Delist.ru

Cтруктура и динамика социально-политических конфликтов в современном российском обществе (01.07.2007)

Автор: Чувашова Наталья Ивановна

7. Деятельность элитных групп, направленная преимущественно на реализацию узкокорпоративных интересов за счет перераспределения национального богатства, стала основным фактором, инициирующим обострение социальной напряженности в обществе. В ходе внутриэлитного противоборства, обусловленного различием корпоративных, политических интересов и идеологических предпочтений различных сегментов элиты, элитные группы неоднократно использовали механизм мобилизации массового недовольства в своих целях. Межпартийное взаимодействие является дополнительным средством внутриэлитного противоборства и не выполняет функции институционализации конфликтного взаимодействия и поддержания баланса интересов различных социальных групп в обществе.

8. Существует несоответствие между социальной и политической стратификациями российского общества. Если социальная структура имеет куполообразную форму, наиболее массивная часть которой представлена слабо адаптированным большинством, то конфигурация политической стратификации характеризуется утолщением ее серединной, центристски ориентированной части. В социально слабоструктурированном обществе идейно-политические позиции подвижны и изменчивы, более весомым фактором является углубление социального неравенства.

9. Основной причиной недовольства массовых социальных групп является низкий уровень материального благосостояния, различие идейно-политических ориентаций не играет существенной роли. Пики социального недовольства совпадают с периодом резкого падения уровня жизни (1992 г.), или массовыми задолженностями по зарплате (вторая половина 90-х гг.), или очередным этапом «реформ», ухудшающим материальное положение массовых слоев населения (монетизация льгот, январь 2005 г.).

Наиболее протестно активными группами являются бюджетники, городские пенсионеры, рабочие малорентабельных предприятий, которые обладают незначительными политическими, организационными ресурсами, не способны оказывать блокирующее воздействие на экономику. Вследствие указанных факторов акции наиболее массовых групп «протестантов» малоэффективны и достаточно легко нейтрализуются властными структурами.

10. Факторами, сдерживающими перерастание латентных конфликтов в манифестные, являются: а) незавершенность социальной структуризации российского общества, низкий уровень самоорганизации массовых социальных групп, «зависших» в состоянии перехода от «класса в себе» в «класс для себя»; б) распыленность социального протеста по разным линиям социальной напряженности; в) разный уровень силы основных конфликтующих групп: аморфным, неконсолидированным «народным массам» противостоит новый правящий класс, обладающий всем комплексом политических, информационных, финансовых, административных ресурсов, осознающий и целенаправленно реализующий свои интересы; г) отсутствие организованной политической силы (партии, движения, сильных независимых профсоюзов), способной к консолидации протеста.

11. В силу низкого уровня самоорганизации массовых социальных групп усиление эффективности массовых действий возможно лишь в рамках широкого социального движения на основе общезначимых требований при наличии организующей силы протеста (партии или блока политических сил, профсоюзов, демократически ориентированной части элиты). Перспективы имеет только движение демократической направленности, включающее в себя социально и экономически активные группы, преобладающие в крупных городах. Игнорирование властвующими структурами коренных причин социального протеста, сдерживание его через разовые уступки ведет к аккумуляции социального недовольства в скрытом, неинституционализированном состоянии. Это блокирует корректирующую, инновационную функцию конфликта, усиливает его деструктивное воздействие на социально-политичес-кие процессы в российском обществе.

12. Условием долгосрочного урегулирования социально-политических конфликтов является достижение общественного консенсуса, что предполагает: поворот от неолиберального курса реформ к проведению социально ориентированной политики с целью создания гуманного, демократического общества; осуществление государственной политики на основе учета и согласования интересов массовых социальных групп; наличие политической воли элитных групп к реализации общенациональных задач и соответствующей им корректировке курса реформ; организованное давление на власть со стороны массовых групп с целью поворота к социально ориентированной политике.

Теоретическая и практическая значимость работы. Теоретические и методологические подходы, реализованные в диссертации, восполняют пробел в комплексном исследовании структуры, динамики и механизмов развертывания социально-политических конфликтов в современном российском обществе.

Положения и выводы, сформулированные в диссертации, будут использованы для дальнейшего изучения социально-политических конфликтов в российском обществе, могут способствовать созданию целостной концепции социального конфликта в условиях переходного общества, а также будут полезны при анализе и прогнозировании социально-политических процессов в российском обществе.

Содержащиеся в диссертации положения и рекомендации могут представлять интерес для практической деятельности органов государственной власти и партий по достижению общественного согласия.

Исследование специфики регионального политического режима и основных линий социальной напряженности на областном уровне дают возможность работникам региональных органов государственной власти, представителям местных СМИ более квалифицированно судить о социально-политических процессах в Архангельской области. Рекомендации, предложенные для урегулирования конфликтных ситуаций на региональном уровне, могут быть применены для создания комплексного механизма урегулирования конфликтов на областном уровне и улучшения взаимодействия региональных властей с общественностью.

Основные положения исследования могут найти применение при подготовке и чтении курсов по политологии и конфликтологии. Материалы диссертационной работы будут использованы автором для написания глав в коллективных учебниках по политологии, предполагаемых для издания в Поморском государственном университете им. М.В. Ломоносова и Архангельском государственном техническом университете.

Апробация работы проводилась на II Всероссийском социологическом конгрессе «Российское общество и социология в XXI веке: социальные вызовы и альтернативы» (МГУ, октябрь 2003 г.), Ломоносовских чтениях (ИППК МГУ, май 1997 г., май 2003 г.), на трех международных научных конференциях (Архангельск, май 2001 г., май 2003 г., апрель 2004 г.), на региональной научно-технической конференции (Архангельск, май 2004 г.), на Всероссийских научных конференциях (Мурманск, июнь 1994 г., Архангельск, ноябрь 1996 г., май 2006 г., май 2007 г.). Диссертация обсуждена на кафедре мировой и российской политики Московского государственного университета им. М.Н. Ломоносова и рекомендована к защите.

Структура диссертации. Диссертационное исследование состоит из введения, пяти глав, заключения, списка литературы, списка сокращений.

Основное содержание работы

Во введении дается обоснование актуальности темы исследования, освещается степень ее разработанности, формулируются цель и задачи работы, ее методологическая база, выделяется новизна исследования и положения, выносимые на защиту, определяется практическая значимость работы.

В первой главе «Теоретико-методологические основы исследования социального конфликта» определяются основные методологические и концептуальные подходы к предмету исследования.

В первом параграфе «Понятие социального конфликта» уточняется определение социального конфликта и обосновывается выбор методологии его исследования. Диссертантом отмечается, что в теоретико-методологическом плане можно выделить два основных подхода к определению конфликта: деятельностный и мотивационный.

Представители первого (Р. Мак, Р. Снайдер, Р. Парк, Л. Козер и др.) рассматривают конфликт как разновидность борьбы, как осознанное противоборство социальных субъектов с несовместимыми интересами. Деятельностный подход предполагает относительно узкое понимание конфликта, отождествляя его с открытыми, реализованными действиями социальных субъектов друг против друга, оставляя за пределами категории «конфликт» источники и мотивы конфликтного поведения.

Сторонники второго, мотивационного, подхода (Р. Дарендорф, К. Боулдинг, А. Рапопорт, И. Галтунг, Л. Крисберг и др.) расширяют границы конфликта до всех форм проявления антагонистических отношений, включая в категорию «конфликт» как само конфликтное взаимодействие, так и мотивацию конфликтного поведения. Они считают, что противодействие в форме открытой борьбы не является необходимым признаком конфликта. Конфликт наличествует и в случае первоначально неосознаваемого, но объективно детерминированного противоречия интересов сторон.

В отечественной конфликтологии есть сторонники как первого (Л.И. Никовская, А.К. Зайцев, Е.И. Степанов, В.Н. Шаленко и др.), так и второго подхода (А.Г. Здравомыслов, Ю.Г. Запрудский, А.Н. Чумиков и др.).

В своей работе диссертант исходит из широкого понимания категории «конфликт» и соответственно определяет социальный конфликт как целенаправленное, явное или скрытое, противоборство социальных субъектов с противоположными или несовместимыми интересами.

Противоположность интересов социальных субъектов определяется внутренней противоречивостью общественного развития и, в первую очередь, неравенством социального положения. Существуют интересы не только вещественного (экономические и прочие блага и преимущества), но и позиционного характера (место субъекта в структуре власти, возможности обеспечения доминирования той или иной системы ценностей).

Социальный конфликт представляет собой многомерное явление, для исследования которого необходимо применение как объектного, так и субъектно-деятельностного подходов. Анализ и урегулирование масштабных социальных конфликтов предполагает понимание структурных факторов зарождения конфликта, поскольку: а) конфликт – это форма проявления социального противоречия на субъектно-деятельностном уровне; б) конфликтующие социальные общности являются элементом социальной структуры общества на определенном этапе его исторического развития; в) сами ущемляемые потребности социально обусловлены.

На стадии открытого конфликта приоритет отдается субъектно-деятельностному подходу, акцентирующему внимание на формировании субъектов конфликтного взаимодействия, базовых характеристиках конфликтующих сторон, стратегии конфликтного взаимодействия, технологии урегулирования конфликта.

Во втором параграфе «Основные концепции генезиса социального конфликта» автор анализирует концепции (К. Маркс, Р. Дарендорф, И. Галтунг и др.), обосновывающие структурные источники конфликтов, и определяет их теоретическую и практическую значимость применительно к российскому обществу. Из марксистской теории почерпнута важнейшая идея современной теории конфликта о причинной связи конфликта с объективными социальными противоречиями. Маркс обосновал неотделимость развития общественного разделения труда и появления имущественных различий. В марксистской теории основные конфликтующие группы (классы) формируются в соответствии с их экономическим положением, которое определяется отношением к средствам производства. Марксистские положения о роли экономических факторов, группового интереса, значении социального неравенства и борьбы за ограниченные ресурсы присутствуют во многих конфликтологических теориях.

Свою концепцию социального конфликта создал современный немецкий социолог Р. Дарендорф. Социальные конфликты, по его мнению, вырастают из структуры обществ, являющихся союзами господства. Союзом господства («институционально координируемой ассоциацией» – ИКА) Дарендорф обозначает любую социальную единицу (группу, организацию, общество), где существует дифференциация социальных позиций и ролей по отношению к власти. Господство в концепции Дарендорфа выполняет две функции: 1) обеспечивает интеграцию общества посредством санкционирования норм; 2) порождает конфликт вследствие неравного распределения властных позиций. Таким образом, основной источник конфликта – борьба за перераспределение власти (фактического господства) и авторитета (легитимного господства) в ИКА между конфликтующими группами.

Выводы Дарендорфа относительно механизма развертывания конфликта, условий и этапов формирования конфликтных групп, факторов интенсивности и насильственности конфликта выступают как методологическая основа для исследования современных конфликтов. Дарендорф обосновал необходимость институционализации и урегулирования конфликтов.

Заметный вклад в понимание природы социального конфликта внес И. Галтунг. Теория структурного насилия Галтунга – своеобразное развитие представлений о структурной обусловленности социальных конфликтов в сочетании с современными концепциями «теории человеческих потребностей» и «статусной инконсистенции». Структурное насилие (непрямое и не всегда связанное с лицом) определяется Галтунгом как «социальная несправедливость», как неравное распределение власти и ресурсов. Структурное насилие встроено в социальные структуры и поддерживается ими посредством рангового соответствия и зависимого взаимодействия социальных субъектов. Условием достижения социальной справедливости являются равное распределение власти и ресурсов и равноправные неэксплуататорские отношения. Исследования Галтунга внесли значительный вклад в понимание природы конфликтов и их разрешение.

Многомерность социального пространства российского общества обусловливает необходимость применение для исследования структурных источников конфликтов положений различных концепций. В современной России основой формирования «экономических» классов стало место, занимаемое социальными субъектами во властно-административной структуре. Принадлежность к «властвующей группе» открывала возможность для приватизации общенародной собственности, доступ к распоряжению природными ресурсами, контролю над финансово-денежными потоками. Правящий слой превратился в экономически господствующий класс, генетически и функционально связанный с другими группами собственников (теневой бизнес, предприниматели).

Стремительная поляризация российского общества актуализировала дихотомическую модель классового конфликта К. Маркса. По мнению многих авторитетных исследователей, в настоящее время в стране формируется социальная структура классового типа с присущим ей конфликтом «труда и капитала». Политические и экономические факторы социального неравенства дополняют и усиливают друг друга, что ведет к возникновению глубоких социальных противоречий между формирующимся классом «властесобственников» и широкими народными массами.

Усиливается неравенство между новым господствующим классом и массовыми слоями населения в доступе к современным технологиям, здравоохранению, образованию, распределению жизненных шансов. Угроза депопуляции населения, кризис нравственных ценностей, возникновение «застойной» бедности дают основания расценивать сложившееся в обществе положение как структурное насилие, как состояние «холодной гражданской войны». Эффективным средством управления массовым поведением стали информационные технологии, медиаманипулирование. Таким образом, для понимания причин и содержания современного социально-политического конфликта необходимо выявить его источники, заключенные в противоречиях политической, экономической, социальной, культурной организации общества, выступающих в совокупности как структурное насилие.

Улучшение экономической ситуации в стране с начала 2000-х годов, идущий процесс реформирования государственной власти, усиление внимания властных структур к проблемам социальной политики вселяют надежду на смягчение наиболее острых противоречий российского общества.

В третьем параграфе «Структурно-динамические характеристики социального конфликта» автор подчеркивает, что ключевым моментом, необходимым для исследования конфликта, является анализ его структурных и динамических показателей, образующих в совокупности структурно-динамическую идеализированную модель конфликта. Структуру конфликта можно изобразить следующим образом (рис. 1). Из схемы наглядно видно, что конфликт представляет собой сложную систему взаимодействий, которую отличает динамизм, открытость, изменчивость структурных элементов.

Рис. 1. Структура конфликта:

а – причины конфликта;

А – предмет конфликта;

Б, В – участники конфликта;

1 – основные субъекты конфликта;

2 – частично вовлеченные в конфликт участники;

загрузка...