Delist.ru

История музейного дела в Приморском крае (1941-2000 гг.) (02.10.2007)

Автор: Поправко Елена Александровна

Организацией передвижных выставок, кроме музея им. В.К. Арсеньева в 1950-е - 1960-е гг. занимался музей КТОФ. С передвижными выставками выезжали члены действовавшей при музее секции ветеранов флота.

Массовая работа музеев была тесно связана с развитием краеведческого движения. Под влиянием десталинизации, в Приморском крае, как и в целом по стране, наблюдался всплеск интереса к своим историческим корням, истории семьи, улицы, на которой живешь, населенного пункта и т.д. Это способствовало расширению круга лиц с музейной потребностью. Именно этот период стал временем массовой организации общественных музеев.

Формы культурно-образовательной работы музеев Приморья в данный период были достаточно традиционны: экскурсии, лекции, лектории, музейные уроки, консультации для учителей, студентов, работа по организации краеведческих кружков, работа с взрослым краеведческим активом, в том числе через организацию секций Музейно-краеведческого совета. В штатном расписании Приморского краевого музея им. В.К. Арсеньева был только 1 чел., в чьи обязанности входила организация и проведение культурно-массовой работы. Пытаясь найти выход из ситуации, коллектив музея решил, что все сотрудники должны овладеть ведением экскурсий. Возможности практической реализации этого решения определялись качественным улучшением кадрового состава музея. После 1957 г. лица без высшего образования на должности научных сотрудников в музей принимались крайне редко. Произошло «омоложение» музейных кадров, хотя оставалась проблема их «текучести». Для чтения лекций, проведения бесед, экскурсий-уроков также приглашались специалисты краевого лекционного бюро, участники гражданской войны, методисты из Института усовершенствования учителей, члены Музейно-краеведческого совета музея им. В.К. Арсеньева. К 1960-м гг. у музея им. В.К. Арсеньева было более 15 экскурсоводов.

Как и в предшествующий период, музей фактически играл роль центра по организации выявления, охраны, исследования и популяризации памятников истории и культуры. Эти обязанности вменялись ему вышестоящими инстанциями: Управлением культуры Приморского крайисполкома, Крайкомом КПСС. В нарушение порядка, установленного законодательством, Управление культуры перекладывало выполнение обязанностей, связанных с охраной памятников, на Приморский краевой музей. В 1960 г. при музее создали должность заведующего отделом изучения и охраны памятников». Но и до 1960 г. практически весь цикл работ по охране и популяризации памятников ложился на плечи сотрудников музея им. В.К. Арсеньева. Другие организации принимали участие в охране памятников только в том случае, если это соответствовало их основным задачам, например, в выявлении и научном описании новых археологических памятников в крае большую роль играли экспедиции Академии наук. При этом общее состояние работ по учету и охране памятников в крае в целом оставалось довольно низким. Так в 1958 г. в Приморье было зарегистрировано 117 памятников. Формально паспортизированы были все, но при детальном ознакомлении выявлялись серьезные нарушения при заполнении всех видов документации.

Все большую роль в выявлении и охране памятников истории и культуры начинает играть краеведческая общественность всех возрастов. Приморский краевой музей откликался на постановления центральных властей о привлечении населения к охране памятников, прежде всего, организацией методической работы со школами и другими учебными заведениями, комсомолом, публикацией в прессе статей и материалов по данной теме, созданием Музейно-краеведческого совета и его секций. Значительная часть поездок по обследованию выявленных памятников предпринималась сотрудниками музея по сообщениям от местного населения.

Глава 3 «Музейный бум» в Приморском крае: вторая половина 1960-х – первая половина 1980-х гг.» состоит из трех параграфов. В них дается представление о состоянии музейной работы в государственных и общественных музеях края, анализируются причины «музейного бума», формы и методы реализации государственной политики в области музейного дела в Приморье.

При разработке нормативных документов во второй половине 1960-х гг. впервые за советский период прозвучал тезис об особых функциях музеев как хранителей коллективной памяти запечатленной в материальных носителях - музейных предметах. В этот период привлекательным для местных органов власти было создание именно общественных музеев: не получая государственного финансирования они были удобны, т.к. ни при каких условиях не предполагали упреков за необоснованное раздувание музейной сети, для их создания не требовались согласия партийных органов и Министерств культуры РСФСР и СССР. В то же время, они свидетельствовали о культурном развитии региона и положительно характеризовали усилия местной власти. В диссертации на основе неопубликованных источников приводятся данные о численности музеев края на конец 1960-х гг., на конец 1970-х гг., к середине 1980-х гг. По подсчетам диссертанта в Приморском крае к середине 1980-х гг. должно было действовать более 200 музеев и протомузейных структур (комнат, уголков) на общественных началах.

Методическими центрами работы с общественными музеями стали государственные и ведомственные музеи. В рамках своей ведомственной группы таким центром был музей КТОФ. Он пользовался авторитетом среди организаторов военных музеев и музейных комнат и в других регионах Дальнего Востока, а активной работой с «красными следопытами» был известен далеко за пределами края. Приморская краевая картинная галерея стала центром методической работы для музеев художественного профиля, коллекционеров живописи. К середине 1980-х гг. в крае действовало не менее 5 общественных художественных галерей.

К концу 1970-х гг. в целом по стране число музеев на общественных началах становиться столь велико, что появляется необходимость выделить лучшие. Это удалось реализовать, учредив в 1980 г. звание «Народный музей». К 1985 г. звание народных получили 3 общественных музея Приморского края (всего в РСФСР к середине 1980-х гг. звание получили 267 музеев). Иной формой признания высокого уровня работы общественных музеев стало изменение их статуса – перевод в число музеев государственных. К 1985 г. государственными становятся Дом-музей А.А. Фадеева, Музей истории Дальнереченска; Музей истории Партизанска.

В РСФСР уменьшалась доля комплексных музеев - с 50 % в 1965 до 36,5 % в 1985 г. Но Приморье отставало по такому показателю, как формирование узкопрофильных учреждений: из 6 государственных музеев края только 2 (33,3 %) имели узкий профиль. Хотя в 1970-е гг. очевидно желание властей взять ранее стихийное движение по созданию музеев на общественных началах под контроль. Появляются первые перспективные планы музейного строительства в крае: на 1971 – 1975 гг.; на Х пятилетку и до 1990 г.

Одной из основных форм работы, приводившей к расширению музейной сети (как общественной, так и государственной), становится со второй половины 1960-х гг. смотр-конкурс музеев к различным юбилейным датам. Первым таким смотром в Приморском крае становится музейный конкурс к 60-летию Октябрьской революции. Смотры-конкурсы играли большую роль в расширении музейной сети. Основная масса музеев, появлявшихся при их проведении в Приморском крае – общественные. При проведении смотров-конкурсов легче решались вопросы предоставления помещений для вновь создаваемых или уже существующих музеев. При проведении смотров-конкурсов музейных работников поощряли материально, что способствовало повышению престижа музейных профессий. В рамках смотров-конкурсов легче было получить методическую помощь центральных музеев. Активизировалась методическая работа государственных музеев.

При проведении смотров-конкурсов выстраивается система повышения квалификации музейных работников и общественного актива. Особенностью этой системы было то, что в крае не было средних или высших учебных заведений, которые готовили бы соответствующих специалистов. Только в 1956 г. был восстановлен Дальневосточный государственный университет. Существовавшие до него педагогические вузы не имели в учебных планах ни теоретических курсов по «музееведению», ни музейных практик. Наладить проведение постоянных студенческих учебных практик на базе музея им. В.К. Арсеньева удалось только в 1962 г. В рамках проведения студенческих практик в Дальневосточном государственном университете начинает читаться курс «Музееведение». Большую роль в подготовке кадров по естественнонаучному музееведению играл Зоологический музей ДВГУ. В 1980-е гг. исторический факультет ДВГУ на условиях почасовой оплаты начал приглашать сотрудников Приморской краевой картинной галереи, которая стала базой музейных практик для студентов-историков. Благодаря описанной системе в 1970-е – 1980-е гг. Дальневосточный государственный университет становится вузом, из стен которого выходит большая часть научных сотрудников музеев Приморского края. Вносят вклад в подготовку музейных кадров и другие вузы Приморья, например, Уссурийский пединститут.

Появившиеся в период оттепели идеологические установки на преимущественное комплектование материалов по советскому периоду получают дальнейшее развитие и закрепление в практике музейного дела второй половины 1960-х – первой половины 1980-х гг. Эта установка проявлялась в требованиях к отчетности музеев, при проведении смотров-конкурсов музейной работы, в требованиях к структуре музеев и т.д.

Самым крупным музеем края оставался Приморский краевой краеведческий музей. Характер собранного материала определялся установками сверху: на вторую половину 1960-х гг. число предметов советского периода в общем составе фондов ПККМ составляло 37-38 %, в 1984 г. - уже 67,4 %. В других музеях края наблюдается аналогичная ситуация. В 1984 г. в мемориальном музее А.А. Фадеева - 90,2 % «советских» материалов в основном фонде; в Музее истории г. Партизанска - 95,5 %, Музее истории г. Находка – 99,4 %. По музею истории г. Дальнереченска можно судить только на 1980 г. (с 1981 г. музей стал филиалом музея им. В.К. Арсеньева): - 92,6 %. Установка на «советское» комплектование проявлялась и в деятельности Приморской краевой картинной галереи. В 1966 г. в ее фондах было всего 23,7 % предметов советского периода, а в 1984 г. число предметов советского периода в основном фонде галереи составляло 53, 8 %. Картинную галерею можно назвать самым «несоветским» музеем Приморского края, но и ее показатели, значительно превышающие средние по стране, показывают, что преимущественное комплектование советских материалов, в Приморском крае было абсолютизировано. Это стало одной из причин кризиса в музейном деле края в конце 1980-х - начале 1990-х гг. В диссертации показано, что до перевода общественных музеев в статус государственных ситуация с комплектованием была иной. Это позволяет сделать вывод, что при создании общественных музеев идеологические причины играли наименьшую роль. Идеологические функции приписывались музеям властью, причем часто «приписывание» меняло изначальный облик музеев.

При проведении комплектования в общественных и вновь созданных государственных музеях основной формой оказывалась работа с активом, прежде всего, организация переписки. Ключевую роль переписки и работы с музейным активом при комплектовании отмечали работники музея КТОФ, Музея авиации КТОФ, Уссурийского городского музея. Особой была политика комплектования в Приморской краевой картинной галереи. Коллекция пополнялась произведениями, закупленными Министерствами культуры СССР и РСФСР, Управлением культуры Приморского крайисполкома, часть произведений была приобретена у частных лиц. Передавали экспонаты органы внутренних дел. Экспедиций галерея не организовывала, хотя постоянно работала в городах Приморского края, собирая материал о местных художниках. Активно вели комплектование вузовские музеи. Лидером здесь был Зоологический музей ДВГУ. Огромную роль в комплектовании фондов играл актив из выпускников ДВГУ, а также студентов-заочников, работающих в ТИНРО, ТУРНИФ и др. организациях.

В научно-исследовательской работе приморских музеев преобладали традиционные формы и темы. До 70 % изучаемых тем относились к проблематике «отделов советского общества». Фонды музеев постоянно использовались исследователями со стороны, что делало музеи, наряду с государственными и партийными архивами, важнейшими центрами научных исследований в регионе. Обладание ценным источником информации позволяет сделать использование фондов доходной статьей: в 1973 г. в музее им. В.К. Арсеньева утвердили прейскурант цен на использование материалов музея, но на практике он применялся редко, чаще исследователи «компенсировали» музею его помощь в научно-исследовательской работе консультированием, определением коллекций, участием в методических мероприятиях и т.д.

Беспокойство о сохранности фондов общественных музеев заставляло властные структуры обязывать государственные музеи и НИИ музееведения оказывать методическую помощь, а также брать на учет фонды общественных музеев в качестве филиалов самого крупного в данном регионе государственного музея. В Приморском крае это музей им. В.К. Арсеньева, хотя здесь наблюдалось явное отставание: только во время смотра к 60-летию Октября ставиться задача изучить фонды общественных музеев края и взять на учет наиболее ценные музейные предметы. Проведение государственного учета и сверки фондов в Приморском крае, как и в целом по стране, повлияло на позицию региональных властей: в 1976-1978 гг. (т.е. в преддверии планового завершения означенных мероприятий) крупнейшие государственные музеи добились выделения им новых помещений.

Получение новых помещений позволяло перестроить экспозиционную работу. Новшеством в этом направлении работы музея им. В.К. Арсеньева становится предоставление своих площадей под экспозиции общественным музеям края. В Приморской краевой картинной галерее во второй половине 1960-х – начале 1970-х гг. экспозиции находились в стадии оформления. Отсутствие достаточного помещения мешало проведению выставочной работы. Основным «резервом» стала организация внемузейных выставок: с 1975 г. их число превышало число организованных в галерее. В 1970-х гг. повышенные требования к качеству музейных экспозиций начали предъявлять не только к государственным музеям, но и к работающим на общественных началах. К экспозиционной работе протомузейных структур (комнат, уголков) предъявляются все более высокие требования, что косвенно свидетельствует о том, что власть рассматривала эти структуры как потенциальные музеи.

е и успешно опробованные формы работы с посетителем. Постоянной практикой становится заключение договоров на коллективное обслуживание с предприятиями, учреждениями, учебными заведениями, сезонных договоров с пионерскими лагерями. Технические средства внедряются в первую очередь в массовую работу: не только в государственных музеях, но и в наиболее крупных общественных музеях действуют кинолектории с показом фондовых фильмов, создаются фонотеки (записи воспоминаний и т.п.), используемые как дополнение к популярным в этот период лекциям с демонстрациями музейных предметов. Но по использованию технических средств можно отметить явное отставание и приморских, и советских музеев вообще от мировой практики музейного дела.

Потребности населения в получении через музейные формы определенной информации в исследуемое двадцатилетие все больше вступают в конфликт с желанием и потребностью власти в пропаганде советской идеологии. Наиболее очевидны противоречия в предъявляемых властью к музею требованиях при анализе научно-просветительной работы. Ее идеологическая и финансовая оценки все больше не соответствуют: с одной стороны власть требует выполнять и перевыполнять план по посетителям, т.к. это обеспечивает выполнение и финансового плана; с другой стороны, требует вести эту работу по тематике, явно не интересной основной массе посетителей. Распространенное представление, что рыночные отношения пришли в музейное дело только в 1990-е гг. не соответствует действительности. Требования работать по договорам с предприятиями, продавать сувениры, разработка прейскурантов на использование фондов говорят о явном коммерческом подходе. Идеологические мотивы сдерживали эту тенденцию, но при смене политических идеалов она стала очевидной. Требование участвовать в идеологической работе мешало музеям Приморского края, как и музеям страны в целом, вести поиск новых форм массовой работы, востребованных у населения, мешало выполнению рекреационной функции и в целом было чревато утратой музейной специфики.

В главе 4 «Охрана памятников истории и культуры в Приморье во второй половине 1960-х – первой половине 1980-х гг.», состоящей из двух параграфов, исследуются факторы выделения охраны памятников в самостоятельное направление музейного дела в регионе в данный период, определяются особенности государственной политики в данной сфере в ее республиканском и региональном вариантах. Важным актом государственной политики стало создание в 1965 г. Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ВООПИиК). Это способствовало активизации краеведческого движения, улучшению состояния памятникооохранительной деятельности в стране и ускорению формирования сети общественных музеев.

Региональные отделения ВООПИиК создавались под покровительством местных управлений и отделов культуры. Принцип добровольности при вступлении в организацию действовал весьма формально, что характерно для общественных организаций, создававшихся в советский период. Для придания новой организации веса в числе первых руководителей ее подразделений в Приморском крае были высокие должностные лица из советских и партийных структур. В Приморском крае создание большинства местных структур ВООПИиК приходится на 1966-1967 гг. Некоторые отделения ВООПИиК оказались недолговечными и заново воссоздаваясь в начале 1980-х гг. Значительную часть членов новой организации в первые годы составляли школьники, учащиеся средних профессиональных учебных заведений, учителя, члены обществ «Знание», Охраны природы, Географического общества, а среди коллективных членов - комсомольские организации и коллективы преподавателей. Впоследствии ситуация меняется, увеличивается число юридических лиц - членов общества, растет численность первичных организаций.

Первое крупное мероприятие, в котором участвовало Приморское краевое отделение ВООПИиК - смотр-конкурс памятников 1967 г. Его материалы показывают, ожидания властей в отношении организации были явно завышены. Подводя итоги смотра, краевой Совет депутатов отмечал, что наладить работу многих местных отделений ВООПИиК не удалось. Но выявились и лидеры. На наш взгляд, более быстрое становление местных организаций ВООПИиК во Владивостоке, Спасске, Сучане (Партизанск) и Партизанском районе, Имане (Дальнереченск), Уссурийске определялось наличием до 1965-1966 гг. развитого краеведческого движения, для которого появление новой общественной структуры стало возможностью формально организоваться, получить финансовые средства на осуществление своих инициатив. Там же, где развитых традиций краеведения не было, формирование структур Приморского отделения ВООПИиК сталкивалось с трудностями. Но даже «отстающие» отделения оказывались инициаторами новых явлений в местном краеведении, например, создания первых музеев в своих населенных пунктах.

Средства Приморского краевого отделения ВООПИиК идут на финансирование работ по благоустройству и ремонту памятников, сооружению новых памятников и памятных досок. Возможность через вовлечение жителей края в работу общественной организации получить от населения дополнительные финансовые средства на весь комплекс работ, связанных с охраной и пропагандой памятников, очень важна для местных Советов, особенно там, где не было собственных значительных средств. Важным направлением деятельности ПКО ВООПИиК становится участие в государственном учете памятников. Порой именно они оказываются первыми, кто начинает заниматься данной работой, фактически принимая на себя функции государственных органов: в Уссурийске именно местное отделение общества охраны памятников истории и культуры наладило учет и паспортизацию памятников в ходе смотра 1966-1967 гг.; в Ханкайском районе мониторинг состояния памятников в 1960-е – 1980-е гг. велся не уполномоченными на то органами власти, а активистами ВООПИиК и т.д.

К смотру-конкурсу 1972 г. формирование структур ПКО ВООПИиК по большей части завершилось. Именно во время смотра 1972 г. впервые можно отметить на краевом уровне тенденции к идеологизации работы ВООПИиК. До 1972 г. в документах Приморского отделения общества охраны памятников не содержалось мероприятий, связанных с пропагандой решений съездов, формированием «коммунистической морали», «идейной убежденности» и т.п. Видимо, это было оборотной стороной процесса институционализации молодой организации: став необходимым субъектом государственной политики в области музейного дела и охраны памятников, ВООПИиК, как и ранее музеи, все в большей степени становился и субъектом пропагандистской массовой работы. Одновременное протекание процессов институционализации и идеологизации работы Общества охраны памятников видно и по иным признакам. В 1970-е гг. ПКО ВООПИиК впервые начинает планировать работу по пятилеткам. Интересно проявление в работе ВООПИиК и других тенденций времени. В планах и отчетах ВООПИиК 1970-х гг. все чаще для доказательства эффективности проделанной работы присутствует такой показатель, как выполнение и перевыполнение финансовых планов.

Оборотной стороной институционализации и идеологизации деятельности Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры, в том числе и на краевом уровне, становиться к началу 1980-х гг. потеря «креативного импульса»: уменьшение творческой активности индивидуальных членов организации, формализация деятельности первичных организаций и Советов. Это можно признать общим проявлением кризиса советской идеологии и основанной на ней модели музейного дела. В то же время анализ деятельности ПКО ВООПИиК за первые два десятилетия существования, показывает, что для территорий, где охрана памятников была развита слабо, сам факт появления организации способствовал активизации всех видов работ, связанных с объектами исторического и культурного наследия.

Законодательство второй половины 1960-х – первой половины 1980-х гг. впервые выделяет охрану памятников истории и культуры как особую отрасль музейного дела, закрепляя за данным направлением, прежде всего, охрану недвижимых памятников. Этому способствовали три фактора: 1) создание Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры в 1965 г.; 2) учреждение Государственной инспекции по охране памятников при Министерстве культуры РСФСР, согласно принятому в мае 1966 г. Постановлению Совета Министров «О состоянии и мерах улучшения охраны памятников истории и культуры в РСФСР»; 3) принятие в 1977 г. новой Конституции СССР и обновление Основных законов республик в 1978 г. Впервые в основном законе страны охрана памятников истории и культуры была выделена особая как обязанность гражданина. В 1978 г. был принят закон РСФСР «Об охране и использовании памятников истории и культуры».

Принятие в центре новых документов в очередной раз влечет активизацию на местах. В 1966 г. Совет Министров РСФСР, принял очередное постановление об улучшении охраны памятников. Выход постановления, совпавший с объявлением смотра-конкурса к 50-летию Октябрьской революции, стимулирует работы по выявлению памятников и памятных мест, постановке их на учет, оформлению охранных обязательств и т.д. К 1968 г. в Приморском крае составили новые списки памятников и памятных мест. По ним видно, что точного числа памятников власти не знают. Масса объектов, достойных постановки на государственный учет, оставалась без должного внимания властей. Только к началу 1970-х гг. Управление культуры инициирует привлечение научных сил региона для выявления таких объектов.

Смотр-конкурс памятников, как и аналогичные мероприятия для музеев, был в исследуемый период одной из важнейших форм реализации государственной политики. Несмотря на то, что к концу 1980-х гг. явно обозначилось негативное отношение к данной форме, нельзя не признать, как и в случае со смотрами музейной работы, стимулирующей роли смотров памятников. Хотя «идеологическая» мотивация превалировала: основное внимание доставалось памятникам советского периода, а культурно-массовая работа ставилась на первое место, но без смотров ситуация выглядела бы еще хуже.

Одним из важнейших мероприятий государственной политики второй половины 1960-х – первой половины 1980-х гг. стало проведение государственного учета и составление Свода памятников истории и культуры РСФСР. Данная работа, как и составление Сводного каталога Музейного фонда страны, была крайне важна для определения дальнейшего развития музейной сети страны, развития туристских маршрутов и т.п. В Приморском крае до 1971 г. работа над Сводом памятников истории и культуры не велась. После 1971 г. в крае к работе по составлению Свода привлекали ведущие научные учреждения, крупнейшие вузы, имевшие сильные научные школы. В то же время, работы над Сводом в Приморском крае приобрели затяжной характер. Дважды составлялись перспективные планы: на 1973-1975 и 1976-1980 гг. Но несмотря на это, работа над Сводом выводит охрану памятников и краеведение на новый уровень, объединяя усилия краеведов и научного сообщества в деле исследования исторического и культурного наследия региона.

В середине 1970-х – первой половине 1980-х гг. в охране памятников как в направлении практической работы происходит некое «распределение обязанностей». С одной стороны, работа над Сводом памятников истории и культуры постепенно утрачивает «идеологические» составляющие, становясь более «академической»: вне зависимости от того, кто в ней участвовал: ученые из АН СССР и ведущих вузов или краеведы-любители, они занимались выявлением памятников и памятных мест, их учетом и паспортизацией. С другой стороны, научно-исследовательская составляющая уходит из смотров-конкурсов, превращая их по большей части в мероприятия с ярко выраженной идеологической составляющей – использование памятников в коммунистическом воспитании трудящихся. Смотры-конкурсы начала 1980-х гг. явно демонстрируют утрату интереса к их проведению и у органов власти на местах, и у общественности. На этом фоне возможность распределить «идеологические» и «неидеологические» формы работы с памятниками между смотрами-конкурсами и составлением Свода оказалась благом: потеря интереса к проведению и участию в очередном смотре не повлияла на оценку важности работ по составлению Свода.

Важный результат работы над Сводом - уточнение списков памятников, поставленных на государственный учет, предпринимавшееся в 1974, 1976, 1980, 1983 гг., что свидетельствовало о росте внимания краевых властей к вопросам охраны памятников, желании улучшить состояние этой работы на местах. Затягивание и не завершение работ над Сводом памятников истории и культуры можно объяснить объективными причинами: отсутствие достаточного числа подготовленных кадров для проведения работ такого объема и сложности; плохое состояние выявления и учета памятников в предшествующие годы; излишнее внимание к идеологической работе с памятниками в первые годы работы над Сводом; неумение властей координировать данную работу и добиваться реализации государственной политики в области охраны памятников истории и культуры.

В главе 5 «Музейное дело Приморского края в условиях поиска новой концепции развития (1985-2000 гг.)», состоящей из двух параграфов, исследуются изменения, произошедшие за полтора десятилетия «перестройки» и «рыночных реформ», связанные с поиском новой модели развития музейного дела в стране и в регионе. Кризис модели музейного дела, сложившейся в советский период, очевидный уже в конце 1970-х – начале 1980-х гг., становится предметом активных обсуждений с началом «перестройки». Идет поиск новой модели управления музейным делом. Но изменения происходили медленно, особенно в сфере идеологии. Это видно по формам отчетности государственных музеев: до 1989 г., отчитываясь за комплектование фондов, особо указывали поступления по советскому периоду. В 1992 г. после упразднения Министерства культуры СССР функции руководства музеями перешли к Министерству культуры РФ. После конфликта Президента и Верховного Совета РСФСР в конце 1993 - начале 1994 гг. упраздняется система Советов, и к началу 1994 г. их полномочия передаются законодательным собраниям и администрациям в субъектах Федерации. При последних образуются управления культуры. Реформа в Приморье прошла довольно формально: руководителем Управления культуры Приморского крайисполккома, а затем Администрации Приморского края с 1989 по 2002 г. был В.В. Хрипченко. Таким образом, к 1994 г. в Российской Федерации сложилась система управления культурой, в том числе музейным делом, просуществовавшая до апреля 2004 г.

Новшеством исследуемого периода стало появление музейных ассоциаций. В Приморье в 1990-е гг. инициатива их создания принадлежала ведомственным и общественным музеям. В 1998 г. на базе Музея Института биологии моря ДВО РАН создали Региональный координационный центр Ассоциации естественноисторических музеев России Международного совета музеев (ICOM), а в 2000 г. директор этого музея К.А. Лутаенко возглавил Ассоциацию малых музеев г. Владивостока.

Во второй половине 1980-х - 1990-е гг. активно обсуждался вопрос об обновлении музейного законодательства. Огромную роль играли подзаконные акты, многие из которых действуют до сих пор, не «передав эстафету» соответствующим законам. Из подзаконных актов начала 1990-х гг., для развития музейного дела крайне важно Распоряжение Президента РФ № 281-РП (САП 94-17) от 23 апреля 1993 г. «О передаче религиозным организациям культовых зданий и иного имущества», законодательно оформившее процесс реституции имущества религиозных организаций. Хотя музейная общественность часто называет распоряжение документом, отрицательно повлиявшим на ситуацию в музейном деле, мы склонны не согласиться с однозначно отрицательной оценкой. Насколько благоприятнее складывается ситуация после принятия данного документа можно увидеть на примере реституированных объектов в Приморском крае. Из объектов, возвращенных религиозным организациям в Приморье, только в двух ранее находились музеи: Храм Спаса Нерукотворного в Дальнереченске – с 1970 по 1990 гг. здесь находился Музей истории г. Дальнереченска (филиал ПГОМ им. В.К. Арсеньева); и Церковь Св. Павла евангелическо-лютеранской Церкви во Владивостоке, в которой с 1951 по 1996 гг. располагался музей КТОФ. Первый объект был передан Русской Православной церкви в 1990 г., т.е. еще до выхода распоряжения № 281-РП, а второй - возвращен лютеранской общине г. Владивостока в 1997 г., т.е. уже после выхода документа. Первую ситуацию с Музеем истории г. Дальнереченска можно охарактеризовать как неблагоприятную для развития музейного дела, вторая – с музеем КТОФ демонстрирует, что процесс реституции может идти с учетом интересов всех сторон. На наш взгляд возвращение имущества действующим в РФ конфессиям и их общинам должно идти, но нужен механизм защиты, как передаваемых ценностей, так и тех, что остаются в полном распоряжении федеральных и местных властей. Важно решить вопросы, связанные с перемещением музейных фондов в новые помещения при передаче прежних в пользование конфессий, чтобы не допускать прекращения работы действующих музеев, лишая граждан возможности удовлетворения их образовательных, исследовательских, досуговых интересов.

Формирование нового российского музейного законодательства пришлось на 1990-е гг. Эти документы имели разное влияние на региональную ситуацию в музейном деле. Так, деятельность комиссии по реституции культурных ценностей и закон 1998 г. «О культурных ценностях, перемещенных в СССР в результате II Мировой войны и находящихся на территории Российской Федерации», вызвавшие страстную полемику в органах власти и среди простых граждан в центре, не затронули музеи Приморского края.

В 1993 г. вступил в силу Закон РФ «О вывозе и ввозе культурных ценностей». В соответствии с законом в 1996 г. во Владивостоке создано Территориальное управление Департамента Министерства культуры Российской Федерации по сохранению культурных ценностей. В сфере компетенции - Приморский край и Сахалинская область. В том же году сформирована экспертная комиссия из 32 чел. С каждым годом росло число предметов, представляемых для проведения экспертиз таможней и органами МВД. Управление осуществляло контроль за сохранением памятников истории и культуры в регионе. Сотрудники Территориального управления сотрудничали с таможенными органами в подготовке квалифицированных кадров.

В 1996 г. был принят закон «О музейном фонде Российской Федерации и музеях в Российской Федерации». В нем впервые после 1917 г. ввели понятие и определили статус негосударственной части Музейного фонда РФ. В Приморье организация частных музеев началась еще в период «перестройки». Первая попытка «музеефикации» частных коллекций была предпринята в 1989 г. Владивостокский горисполком принял решение о создании музея частных коллекций. Но данный проект не был реализован. Негосударственные инициативы оказались более продуктивными: в 1989 г. по инициативе А.И. Городнего был зарегистрирован Фонд «Сотворчество» (позже Фонд «Артэтаж») и галерея «Артэтаж». Появились инновационные частные проекты. В Приморском крае они в основном имели коммерческий характер: галерея-кафе-ресторан «Ностальгия», галерея «Версаль», галерея современного искусства «АРТ - Территория».

Одним из важнейших направлений государственной политики в области музейного дела и охраны памятников, в том числе и на региональном уровне, становиться защита материального наследия. В период «перестройки» здесь происходят существенные изменения. После выхода в 1988 г. закона СССР «О кооперации» по инициативе краевых властей в регионе были созданы специальные кооперативы для реставрационных работ. В 1990 г. в Приморском крае был создан Научно-Производственный центр по охране и использованию памятников истории и культуры (НПЦ), получивший права юридического лица.

С «перестройкой» связано усиление внимания властей к развитию туризма, особенно иностранного. Это активизировало создание планов культурного строительства, где музеям впервые отвели значительное место. На вторую половину 1980-х гг. приходятся самые грандиозные планы развития сети культурных учреждений Владивостока. В 1989 г. Владивостокский горисполком был намерен передать 20 зданий-памятников истории и культуры под учреждения культуры, из них – 8 под новые музеи, музейные клубы и Дом пропаганды культурного наследия ВООПИиК. Но большинство планов по разным причинам не реализовалось.

Страницы: 1  2  3  4  5  6  7