогласия с ним является прямым следствием страха перед наказанием.

Нигилистическое отношение к закону со стороны учащейся молодежи проецируется и на низкую степень доверия последней к органам государственной власти в нашей стране. Практически все государственные органы, за исключением только Президента как органа главы государства, не пользуются сколько-нибудь существенным доверием в сознании представителей различных групп учащейся молодежи. Как показывает проведенное исследование, 36,02 % российских школьников и студентов техникумов полностью доверяют Президенту РФ, 49,15 % доверяют ему частично. Что же касается Правительства РФ как высшего органа исполнительной власти в стране, то ему доверяют полностью 9,32 %, а парламенту (Государственной Думе и Совету Федерации) всего 3,39 % респондентов-школьников. Не доверяют российские школьники и правоохранительным органам, в частности, милиции, а также органам судебной власти. С точки зрения диссертанта, подобное массовое недоверие органам государственной власти со стороны учащейся молодежи является основной причиной того, что молодые люди далеко не во всех случаях стремятся и считают целесообразным обращение за помощью к правоохранительным органам в случае нарушения своих прав и прав других лиц.

В параграфе 5.3. «Правовое поведение учащейся молодежи как результат ее правовой социализации в условиях социальной неопределенности российского общества» эмпирически устанавливается, что в условиях социальной неопределенности у значительной части учащейся молодежи происходит деформация ориентиров и оценок в сфере правового поведения в сторону возрастания толерантности по отношению к иллегальным и криминальным практикам, формируется готовность к криминальному поведению. В рамках исследования правового поведения учащейся молодежи диссертантом основное внимание уделяется выявлению уровня вовлеченности молодежи в неправовые практики, установлению степени ее готовности или неготовности прибегать в решении своих проблем к методам, запрещенным законам. Полученные данные со всей очевидностью свидетельствуют о преобладании толерантного отношения абсолютного большинства представителей учащейся молодежи к подобным практикам.

Студенты, равно и школьники, в настоящее время являются вовлеченными в неправовые практики, включающие нелегальную сдачу экзаменов и зачетов, подготовку рефератов, курсовых и дипломных работ в период своего обучения в соответствующих учебных заведениях. Абсолютное большинство опрошенных студентов вузов считают возможным не только использовать шпаргалки на экзаменах, но и давать преподавателям взятки за сдачу экзаменов и зачетов, приобретать за деньги рефераты, курсовые и дипломные работы. Данное обстоятельство является свидетельством ярко выраженной амбивалентности правовых воззрений у опрошенных нами студентов. Многие из них на словах осуждают распространенную в их учебных заведениях незаконную практику «покупки» зачетов и экзаменов, а на деле сами нередко прибегают к указанным нелегитимным способам сдачи экзаменов и зачетов, в абсолютном большинстве случаев выступая в качестве инициаторов подобных сделок.

загрузка...