Delist.ru

Стили научного познания и их стандарты (01.07.2007)

Автор: Пискорская Светлана Юрьевна

Гипотетико-дедуктивный метод представляет собой метод научного познания, сущность которого заключается в создании системы дедуктивно связанных между собой гипотез, из которых, в конечном счете, выводятся утверждения об эмпирических фактах.

Аксиоматический метод представляет собой способ построения научной теории, в основе которого лежат некоторые исходные положения (аксиомы), из которых все остальные положения данной теории выводятся чисто логическим путем, посредством доказательства. Отмечается, что современное понимание аксиоматического метода не требует априорной очевидности аксиом. Последние должны удовлетворять лишь одному условию: из них, и только из них, с помощью принятых логических правил выводятся все остальные положения данной теории. Вопрос об истинности выбранных таким образом аксиом не поднимается, он решается в рамках других научных теорий или при нахождении интерпретации данной системы: установление истинной интерпретации формализованной аксиоматической системы свидетельствует об истинности принятых в ней аксиом.

Ценностный исследовательский подход предполагает аксиологический подход к научному познанию, оперирование ценностными характеристиками понятий, норм, процедур. Он может быть представлен самыми различными уровнями и аспектами в зависимости от того, в каком ракурсе (логико-эпистемологическом, социокультурном или социально-психологическом) рассматриваются конкретные науки, их компоненты и научное познание в целом.

В заключении диссертант приходит к следующим выводам. Знание, полученное на основе представленных стандартов, выступает как теоретическая конструкция, в которой характеристики познаваемого объекта формулируются по принципу удвоения мира, что соответствует теории познания как теории репрезентации и метафизическому стилю научного познания в целом. Данные методы и исследовательские подходы направлены на отвлечение от всеобщей связи явлений, на выделение «свободных от нее объектов», они ориентируют исследователя на изобретение идеализированных, абстрактных объектов и формирование проективного, правдоподобного, вероятностного знания.

В четвертом параграфе «Стандарты научности» выявляются и анализируются стандарты научности метафизического стиля научного познания: доказательность, непротиворечивость теории и вероятностный характер результатов научного познания. Отмечается, что одними из важнейших требований к любой научной теории являются доказательность, цель которой состоит в обосновании истинности или ложности научных положений, и непротиворечивость, как в отношении теорий друг к другу, так и в отношении научных теорий к реальности (отношение знания к реальности).

Диссертант показывает, что в рамках метафизического стиля научного познания, доказательность приобретает значение технологии доказательств, элиминации теорий, конструктивизма, дедуктивной логики, а требование непротиворечивости распространяется только на отношение научных теорий друг к другу (когерентность теорий и соответствующая им когерентность истины).

На широком историко-философском материале диссертант доказывает, что согласно когерентной теории, мера истинности высказывания определяется его ролью и местом в некоторой концептуальной системе: чем более связаны или согласованы между собой наши идеи, тем в большей степени они истинны. Элементы такой системы должны быть связаны друг с другом отношениями логической импликации или следования - в этом и состоит смысл отношения когерентности. В случае, если теория признается непротиворечивой, все ее положения и теоремы принимаются, как истинные вне зависимости от того отражают они реальную действительность или нет, т.е. вне зависимости от того являются ли они образом или репрезентацией, а потому выступают как более или менее вероятностные.

Автор показывает, что понятие «вероятностное знание» применяется в науке уже более ста лет. Его использовали в своих работах Р. Рихтер (вероятностное знание как результат вероятного познания), Р. Карнап (вероятностное знание как более или менее правдоподобное предсказание) и другие ученые. Узловым моментом здесь выступает представления о вероятности как характеристики качества знаний, отличающей вероятностное знание как от достоверного (истинностного), так и от ложного знания.

Отмечается, что вероятностное знание возникает в процессе познавательной деятельности в ходе реализации теории познания как теории репрезентации. Показано, что существует две основных версии вероятностного знания - неономиналистская и неореалистская. Вероятностное знание в неономиналистском значении выступает как описание (предполагается, что репрезентант не познаваем, и потому его можно только описывать, при этом описание предполагает ту или иную степень вероятности). В неореалистском значении вероятностное знание выступает в качестве абстракции, с некоторой степенью вероятности предполагающей ее восполнение (например, вещами или процессами).

В заключении диссертант приходи к следующему выводу: знание, полученное на основе данных стандартов научности (доказательность, непротиворечивость, вероятностное знание), выступает как самостоятельная теоретическая конструкция, в которой характеристики познаваемого объекта формулируются по принципу удвоения мира.

В пятом параграфе «Стандарты социальности» диссертант обосновывает положение о том, что среди основных стандартов социальности метафизического стиля научного познания имеют место: индивидуализм, свобода личности, свобода слова, свобода совести, конкуренция и утилитаристский тип прогресса.

Cтандарт индивидуализма определяет тип мировоззрения, согласно которому признается ценность интересов отдельного человека, утверждается вера в возможность отдельного человека влиять на окружающий мир, изменяя его в соответствии со своими индивидуальными потребностями и ценностями. В зависимости от специфики способов освоения действительности и сфер общества выделяют теоретическую, этико-политическую, хозяйственную и другие формы индивидуализма. Так, теоретический индивидуализм признает реальность только индивидуального (таково, в частности, учение номинализма), реальность собственного сознания или Я (солипсизм и теория репрезентации), отрицая возможность обязательных для всех положений или взглядов (субъективизм, перспективизм, плюрализм). Основными формами существования этико-политического индивидуализма выступают автономное существование индивида, анархия, эгоизм, либерализм. Что касается хозяйственной формы индивидуализма, то она представляет экономическую жизнь общества и составляющих его индивидов в качестве свободной игры сил и, прежде всего, рыночной конкуренции. Принятие индивидуализма в качестве стандарта социальности предполагает рассмотрение его «базовых элементов» - «свободной личности», «свободы слова», «свободы совести».

Свободная личность раскрывает стандарт социальности, идентифицирующий индивидуалистический способ производства общественной жизни. Данный стандарт предполагает свободу, ограниченную определенной совокупностью норм права, в рамках которых свободная личность выступает как личность искусственно свободная.

Свобода слова представляет собой стандарт социальности, согласно которому осуществляется потребность выразить свое мнение, вне зависимости от того, насколько оно существенно и необходимо другим и которое ограничивается, главным образом, только нормами права (при этом зачастую занижаются нормы морали).

Свобода совести определяет стандарт социальности, согласно которому личность имеет духовное начало, не зависящее от общества, а потому каждый человек имеет право думать и верить, как он хочет, и никто не имеет права просвещать или ограничивать его мышление, веру, поступки или желания.

В качестве стандарта социальности свободная конкуренция представляет собой принцип регуляции общественных процессов. Основанная на признании стандарта свободы, конкуренция представляет собой абсолютизацию соперничества, цель которого - выживание «сильнейшего» и «право на все».

Принятый в качестве стандарта социальности утилитаристский прогресс базируется на таких стандартах естественности, как свобода воли и «право на все». К основным характеристикам данного стандарта следует отнести: акцентирование внимания на удовлетворении, росте и возвышении потребностей; уровень потребления как ведущий критерий прогресса; оправдание вражды как следствия борьбы за материальные блага.

В заключении диссертант приходит к выводу: данные стандарты представляют собой основные характеристики индивидуалистического способа производства общественной жизни; стандарты социальности выступают в качестве социально-теоретических и социально - практических реализаций теории репрезентации и метафизического стиля научного познания в целом.

Во второй главе «Диалектический стиль научного познания и его стандарты» выявляются и анализируются основные стандарты диалектического стиля научного познания.

В первом параграфе «Стандарты естественности» выявляются и анализируются основные стандарты естественности диалектического стиля научного познания: «совершенствование» («усовершение»), «совершенная добродетель», «гармония социальных норм» и их коренное отличие от стандартов естественности метафизического стиля научного познания.

Тезис о том, что совершенство (совершенствование) - это естественное состояние людей обосновывался в положениях о божественной природе человека, о сотворении человека Богом по Образу и Подобию своему, развиваемых христианской теологией. Первоисточник этой идеи коренится в учении Откровения, согласно которому человек есть венец и высшая цель творения. Теологи признавали, что первоначальный, естественный путь (естественное состояние) человека был связан с Божественным Проведением, и основная причина всех человеческих несчастий заключается в неправильно выбранном ими новом пути (стандарте естественности) - жить «по своей воле, от себя и для себя».

Следовательно, уже здесь происходит своеобразное противопоставление стандартов естественности, выработанных в рамках метафизического стиля научного познания (свобода воли) и диалектического (совершенство, совершенствование). Отсюда возможно и теоретическое обоснование первичности и, следовательно, естественности стандарта совершенствования, выражающего стремление человека и человечества к дальнейшему усовершенствованию индивидуальной и социальной природы. На базе данного стандарта раскрывается специфика стандарта совершенной добродетели.

Стандарт совершенной добродетели нацеливает на «доброделание» (делание добра) и предполагает «деятеля добра», человека, который совершает благие деяния. Совершенная добродетель, благодаря заключенному в ней противоречию (наличие в человеке социального и биологического), предстает как определенный ключ к пониманию природы и механизмов развития, самосовершенствования (восполнения несовершенства, достижения полноты) и совершенствования общественных отношений. Эти обстоятельства актуализируют стандарт гармонии социальных норм.

Гармония социальных норм является своеобразной альтернативой такому стандарту естественности метафизического стиля научного познания, как «право на все». Возможность подобного противопоставления заключается в том, что, во-первых, как и любое положение о гармонии, она базируется на всеобщей связи явлений, в отличие от «права на все», демонстрирующего свободу воли и признающего существование свободных объектов (в частности, как ничем и ни с кем не связанных, а значит свободных для захвата). Во-вторых, гармония социальных норм ориентирована на стандарт совершенной добродетели, одним из основных требований которого выступает взаимопомощь и сотрудничество, тогда как «право на все», ориентировано на «вражду всех против всех», естественный отбор и конкурентную борьбу.

В заключении диссертант формулирует следующие выводы. В качестве стандарта естественности «совершенствование» («усовершение») определяет суть диалектического стиля научного познания, его направленность на получение совершенного знания. Данные стандарты служат предпосылкой понимания естественного состояния природы («совершенство в смысле гармонического устройства мира», всеобщая связь явлений), обеспечивают диалектическую методологию и перспективу познания (знание как образ действительности); формируют мировоззренческую установку, нацеливающую на взаимопомощь и любовь к ближнему. Анализ качественной стороны указанных стандартов выявил их противоположность стандартам естественности метафизического стиля научного познания.

Во втором параграфе «Стандарты рациональности» исследуются стандарты рациональности диалектического стиля научного познания: диалектика единого и много, объективность истины, диалектика абсолютного и относительного, рационального и внерационального в познании, диалектическая логика. Диалектика единого и много выступает в качестве стандарта рациональности, согласно которому познание осуществляется в контексте всеобщей связи явлений, единства противоположностей, целого и части, в соответствии с чем единое существует как многое, а многое как единое. Такое понимание единого представляет собой не просто результат суммирования сходных черт, присущих множеству объектов, но формирование образа действительности на основе диалектики абстрактного и конкретного при помощи методов индукции и дедукции, анализа и синтеза.

В качестве стандарта рациональности объективность истины нацеливает на формирование такого содержания человеческих знаний, которое не зависит от его воли и желания субъекта. Согласно данному стандарту истина (как знание) содержится в субъекте, и в этом смысле она субъектна, но не субъективна, поскольку не конструируется по воле или желанию людей, а определяется содержанием отражаемого объекта, что и обусловливает ее объективность. Последнее обстоятельство позволяет рассматривать объективность истины как противоположность стандарту конвенционализма.

Диалектика абсолютного и относительного в истине раскрывается как стандарт рациональности, согласно которому процесс познания состоит в возникновении и разрешении противоречий между добытым знанием и познаваемым объектом. Утверждая, что каждая относительная истина означает шаг вперед в познании истины абсолютной, диалектика абсолютного и относительного приводит к пониманию возможности достоверного познания мира. Тем самым, рассматриваемый стандарт рациональности противоположен стандарту пробабилизма, предполагающему, что развитие науки свидетельствует лишь о смене последующих друг за другом заблуждений и на этом основании отрицающих существование объективной истины.

Диалектика рационального и внерационального представляет собой стандарт, определяющий диалектическое единство рациональной (интеллектуальной) деятельности и всего многообразия внерациональных видов человеческих способностей (творчества, воображения, веры и т.д.). Наиболее важным здесь выступает то, что рассматриваемый стандарт выступает в качестве характеристики совершенного знания, поскольку предполагает достижение знания, наиболее полно отображающего содержание прообраза путем признания рациональных и внерациональных видов человеческих способностей в процессе получения и производства новой информации.

Диалектическая логика определяется как стандарт, согласно которому формы мышления (понятия, суждения, умозаключения) выступают как образы действительности, неотделимые от своего прообраза (объекта познания) и раскрывающие его содержание в наиболее полной форме.

В заключении диссертант формулирует следующие выводы. Данные стандарты являются следствием реализации теории познания как теории отражения, поскольку предполагают признание объективно-реального существования объекта познания, возможность его адекватного отражения, процесс движения к абсолютной истине через преодоление заблуждений и, следовательно, возможность достоверного познания мира. Рассмотренные стандарты предстают в качестве определенных характеристик совершенного знания, в той или иной плоскости раскрывающих его полноту. Анализ качественной стороны указанных стандартов выявил их противоположность стандартам рациональности метафизического стиля научного познания.

В третьем параграфе «Методологические стандарты» в качестве методологических стандартов диалектического стиля научного познания диссертант различает на философском уровне диалектический метод, на общенаучном уровне - методы анализа и синтеза, индукции и дедукции, диалектику абстрактного и конкретного, системный, структурно-функциональный и деятельностный исследовательские подходы.

Отмечается, что методы анализа и синтеза диалектически взаимосвязаны: разложение единого на отдельные элементы исключает их соединение в единое целое, однако в действительности они не только предполагают друг друга, но и не могут друг без друга существовать. Аналитический процесс невозможен, если не совершился синтез, поскольку анализ должен разлагать на отдельные элементы (стороны, свойства) какое-то целое, которое уже есть результат синтеза как соединения определенных элементов. Диссертант доказывает, что в отличие от метода идеализации (мысленного конструирования понятий об объектах, не существующих и не осуществимых в действительности), знание, полученное с помощью методов анализа и синтеза выступает как образ действительности, имеющий свой реальный прообраз. Это связано с наличием объективной основы методов анализа и синтеза, поскольку они являются специфическим отражением закономерностей природы.

Методы индукции и дедукции представляют собой диалектически связанные способы движения мысли, при которых под индукцией понимают движение мысли от единичного (опыта, фактов) к общему (их обобщению в выводах), а под дедукцией - движение процесса познания от общего к единичному. В рамках диалектического стиля научного познания методы индукции и дедукции предстают как противоположные, но необходимые и взаимосвязанные стороны процесса познания.

Согласно диалектической логике, объект познания представляет собой диалектическое единство абстрактного и конкретного - конкретную целостность всех его абстрактных моментов, сторон, форм существования и саморазличения. В процессе развития исследуемого объекта как целостной системы, абстрактное не противопоставляется конкретному, являясь моментом самого конкретного. В качестве методологического стандарта диалектика абстрактного и конкретного позволяет проникнуть в сущность исследуемых объектов, представить во взаимосвязи взаимозависимости все его необходимые стороны и отношения. Последнее обстоятельство роднит его с системным и структурно-функциональным подходами.

Системный подход представляет собой совокупность методологических требований, в основе которых лежит рассмотрение объектов как систем, и, соответственно, выявление таких характеристик исследуемого объекта, как: системность, организованность, структурность и т.д. В основе структурно-функционального подхода лежит выделение структуры целостных объектов - совокупностей устойчивых отношений и взаимосвязей между элементами и их (роли) функций относительно друг друга. Этот подход, является своеобразным воплощением диалектики абстрактного и конкретного, методов анализа и синтеза, индукции и дедукции.

Деятельностный подход предполагает исследование «человеческого мира» как мира деятельности в единстве всех аспектов ее развития и осуществления, в единстве ее сущностных сил и их конкретно-исторических проявлений, в разнообразии форм материальной и духовной культуры. И поскольку данный подход характеризует попытку теоретического объяснения большого круга проблем, постольку он предметно реализуется не только в теории познания, но и в методологии науки, логике, психологии, лингвистике.

В заключении диссертант приходит к следующим выводам. Знание, полученное на основе представленных стандартов, выступает как образ действительности, имеющий свой прообраз, что соответствует теории познания как теории отражения. Рассмотренные методы и подходы предполагают наличие всеобщей связи явлений и направлены на выявление закономерных связей и отношений, что полностью соответствует диалектическому стилю научного познания. Анализ качественной стороны указанных стандартов выявил их противоположность методологическим стандартам метафизического стиля научного познания.

В четвертом параграфе «Стандарты научности» выявляются и анализируются основные стандарты научности диалектического стиля научного познания: доказательность, непротиворечивость теории и совершенное знание (в контексте теории отражения) как результат научного познания.

Диссертант показывает, что в рамках диалектического стиля научного познания под доказательством понимается процесс установления объективной истины (с учетом ее субъективной стороны) посредством практических и теоретических действий и средств; исследование считается доказательным в том случае, если оно раскрывает логику развития предмета. Отмечается, что доказательность, как обоснование истинности тезиса (теоремы, научной теории), тесно связана со стандартом непротиворечивости.

Страницы: 1  2  3  4  5  6  7